Фантастика 2026-86 - Женя Юркина

– Волки, – перевел бог любви.

Лада потянулась за стрелами, но Яровит остановил ее.

– Прячемся, – он указал на кучи из золотистых листьев.

Лада зарылась в листву и замерла: может, не заметят? Учуять не должны, средства бога воинов еще ни разу не подводили.

Время растянулось, словно кто-то вернул Ладу в детство, когда ожидание длится вечно. Ей чудилось, что она растворилась в пространстве, стала одним из опавших листьев, слилась с землей в единое целое. Лада даже дышала через раз. Сердце стучало набатом, будь это в Ладиных силах, она бы приглушила его. А так оставалось лишь надеяться, что все обойдется. Кто-то дотронулся до ее плеча, и Лада чуть не заорала от ужаса: нашли! Но Лель рывком поднял ее и прижал палец ко рту: «Тихо».

В полном молчании они последовали за Яровитом, стараясь не издавать никаких звуков. Крак сверху указывал направление.

– Они подтянули волков, – сказал Яровит, когда путники удалились на безопасное расстояние. – Те будут патрулировать окрестности.

– И что же нам делать? – Ладе сделалось тоскливо: она не могла придумать выхода из этой ситуации.

– Постараемся проскочить незаметно, – ответил бог воинов. – Крак станет следить за ними с воздуха и давать нам знать.

Игра в жмурки – вот на что это похоже. Когда крадешься мимо воды на цыпочках, пытаясь не шуметь, а тот вертит головой: потому что весь обратился в слух, да и остальные чувства обострены. Движение воздуха, скрип половицы – все выдает тебя. И ты готов стать собственной тенью, чтобы прошмыгнуть мимо. И в то же время ты обязан дать знак, где ты, чтобы уровнять шансы между вóдой и другими игроками. Только здесь волкам глаза никто не завязывал.

Крак старательно уводил Ладу с прочими от нежелательных встреч. Ладе чудилось, что она стала бестелесной тенью. Она ступала след в след за Яровитом, тщательно глядя под ноги, чтобы не наступить на сухую ветку или не запнуться о корень. В одном месте им нужно было миновать открытую поляну. Крак предусмотрительно осмотрел все вокруг, и Яровит первым бесшумно перебежал ее. Наступила очередь Лады. Она уже прошла половину пути, как из рощи появился волк. Зверь шел неуверенно, спотыкаясь, его морда была низко опущена. Лада замерла и начала доставать из колчана багряницу. Волк тоже остановился и поднял голову. Он смотрел прямо на Ладу, а она на него. Мгновение затянулось, Лада собралась пустить стрелу, как заметила, что глаза зверя подернуты мутной пленкой – он был слеп. Волк вновь опустил морду, и направился вперед.

Лада не помнила, как прошла остаток пути. По спине между лопаток тек пот, а ноги дрожали в коленках. Вскоре через опасную поляну перебрались и Лель с Посвистом. Ладе хотелось наехать на бога любви: это его вороненок пропустил опасность. Но приходилось молчать. Крак будто почувствовал, что Лада сердится, и опустился ей на плечо. Он ткнулся в нее клювом, но Лада отвернулась: нет, она злится! Тогда Крак через голову перебрался на другое плечо. Пришлось его погладить по спине, маленький он еще, не всегда справляется.

Вскоре после этого Яровит перешел на бег. Лада изо всех сил старалась не отставать. В какой-то момент, когда боль под ребрами усилилась настолько, что ничего не помогало, Ладе захотелось расплакаться. Она крепко закусила губу и сжала кулаки так, что ногти впились в ладонь. Лада несколько раз тянула энергию из земли, но надолго ее уже не хватало.

– Привал, – обронил Яровит, и Ладе захотелось броситься ему на шею: наконец-то!

Она мешком осела на траву, ловя воздух открытым ртом. Лада думала, что никогда не надышится; болели все мышцы, перед глазами летали черные мошки.

– Полчаса на отдых, – Яровит развернул скатерть-самобранку.

Лада взяла ложку, рука мелко тряслась. Бог воинов покосился на нее, но ничего не произнес. Лада ела щи и размышляла, что через полчаса просто не встанет. Скажет друзьям, чтобы бросили ее тут и шли без нее.

После пшенной каши стало немного лучше, но и чай с клюквой полного облегчения не принес – в Ладе поселилась усталость. При попытке встать она покачнулась и с трудом удержалась на ногах. Нужно было что-то предпринять. Лада потянулась к земле – пусть поделится энергией, ведь Ладе нужно быть сильной. Лада черпала и черпала из земли и не могла прерваться, будто превратилась в ненасытную черную дыру. Постепенно боль в ногах исчезла, дрожь отступила и зрение прояснилось. Когда Лада поднялась, то заметила, что место, где она сидела, выжжено дотла, а ближайшие деревья засохли. Наверное, ей должно было стать стыдно за свой поступок, но Лада ничего не ощутила – по-другому у нее не получилось.

И снова бег. Под золотым водопадом из березовых листьев, по рассыпанным, точно монеты, листьям. Золото, золото… В глазах желто от солнечной листвы и яркого солнца, похожего на березовый лист, прилипший к небосклону. Вскоре все слилось в сплошное пятно, так что Лада держалась спины бога воинов, пока его не сменил Посвист. Лада еле успевала подкрепиться от земли. Она чувствовала себя вконец измотанной, когда Яровит снова объявил привал на десять минут.

Выпить воды и сбегать в кусты, а потом попытаться отдышаться. Лада уже не стеснялась, брала от земли с запасом. Выгоревшее пятно росло, деревья гибли одно за другим, но Лада лишь равнодушно взирала на это: не может она сейчас переживать из-за пустяков. Им надо обойти волков, пока круг вокруг Золотого дворца не сомкнулся. Иначе Ладе с друзьями не прорваться, придется вступать в неравный бой. А справиться с подобными майору будет непросто: Яровит проигрывал бой Волкову, и если бы не Лада, неизвестно, как все сложилось бы.

В ушах звенело, в горле встал ком – Ладу бы стошнило, если бы было чем, ведь обед давно переварился. Она молча повалилась на траву и первые пять минут просто лежала, пока Яровит с парнями готовили место для ужина. Потом она долго пила воду и никак не могла напиться. Затем длительное время откашливалась и лишь потом приступила к ужину. Первые две ложки плова она съела с опаской: вдруг вырвет? Но желудок потребовал еще, и Лада навернула хорошую порцию. После этого начало покалывать ноги и руки – мышцы отходили от длительного забега.

– Пока мы их опережаем, – сообщил Яровит. – Крак утверждает, что между нами и стаей Волчьего пастыря десять километров. Но волки могут передвигаться ночью.

– Я не смогу, – запротестовала Лада.

При мысли о