Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

как идущий по пути Медленной Воды. Показываешь способности выше своего уровня, но прогрессируешь медленно. Говоришь совсем не как крестьянин — но не из благородной семьи. Противоречивая личность.

— И что тебе нужно от противоречивой личности?

Она наклонилась ближе, понизив голос.

— Предупредить. Лю Чэнь не забыл ваш… инцидент. Он из клана Северного Пламени — побочной ветви нашего клана, которая практикует модифицированную версию огненного пути. Их огонь холодный, почти как лед. И они очень, очень злопамятные.

— Спасибо за предупреждение, но почему ты мне это говоришь?

— Потому что Лю Чэнь —высокородный подонок, который любит ломать не имеющих защиты клана новичков ради развлечения. В прошлом году он довел до самоубийства девочку с природным сродством к огню. Официально это было несчастным случаем, но все знают правду.

Она встала.

— Будь осторожен. И еще — через три дня будет общее собрание всех учеников. Патриарх объявит что-то важное. Постарайся не пропустить.

Она ушла, оставив меня в задумчивости. Враги, союзники, политика кланов — все это было слишком сложно для того, кто три недели назад проснулся в чужом теле в чужом мире.

Остаток дня прошел в рутинной практике. Я отрабатывал Огненную Стрелу на тренировочных манекенах (семь попаданий из десяти — просто нихрена себе прогресс), медитировал, выполняя циклы Дыхания Пепла (дошел до трехсот двенадцати, новый рекорд), и пытался улучшить контроль над Внутренним Горнилом.

Последнее давалось тяжелее всего. Нужно было направлять огненную энергию по конкретным маршрутам внутри тела, укрепляя органы, кости, мышцы. Но мое пламя не любило ограничений. Оно постоянно пыталось вырваться из заданных путей, течь туда, куда ему хотелось.

К вечеру я был вымотан как собака. Энергетические резервы почти на нуле, меридианы ныли от перенапряжения, голова раскалывалась. Нормальное состояние для конца тренировочного дня.

За ужином Сюй Фэн рассказал еще одну порцию слухов — якобы в западном крыле готовят какой-то эксперимент с одним из «неудачников». Пытаются найти способ вернуть разум тому, кого поглотило пламя.

— Бесполезно, — мрачно сказал Чжан Хао. — Если огонь забрал разум, обратно его не вернешь. Это как пытаться собрать пепел обратно в дерево.

— А вдруг получится? — возразила Ли Мэй. — Представь, сколько жизней можно будет спасти.

— Или сколько монстров выпустить на свободу, — парировал Чжан Хао. — Те, кто в западном крыле, уже не люди. Они оболочки, в которых живет дикий огонь. Даже если вернуть им разум, кто знает, что они вспомнят? Годы горения заживо, unable to die? Они сойдут с ума по-новому.

Приятная тема для ужина.

Ночью меня разбудил крик. Не из западного крыла — это было ближе. Я вышел в коридор и увидел суматоху возле комнаты номер девятнадцать. Несколько старших учеников выносили оттуда кого-то, завернутого в специальную ткань, подавляющую огонь.

— Что случилось? — спросил я у Ван Линя, который руководил эвакуацией.

— Ночной прорыв. Идиот решил тайно практиковать переход на вторую ступень. — Он покачал головой. — Повезло, что сосед услышал и позвал помощь. Еще немного, и он бы взорвался, снеся половину коридора.

Еще один кандидат в западное крыло.

[Наблюдение: Ночные часы опасны]

Ночью рассветная энергия слабеет, а закатная усиливается. Для обычного огня это время отдыха. Но твое пламя помнит времена до разделения на Рассвет и Закат. Для него ночь — это вызов, который нужно преодолеть. Будь осторожен в темные часы.

Остаток ночи я не спал, медитируя и удерживая внутреннее пламя под контролем. Оно действительно было беспокойнее обычного, металось внутри, словно зверь, почуявший бурю.

Глава 6

Утро принесло новые неприятности. На утренней тренировке старейшина Янь объявил, что следующие три дня будут посвящены «интенсивной подготовке». Что на местном языке означало — будем тренироваться до полусмерти. Или не «полу».

— Приближается важное событие, — сказал он, обводя нас своим единственным глазом. — Детали вы узнаете на общем собрании. Но клан должен показать свою силу. Даже ученики первой ступени должны продемонстрировать, что Огненный Феникс не слабеет.

Первый день «интенсивной подготовки» был посвящен выносливости. Мы четыре часа подряд выполняли боевые техники, без перерывов, без отдыха. Огненные стрелы, а у кого получалось и щиты и шаги пламени — снова и снова, пока энергия не иссякала полностью.

К концу первого часа отсеялась треть группы. К концу второго — еще треть. На третьем часу я держался на чистом упрямстве, внутреннее пламя болезненно пульсировало, протестуя против такой эксплуатации.

На четвертом часу произошло что-то странное. Когда я думал, что вот-вот рухну, пламя вдруг… стабилизировалось? Боль никуда не делась, но появился какой-то ритм. Вдох-выдох-техника. Вдох-выдох-техника. Механическое повторение, которое требовало меньше усилий.

[Достижение: Второе Дыхание]

Ты нашел ритм в хаосе истощения. Это первый шаг к пониманию истинной выносливости — не в количестве энергии, а в эффективности ее использования.

Из нашей группы до конца дошли только четверо — я, Ли Мэй, Чжан Хао и, неожиданно, тихий парень по имени Фэн Мин, который обычно держался особняком.

— Неплохо, — сказал Янь. — Очень неплохо для первой ступени. Завтра работаем над точностью. Послезавтра — над силой. Готовьтесь, будет больно.

Он не соврал.

Второй день был адом. Мы часами пытались попасть огненными стрелами в цели размером с монету с расстояния в десять метров. Промах карался физическими упражнениями — отжимания, приседания, бег. К вечеру я не чувствовал ни рук, ни ног.

Но был прогресс. Медленный, болезненный, но прогресс. Точность выросла сначала до сорока, потом и до пятидесяти пяти процентов. Дальность увеличилась на метр. Мелочи, но в культивации не бывает мелочей.

Третий день… третий день я запомню надолго.

— Сегодня спарринги, — объявил Янь. — Но не обычные. Вы будете драться со старшими учениками. Не для победы — вы не можете победить. Цель — продержаться как можно дольше и показать, чему научились.

Моим противником оказался ученик третьей ступени по имени Чжоу Лун. Невысокий, жилистый, с холодными глазами профессионального бойца.

— Правила простые, — сказал он, становясь в боевую стойку. — Бой до первой крови или потери сознания. Запрещены только смертельные техники. Начинай, когда готов.

Я не стал ждать. Огненная стрела полетела ему в грудь, но он даже не пошевелился. Пламя разбилось о его защиту, как вода о камень.

— Слабо, — констатировал он и атаковал.

Следующие пять минут были уроком унижения. Он не пытался меня вырубить или серьезно ранить. Он методично разбирал мою защиту, показывая все дыры в