"Фантастика 2026-181. Компиляция. Книги 1-28 - Маргарита Блинова

— Проблема в Двери, которая иногда закрывается слишком надолго. Пока она открыта, все работает, как часы. Мертвые приходят в отель, к ним приводят их родных. Прощаются — пара дней и все уходят своими дорогами, освобождая номера. Пока Дверь закрыта, мертвых из мира Солнца, а не из Мунфола пытаются убедить, что им стоит пойти дальше, а не бередить раны родных, которые успеют оплакать их и отпустить, но получается не всегда.

— Представляю, как трудно тут работать. Работают же живые?

— Разумеется. Те, что живут на острове. Им хорошо платят.

Они зашли в главное фойе. Мраморные полы, просторное лобби с мягкими диванчиками и креслами. На высоком потолке висит несколько массивных люстр с множеством лампочек в виде свечей. По левую руку осталась стойка регистрации, за которой работают девушки в бордовой форме и яркими красными губами.

Деймонду хватило секунды, чтобы сориентироваться и схватить Харпер за талию, оттащить за колонну недалеко от стойки регистрации. Она хотела заспорить, но заметила то же, что и он, поэтому замолчала.

В отель вошли Робин и Дженсен. А Деймонд вмиг сообразил, что это за временной отрезок — почти девять лет назад, когда Робин инсценировала собственную казнь.

— Деймонд… — начала Харпер, но он мотнул головой. Осторожно перешел за следующую колонну, надеясь подслушать разговор. Не зря же лабиринт закинул его именно в этот день.

Робин сняла пальто, сунула в руки Дженсена. Оба были раздражены, похоже, они начали ругаться еще на улице.

— Это безумие, — процедил Дженсен. Деймонд затаился рядом. — Мальчишка и так чудом не заметил, что ты не совсем мертва! С ума сошла! Еще и вину на меня свалили!

— Не заметил же, — ответила Робин, подходя к стойке регистрации. Все девушки были заняты, поэтому она облокотилась на нее. — Ты слышал приказ Кейлуса: он должен захотеть отомстить за мою смерть. Что? Уже решил пойти на попятную? Не в силах выдержать ненависть своего сына?

— Да дело не в ненависти! Небеса, Робин! Ты… так нельзя. Он чуть в петлю не влез!

— Феликс его вытащил. И вытащит еще раз, если потребуется. Но поэтому мы здесь. Чтобы я вправила ему мозги!

На ругающую пару озирались, но никто к ним не подходил. Деймонд лишь дивился, что за столько лет никто не рассказал ему, что Робин жива. Эти идиоты не особо и скрывались.

— И третий раз за три недели остановишь свое сердце.

— Я справлюсь.

— И убьешь нашего ребенка. Робин, мать твою! — Дженсен схватил ее за предплечья, повернул к себе и как следует тряхнул. Одумался и отошел. Вскинул руки, показывая, что погорячился. — Я против. Я. Против.

— Мы оба не хотим, чтобы Деймонд влез в петлю, потому что оба его любим. Значит, я должна поговорить с ним. Точка. А ты потом должен вбить ему в голову, что ему надо найти свитки. Помнишь?

Дженсен скинул со стойки звонок. Люди уже не просто оглядывался, а таращились на них. Отвлеклись от гостей и девушки за стойкой регистрации, консьерж закончил работу с мертвым и бежал к ругавшейся паре.

— Мы должны были честно рассказать ему о нас. Признаться! И всего этого не было бы. Мы идиоты. — Дженсен поднял звонок, поставил обратно. — Простите.

— Зато как Кейлус обрадовался, когда понял, что убедить Деймонда вскрыть первый свиток будет проще, чем он ожидал, — пожала плечами Робин. Задумчиво провела по животу, видимо, срок еще совсем маленький, ведь беременность незаметна. — Я тоже не горжусь тем, что совершила. Но я бы не смогла ему признаться. Не в том, что ухожу к его отцу. Беременна от его отца. Это… это подло.

— Но так случилось. Он найдет другую. Будет счастлив.

— Надеюсь. Он хороший парень. Но не мой человек… — Робин заметила подошедшего консьержа. — Мы от Кейлуса. Скоро сюда придет Деймонд Ванклифф. Необходимо убедить его, что я мертва.

Брови консьержа полетели вверх. Он закашлялся, нервно поправил галстук. На выручку пришел Дженсен, который протянул парню письмо и несколько купюр.

— Аластор тут? Не передадите ему письмо от Кейлуса? Или, может, мы сами можем его увидеть? Дела светлого тайного сообщества, сами понимаете, что это очень важно.

— Да-да, конечно, — выдавил улыбку консьерж. Указал в сторону лифтов. — Прошу за мной. Аластор как раз недавно приехал.

Деймонд обогнул колонну, чтобы остаться незаметным для прошедших мимо Дженсена и Робин. Заметил Харпер, которая прятаться не планировала (верно, ее-то они еще не знают), прошла мимо, специально задев плечом Робин. Та покачнулась, зло сузила глаза. На это Харпер лишь мило извинилась, а едва Робин отвернулась, прошептала «сучка».

Когда Робин и Дженсен скрылись в лифте, Деймонд подошел к Харпер. Мысли путались в голове, но злости почему-то не было. Он и раньше догадывался, что казнь инсценировали, чтобы дать ему мотивацию вскрыть первый свиток. А Робин… отец… кажется… он их… ну, не простил, но принял их выбор и решил двигаться дальше.

Удивился и сам, что спустя столько лет сумел оставить это все в прошлом.

— Кормить меня будешь? — осторожно спросила Харпер, положила руку на его плечо, заглядывая в глаза. — Поговорить надо?

— Триста раз это все обсуждали, — ответил он. — Идем.

Дойти до ресторана снова не успели, ведь перед самым входом дорогу им преградила Анастасия, управляющая отелем. Как и всегда, она была в деловом костюме, высокая и худая. Русые волосы собрала в высокий пучок, да так, чтобы ни одна волосинка не выбилась. Напряженная и натянутая, словно струна, она всегда чтила порядок и соблюдение правил. А своим долгом считала наладить работу в отеле, чтобы никто и никогда не косячил.

— Мистер Ванклифф! Мы ожидали вас немного позже. — Анастасия скользнула взглядом по Деймонду, настороженно оглядела Харпер. — Ваша…

— Жена, — честно ответил Деймонд. Улыбнулся, смягчил: — Будущая. Решил, что статус вдовца не для меня. Мы очень голодны.

— Э-м. — Анастасия попыталась скрыть, что обескуражена, ведь наверняка была наслышана, как лорд Ванклифф переживает из-за смерти жены. Безуспешно. — Да, конечно. Прошу.

Анастасия проводила их за один из столиков, подозвала официанта и велела обслужить гостей по высшему разряду. Ушла, долго оборачивалась, пока Деймонд продолжал улыбаться, наслаждаясь ее озадаченностью.

— Может, не стоило меня женой называть? — уточнила Харпер, открывая меню.

— Почему нет? Это все ненастоящее, помнишь? Заберем свиток, эта реальность