Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

Патроны и припасы, масла и инструмент, магазины, обоймы, наборы для ухода — все на отдельных прилавках, там же гильзы, капсюли, оборудование для релодинга. По соседству — широкий выбор фабричных ножей, включая фолдеры, хороший ассортимент. Порох в банках никак Резчиками не лимитирован — тащи через терминал, сколько захочешь. Все виды охотничьих порохов доступны, если брать их в стандартной мелкорозничной таре.

Есть одежда и снаряжение, но в той секции мы давно все перевернули.

Проклятье, забрать этот револьвер, что ли?

Не могу, проклятая жаба дует на пальцы ледяным воздухом, кошелек не откроют… Торговаться бесполезно, на него многие заглядываются, скинь хозяйка цену всего-то монет на десять, и револьвер уйдет в течение одного дня! Испытывая обычные муки выбора, хорошо знакомые каждому взрослому мальчику, попавшему по делу в оружейный магазин, я уже чуть было не поддался вредному импульсу, но простой русский парнишка Леха Лимонов таки спас группу от финансового краха.

— О, какой! — заорал он у меня за плечом.

Вздрогнув от неожиданности, я обернулся и увидел в его руке томагавк.

— Хочу! — подтвердил свой выбор парень. — Купи!

Папа взял изделие и повертел в руках.

— Гуронов?

— Нет, этот томагавк забрали у захваченного кроу, — ответила мне хозяйка.

Хороший экземпляр. Качественно сделанное, продуманное до мелочей орудие убийства, знающий человек ваял. Неширокое лезвие правильно посажено на чуть изогнутой длинной шейке. В меру тяжел. Рукоять длинная, вырезана из какого-то благородного дерева, прямая. Однако склоненное к топорищу лезвие сидит так что в момент удара воображаемая линия, перпендикулярная вектору атаки мишени, пройдет точно там, где томагавк удобней всего удерживать рукой. Центр масс окажется за кистью, и отдача не будет отшибать пальцы. Гм… Таким и дерево рубить удобно, а не только бошки бледнолицых братьев.

И никаких пошлых украшательств, типа киношных цветных перьев и кожаных кистей, лишь оголовье рукояти оклеено несколькими нитками бисера — чтобы из руки не вылетел при промахе.

— Командир…

— Берем! — Я с благодарностью подмигнул страждущему.

— Келли, а мои патроны не появились? — Лимон наивно решил развить успех.

Она отрицательно покачала головой.

— Я помню, у тебя ведь «АК-47»…

Ха! У него не «АК» китайский, а надежный отечественный «АКМ». Но я промолчал.

— Муж обещал поинтересоваться в Вашингтоне, может быть, там есть такие патроны. Не хочу врать, Алекс, но шансы невелики. А тебе, Дар, может понравиться вот это!

Нагнувшись под прилавок, Келли вытащила на стол пухлый глянцевый каталог, быстро нашла нужную страницу и ткнула пальцем. На фотографии был изображен симпатичный хромированный револьверчик. Надпись под ней сообщала, что это S&W Model 60 LS «Chiefs Special Stainless Lady Smith».

— Скауты из Нома нашли его в пакгаузе, обнаруженном на затерянном пляже. Говорят, что там был еще и автоматический немецкий пистолет «Маузер К-96» с кобурой-прикладом, но его не продают. А этот муж привезет. Интересует? Цена не будет слишком дорогой.

— Конечно! — обрадовался я, не успев подумать, насколько пригодится вьетнамцу револьвер, по своим размерам недалеко ушедший от дерринджера.

— Тогда приходи через пять дней.

Завершив сделку, мы пошли на выход, но тут Келли вспомнила:

— Дар, ко мне вчера заходил шериф! Он сказал, что у него на днях появятся патроны для «АК-47», не говорил тебе? Может, стоит обратиться к нему?

Гребаный каларгон, он меня обкладывает!

— Спасибо, Келли, с тобой всегда приятно иметь дело.

Паскудный дождь все не кончался, и мы молниями влетели в салон, обнаружив там уже почти просохшего Винни, осторожно отодвинувшего в сторону опасный предмет, который радостный мальчик Леха никак не мог выпустить из рук.

— А у меня новости, командир! — сказал вьетнамец.

— У нас тоже, — кивнул я на томагавк. — Вываливай.

— Если коротко, то… Есть здесь один русский! Говорят, что он чуточку странный. Сбежал из русского анклава.

— Где живет?

— Ну… Только не горячись. В Додж-Сити.

Лешка присвистнул и тихо засмеялся, а я с силой ударил ладонями по баранке.

Это сука-судьба.

— Нам к шерифу, мужики.

Глава 7

КОНВОЙ

Это знаменитая процедура!

Шериф Карл Герески, заряженный на последний инструктаж, словно сержант морской пехоты в учебке перед полевым выходом, в третий раз медленно прошел мимо жиденького ряда немного растерянных драйверов свежесформированного конвоя. Строй напоминал пластмассовую расческу с выщербленными зубьями. Наш сержант за такое равнение непременно заставил бы всех отжаться раз так пятьдесят, а уж потом выровняться по росту.

— Повторяю! В пути вы будете выполнять все приказы любого из этих парней! Почему? Потому что они контракторы! Лот был открытым, и каждый из вас мог подписать бумаги и взять на себя ответственность за проводку конвоя. Это сделали они.

— Гм… Я должен выполнять указания мальчишки с томагавком, Карл? — недовольно пробасил здоровенный мужичина по имени Арни, которого все называют Глыба. У него старый «Чероки» с длинным прицепом. Хотя этому лосю больше приличествовал бы магистральный тягач… Надо за ним последить, возможны неприятные сюрпризы.

Карл Герески открыл было рот, но я легонько коснулся рукой его плеча, привлекая внимание:

— Позвольте мне.

Шериф сокрушенно показал ладонью в сторону смутьяна и кивнул.

— Кто из вас был в бою? — спросил я.

После нескольких секунд молчания руку подняли трое: водитель седельного тягача с цистерной, щуплый мексиканец с детским лицом и средних лет полноватый негр по имени Сид, владелец одного из двух тук-туков, он в этом звене старший.

— Остальные?

Остальные молчали.

Восемь взрослых мужиков, готовых управлять автомобилем, но не готовых положить за вверенный им груз свои жизни. Это нормально. Несмотря на весьма воинственный вид некоторых, все они простые обыватели, работающие между Батл-Крик и столицей, а также в спокойных пригородах.

Рядом была промзона, колонна стояла неподалеку от цеха обработки камня. До меня доносился глухой стук поршней пыхтящего локомобиля и неприятный визг циркулярной пилы, разрезающей добытый гранит на ровные блоки строго определенного веса, иначе их не увезти.

Я заранее выяснил, сколько у меня в конвое будет человек с боевым опытом. Чавез месяц бился с иранцами на заставе, пока не убыл по ранению в Вашингтонский Центральный госпиталь, а «Томми» в перестрелке за городом ранил одного из гуронов.

Спросил специально, мне нужно было подчеркнуть факт:

— Арни?

Тот что-то пробурчал.

— Я понял тебя, Арни… Тогда скажи, ты встречал когда-нибудь гигантскую чупакабру, убивал ее? Может быть, ты вступал в перестрелку с бандитами? Сколько человек ты убил лично? Имеешь ли ты опыт проводки колонн в дебрях, где в любой момент на тебя может напасть хищный зверь или свирепый дикарь? Дикарь,