"Инженер Петра Великого". Компиляция. Книги 1-15 - Виктор Гросов

Брюс, заметив мое смятение, вставил:

— Ваше Величество, Петр Алексеич, без сомнения, способен и предан. Но, может, дадим ему сперва довести до ума начатое на Охте? Да и «потешный бой» требует подготовки.

— Про «потешный бой» помню, — кивнул Государь. — Эксперименту быть. И это, Смирнов, — голос его стал твердым, — твоя следующая, не менее важная задача. Армия ждет не только фузей, но и новой тактики, беречь солдата. Как наладишь тут все — приступай к подготовке «чудо-полка». Орлов поможет. Людей подбери толковых, обучи премудростям: окопы, гранаты, стрельба. Как будешь готов — дай знать. Сам приеду смотреть, генералов привезу, чтобы увидели, на что способен русский солдат, если научить и вооружить. Но если не получится убедить — сам знаешь. Я и сам не очень то верю в твою затею, да вот что-то свербит в душе, хочется посмотреть что выйдет из твоей задумки.

Он поднялся, аудиенция завершена. Мы вскочили. Атмосфера стала напряженной. На пороге Государь обернулся. Его теплый и дружеский взгляд снова стал жестким.

— Хорошо работаешь, Петр Алексеич, — произнес он, чеканя слова. — Завод — образец. Фузеи — добротные. А вот про окопы да гранаты генералы спорят. Пора им узреть силу твою инженерную и в поле ратном. Готовь полк. И помни, от этого смотра зависит судьба твоей тактики, тысяч солдатских жизней. И моя вера в тебя.

Он вышел. Я стоял, оглушенный тяжестью слов. Брюс положил руку на плечо.

— Держись, Петр, — тихо сказал он. — Государь в тебя верит. А это очень многое.

Я мотнул головой, слов не было. И права на ошибку не было. Да и отступать некуда.

Глава 19

Государева карета, фыркнув напоследок и подняв тучу пыли, скрылась за заводскими воротами, я еще долго стоял столбом, пялился ей вслед. Брюс тоже смотался, на прощание кинув что-то типа «держи темп!». Орлов, державшийся огурцом, шумно выдохнул, словно мешок с плеч уронил.

— Ну, Петр Алексеич, поздравляю! — хлопнул он меня по плечу. — Ты тут такого шороху навел, генералам иным и не снилось! Сам Государь тебя отметил, да еще как! Голова-то не трещит?

— Да чуток есть, — я потер лоб. — Царь-батюшка напомнил мне про еще одну головную боль, похлеще заводской. Полк этот «потешный»…

— А что полк-то? — удивился Орлов. — Дело привычное. Помаршируют, ружьями щелкнут — и вся наука.

— Кабы так, — вздохнул я. — Их же окопы рыть учить надо, воевать по-новому. Вот где собака зарыта. Да и генералам этим доказать, что не дурью маюсь.

Орлов хмыкнул.

— Задачка, прямо скажу, не легкая. Генералы-то наши — быки старые, их с укатанной колеи не спихнешь. Ну да ладно, Яков Вилимович, головастый мужик, чего-нибудь да намудрит, подсобит.

И Яков Вилимович намудрил. Пару дней спустя Орлов притащил ко мне целого полковника — Батурина Афанасия Кузьмича, и объявил: вот, мол, полк под твое «экспериментальное» командование. Полковник оказался мужиком лет под пятьдесят, такой кряжистый, усатый, а зыркает — будто я ему рубль должен, да еще с процентами. А полк… мама дорогая! Салаги желторотые, только от сохи, глазами лупают, фузею в руках как оглоблю вертят. Да и полковнику не очень-то и хотелось поручику подчиняться — где такое вообще видано? Но царев указ — есть закон.

Первым делом я велел выдать им инструмент — мои новенькие лопатки саперные, «смирновские», спецом для них на заводе клепал. Да и фузеи для них особые были припасены, тоже моей конструкции, но об этом позже.

— Вот, господин поручик Смирнов, — пробасил Батурин, еле скрывая ехидную ухмылку, когда мы уже стояли на плацу перед этой шеренгой недоразумений. — Полк в ваше полное распоряжение. Солдатики справные, рекруты последней руки, пороху еще не нюхали. В самый раз для ваших… э-э-э… опытов тактических.

Его офицерье, что поодаль кучковалось, откровенно зубоскалило. Вишь ты, вчерашний фельдфебель, выскочка, инженер какой-то паршивый, будет их, боевых офицеров, воевать учить! Прям на лбу у них написано было, в каждой кривой усмешке.

— Благодарствую, господин полковник, — ответил я, стараясь не показать, как меня это бесит. — Солдаты — что глина, что слепишь, то и будет. А пороху они еще понюхают, не извольте сомневаться.

Начал я с самых азов: земля, де, не грязь под сапогами, а первый наш помощник в бою. Велел копать окопы. Не абы какие канавы, а по моим чертежам: с бруствером, траверсами, ячейками для стрелков — все как положено.

И тут началось. Солдатики землю ковыряли, будто их на каторгу сослали. Еле-еле, без охоты, то и дело бросая инструмент и утирая пот (хотя какой там пот от двух взмахов). Унтеры для виду покрикивали, а офицерье в сторонке хихикало да перешучивалось. «Кротовья работа», «не барское это дело — в земле копаться», «командир-то этот спятил» — долетало до меня.

Мое терпение было уже на исходе. Весь мой «эксперимент» накрывался медным тазом, толком и не начавшись.

— А ну, стоп! Отставить! — рявкнул я. — Лопаты на землю!

Солдаты с облегчением побросали инструмент.

— Господин полковник, господа офицеры! — обратился я к Батурину и его свите. — Прошу внимания! Вижу, работа не клеится. А почему? Да потому что солдату невдомек, на кой-ляд ему эта земляная канитель сдалась. Так что, для наглядности, да и чтоб дух поднять, устроим маленькое соревнование.

Я выбрал двух солдат покрепче из разных отделений.

— А ну-ка, орлы! Кто из вас быстрее траншейку вот эту — сажень в длину, аршин в глубину — вымахнет? Лопатки у вас одинаковые, мои. Победителю — гривенник серебром от меня! Остальным — наука будет.

Я для наглядности достал монетку. Солдаты переглянулись. Один хмыкнул, повертел лопатку, прикинул. Другой смачно сплюнул, взялся за черенок.

— Начали!

И тут-то мои лопатки себя во всей красе и показали! Тот, что посмекалистей да поздоровее, как взялся — только комья полетели! Лезвие легко входило в грунт, черенок удобно лежал в руке. А второй пыхтел, но явно не поспевал. Минут через десять первый уже заканчивал, а второй и до половины не дошел.

Тут дело было не столько в лопате, сколько в азарте и понимании, что к чему. Скучавшие до