Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

Но с каждым днём я восстанавливал всё больше энергии, и мои интересы начали выходить за пределы собственного района и Чистилища.

А значит, шпионов и наблюдателей уже катастрофически не хватало.

И нет никакой проблемы в том, чтобы рассадить своих птиц чуть ли не по всему городу. Но сейчас у такой сети был и существенный изъян.

Она полностью замыкалась на мне.

Все сигналы, вся информация, полезная и не очень, всё это бесконечными уведомлениями шло прямо мне в мозг.

И если бы я обращал внимание на каждое, то уже давно бы сошёл с ума. Так что пришлось сократить количество сообщений до тех, которые оповещают исключительно о прямой угрозе.

Но мне эта вынужденная мера совсем не нравилась. Потому что так теряется очень много другой, тоже, возможно, полезной информации.

Раньше за сетью разведчиков день и ночь следили специально-обученные клановые некроманты.

Они посменно вели дежурство, записывали всё, что могло пригодиться роду, и предоставляли отчёт капитанам разведки Рихтеров. Которые, в свою очередь, уже тоже решали, какая информация должна дойти до высшего руководства клана и до меня лично.

Сейчас же, в моём распоряжении есть только три одарённых некроманта. Ольга, Алина и Игнат.

И потенциально ещё четверо. Прохор, Алан, Брэндон и Константин. Все бойцы чистилища, которые носят мою метку.

Насчёт первых двоих я был уже практически уверен. Хотя их дар и нельзя назвать большим. Но вот со вторыми я взаимодействовал напрямую гораздо реже, так что желательно окончательно всё проверить. На всякий случай.

Но, в любом случае, искать потенциальных некромантов среди чистильщиков — идея хорошая. Другие в этой сфере попросту надолго не задерживаются. Большинство из них просто подводит организм, неспособный даже на минимальное сопротивление скверне. Они начинают болеть и даже мутировать. Соответственно, либо вовремя увольняются, либо становятся инвалидами.

Но погибнуть можно не только от болезни, а ещё в бою. И здесь тоже дар некроманта как нельзя кстати. Ведь он делает человека несколько менее привлекательным для тварей очага.

Некроманты в их глазах выглядят словно чуть-чуть «мертвее», даже без всех тех фокусов, что я использовал сам, когда замедлял все биологические процессы в своём теле, чтобы полностью исчезнуть с их радаров.

Так что если рядом окажется простой неодарённый или скрытый некромант, твари первым атакуют первого. И вторым, тоже его. И вообще, будут пытаться его убить, и только после этого переключатся на носителя дара.

Именно поэтому непроявившиеся одарённые считаются более везучими и задерживаются в этом бизнесе дольше.

Вот только, боюсь, что искать среди них кого-то, кто мог бы стать оператором моих шпионов — бесполезно.

Скорее всего, те, чей дар такое позволяет, идут в лекари. Вот как Ольга или Алина.

Но даже они на текущем уровне своего развития смогут принимать и обрабатывать информацию разве что неподалёку от себя.

Другие же части города по-прежнему останутся на мне. Что меня совсем не устраивало.

Зато у людей существует прекрасная система компьютерной обработки данных, к которой я всё чаще возвращался в своих мыслях.

Я всё ещё не хотел работать со скверной напрямую. Но если взглянуть на вопрос чисто технически, скверна — это просто источник энергии. Не самый чистый, что уж тут говорить. Но тем не менее.

А значит, скорее всего, все эти устройства могут работать и на другой энергии. Как артефакты, созданные на стыке технологии и магии. Нужно только придумать, как их запитать от других батареек.

Пожалуй, самое время обсудить это с кем-то, кто гораздо лучше разбирается в современных технологиях, чем я или даже Ольга. Например, с Лифэнь.

* * *

Значит, он договорился с Веласко…

Эмре Демир машинально барабанил костяшками пальцев по столу.

Он любил цифры и вероятности.

Любил наблюдать, как крохотный процент прибыли превращает бедных людей в богатых. Как точно просчитанные риски обеспечивают стабильный рост.

Год за годом. Столетие за столетием.

Он ненавидел случайности, более того — боялся их.

Али, его племянник, отлично справлялся с возложенной на него задачей и ненавязчиво, издалека, продолжал наблюдать за Рихтером. Точнее, даже за людьми, которые его окружали.

А события развивались стремительно.

Гораздо быстрее, чем Демир ожидал даже от Рихтера.

Привычное течение жизни в столице неумолимо менялось под воздействием новой бесконтрольной силы.

Прямо у всех под носом начинался настоящий ураган, который пока никто, кроме него, не замечает. Но потом станет слишком поздно.

Опаснейший хищник уже почувствовал запах крови, и никто не может встать у него на пути, пока он пробует свои силы.

В привычную картину мира вплетались странные события, и все они вели к одной личности.

У Эмре не было доказательств, но какое-то шестое чувство подсказывало ему, что это именно Рихтер бросил вызов Вийонам в той частной клинике.

И он же наверняка устроил взрыв в небоскрёбе, принадлежащем Веласко, которых теперь превратил в своих союзников.

Да даже в большом недавнем пожаре на дачах за городом, возможно, виноват тоже Рихтер.

Демир теперь везде видел его след. Но всё равно считал, что шанс, что он прав, гораздо выше шанса, что у него развивается паранойя.

А ведь были ещё и факты, не нуждающиеся в проверке. Как, например, три выигранные войны и попутно, как бы случайно, уничтоженные конкуренты в бизнесе очистки очагов.

И, пока он тут раздумывает, не зная, как поступить, новый хищник укрепляет логово и создаёт армию.

Пусть даже пока он слишком слаб, чтобы бросить открытый вызов своим истинным врагам. Но это ненадолго.

И эта скорость, с которой растут его влияние, ресурсы и он сам… она чудовищно пугала.

И торопила. Эмре, как и его клан, должны сделать выбор. Возможно, главный выбор за всё их существование.

Помочь хищнику сейчас в расчёте на то, что в случае победы, род Демир возвысится вместе с ним?

Но при этом ввязаться в войну с великими кланами, где не будет пощады?

Или же, наоборот, сообщить о Рихтере его врагам, чтобы те уничтожили его сейчас, пока на это есть ещё хоть какой-то шанс?

Но что, если они проиграют? Ответ очевиден. Хищник придёт и за ним.

И каждая минута, которую Эмре тратил на размышления, делает Рихтера всё сильнее.

Но как же сложно сделать этот выбор…

Вот только, хотя Демир и медлил, он понимал, что когда Рихтер покончит со своими врагами, то спросит и с тех, кто что-то знал о нём, и о том, что случилось с его родом. Знал, но всё это