Воздушный стрелок - Антон Витальевич Демченко

— Знаешь, я, конечно, твоей интуиции доверяю… — Медленно проговорил «штатский», убедившись, что майор полностью «заглотил наживку», — да, доверяю, иначе бы и не затеял эту возню с доставкой Кирилла к тебе «в гости»… В общем, давай так. Сейчас, ты даёшь мне подписку о неразглашении, а я выдаю его досье. Ознакомишься, а потом представишь свои выводы. В частном порядке, само собой. Идёт?

— Так и знал, что этим закончится. И зачем я только поступал на психолога? — Скривился майор, и обречённо махнул рукой. — Ладно. Давай сюда своё досье.

— Сначала, подписку, Вов. Ты знаешь правила. — Покачал головой тот. Его собеседник понимающе, хотя и недовольно кивнул, и через секунду браслет «штатского» пискнул, сообщая о получении документа. Прочитав полученный текст, приказной довольно хмыкнул и, одним жестом отправив файл досье любопытному майору, заметил, — да, ещё одно. Доказательств, как таковых у меня нет, но патологоанатом, осматривавший тело однорукого, сказал, что того, перед смертью, возможно… подчёркиваю, только возможно, подвергли интенсивному допросу. А может быть, ему это просто показалось. Короче, доктор не уверен, но я считаю, что для полноты картины, ты должен об этом знать.

— Пф… — Майор откинулся на спинку своего монументального вращающегося кресла и пристально взглянул на собеседника. — Что за монстра ты мне подсунул, Лёша?

В ответ, «штатский» только развёл руками.

— Ладно. Почитаю, подумаю… на «беседу»-то его пригласить можно будет, или как? — Осведомился Веселов.

— Если только очень вежливо, Вов. Сам видишь, какая каша заварилась. Аккуратненько надо. — Вздохнул «штатский».

— Поня-ятно. То-то, я смотрю, грабители нынче богатые пошли… экипировочка, как у хорошего наемного отряда. — Пробурчал себе под нос майор. Его собеседник хотел было одёрнуть, но вспомнил, с кем разговаривает и махнул рукой. Наравне с любопытством у Веселова была развита и другая, весьма неожиданная черта. Он был абсолютно не болтлив в отношении тех вещей, что вызывали его профессиональный интерес. А уж если этот интерес был подкреплен соответствующими подписками, можно было утверждать, что даже те, кто имеет доступ к соответствующей информации, не вытащат из «вечного» майора ни единого бита информации… без санкции сверху. Собственно, именно поэтому один из самых информированных людей Преображенского приказа носил непонятное, да и просто неизвестное непосвященным, прозвище «Сейф». Он и был настоящим хранилищем секретов Приказа, чего совершенно невозможно было ожидать от известного «светского льва», блистающего в обществе красноречием и славящегося своими остротами, расходящимися по России с умопомрачительной скоростью. А уж какие легенды складывали о его пикировках с боярыней Посадской…

— Отвлекись от важных государственных дум, Лёша. — Потеребив за край рукава «штатского», Веселов заставил собеседника вынырнуть из так невовремя накативших размышлений и, убедившись, что тот его слышит, договорил. — Тебе как, общий психопрофиль нужен, или подробный «разбор» личности с возможными вариантами развития?

— Лучше и то, и другое. — Улыбнулся «штатский».

— Хм-м. Уйдет под «гриф», вытаскивать будешь сам. — Предупредил майор, и его собеседнику оставалось только согласно кивнуть и развести руками. Ну да, если «Сейф» сочтет, что его выводы следует «закрыть», воспрепятствовать ему в этом будет невозможно. Впрочем, в данном случае, это не большая проблема. Нужный допуск в отношении информации о Николаеве, он получит легко, кроме разве что государевой печати, но… в этом случае, лучше будет вообще забыть об этом деле, от греха подальше. Никакая благодарность не стоит головы, тем более головы старшего приказного Следственного стола.

* * *

Пока неприметная легковушка везла меня по городским улицам, я прокручивал в голове итоги моих последних злоключений и скрежетал зубами. Злость, нахлынувшая на меня ни с того ни с сего на пороге камеры, вроде бы утихшая после выпуска пара на конвойных, неожиданно накатила снова. Правда, теперь, я мог мыслить достаточно разумно, чтобы оценить весь идиотизм той выходки в тюрьме. Это ж надо было додуматься, лезть в драку с приказными?! Крыша что ли протекла?

Покрутив пришедшую в голову мысль о сумасшествии, я нахмурился и принялся исследовать собственное тело Эфиром. И увиденное-учуянное меня не порадовало. Нет, ничего особо страшного не произошло, если не считать сущей мелочи. Если раньше, я мог рассчитывать хоть когда-нибудь стать воем, пусть слабеньким и невнятным, то теперь, на этой «мечте», кажется, можно было поставить крест. Потому как, видимое сейчас говорит о том, что сегодня я достиг своего потолка, застыв почти на самой границе меж новиком и воем. Иными словами, если бы в здешнем ранжире существовал такой ранг как «старший новик», мне он подошел бы идеально. И я даже, кажется, догадываюсь, что именно могло столь серьёзно повлиять на развитие моего Дара. Точнее, что его застопорило. Чёртов «кубик»! Отсюда и агрессия и отказ тормозов. Хорошо ещё, что сидя в этой «выдумке палачей», я почти всё время провел в медитации, иначе нервный срыв грянул бы куда как раньше и был бы намного разрушительнее, как для меня самого, так и для окружающих… Остается надеяться, что это не окончательный приговор.

А теперь, вопрос. Тот, кто придумал этот дьявольский агрегат, знал, что именно он сотворил? А те, что меня туда запихнули? Впрочем, идею о том, что авторы задумки упихать меня в этот гребанный артефакт, не знали, что творят, можно отбросить. Не верю я в такую «простоту». Как не верю и в то, что господа наблюдатели из Приказа, приставленные ко мне эфирниками, не могли отреагировать на нападение раньше. Сюда же, абсолютный пофигизм Брюхова, во время нашего с ним последнего разговора… Хм. Кажется, я слишком поторопился с определением уровня доверия в отношении одного бывшего полковника гвардии… а может быть и всей «могучей кучки» эфирников, вообще. Потому как, если это был еще один этап проверки, устроенный ими, то… нахрен мне такое счастье?!

Мысли скакали, словно бешеные кузнечики, а в голове вновь замутило от накатывающей злости. Ещё немного, и кому-то очень сильно не поздоровится.

— На полигон. Любой. Срочно. — Проскрипел я водителю и тот, бросив короткий взгляд в мою сторону, не стал спорить.

— Преображенское в двух минутах отсюда. Там полно полигонов. Подойдёт? — Коротко спросил шофёр, тогда как машина, повинуясь ему, вдруг взревела двигателем и пронзительной сиреной, и начала стремительно набирать скорость. Вот теперь я понимаю, что такое на самом деле «бешеная табуретка»! Стрелка спидометра послушно «легла», кокетливо коснувшись числа «240», а потом я перевел взгляд на лобовое стекло, и почувствовал, как напряжение, нараставшее во мне всё это время, трансформируется из жаркой невыносимо душной злобы в дикий восторг. Так что, слова водителя до меня дошли не сразу.

— А что?