Воздушный стрелок - Антон Витальевич Демченко

Пойдёт… «Девяточку» знаешь, на Колодезной? — Губы мои, против воли разошлись в мечтательной улыбке. Щофёр нервно дернулся, но кивнул. Великолепно. Такой шанс отыграться за «кубик», выпустить пар и устроить полноценный допрос господину бывшему гвардии полковнику Преображенского полка, Олегу Павловичу Брюхову, я упускать не собирался.

Хотели увидеть, на что я способен? Увидите. Вот сейчас доедем и увидите. Разнесу к чертям эту богадельню, вместе со всеми ее обитателями, чтоб даже духу этой чертовой «Девятки» на свете не осталось.

— Приехали. — Голос водителя выдернул меня из охватившего тело оцепенения. Я благодарно кивнул в ответ и, вывалившись из машины, перевёл взгляд на основательное добротное здание стрелкового клуба. Тук-тук. Кто в теремочке живёт?

Глава 3. Прошла мимо, покосилась… только коса вжикнула

Как говорится: «гладко было на бумаге, да забыли про овраги». Стоило мне оказаться в холле клуба, и двинуться к стойке, где с удобством расположилась Настасья… кажется… В общем, узнать точно, кто из дочерей полковника нынче встречает гостей, мне не удалось. Уже на третьем шаге, увидевшая мою перекошенную рожу, девушка нырнула под стол, а навстречу мне ударила широкая полоса белесого пара.

Уйти в разгон я не успел. Точнее, не так… я даже кинетический щит выставил, и уже рванул вперед, чтобы на скорости пройти эту химию, но щит внезапно растаял, а в следующий миг, тело стало словно дубовым, ноги подогнулись… и всё. Темнота.

В себя я пришёл в незнакомом помещении, ярко выраженного медицинского назначения. Белые стены, небольшое количество компактных медартефактов в углу. Белый шкаф, пара коек, на одной из которых, кажется, у окна, лежу я в одних трусах… и ни одной живой души поблизости. За одной дверью санузел, за другой коридор. Тоже пустой. Дальше моего восприятия просто не хватило. Железобетон, такая штука, что через неё вообще, очень трудно что-то почуять.

Кое-как покрутив головой и «прощупав» окружающее пространство насколько мог, я пришел к выводу, что никаких фиксаторов здесь нет, и решил провести, так сказать, тест организма. А то мало ли? Может, пока я пребывал в сладких снах, мне уже успели чего-нибудь вырезать… или пришить, что тоже, в общем-то, не лучший вариант. Вот и разберусь, пока никого нет. А потом можно будет заняться и остальными насущными проблемами.

И начать я решил с головы. Как ни странно, глупая «тыква» вела себя вполне прилично, и даже не пыталась доказать, что алкоголь, это яд, изображая похмелье. Это действительно странно, поскольку «отключающие» препараты в большинстве своем оставляют за собой именно такой след. А тут…

Я попытался шевельнуться, но понял, что рано радовался. То, что должно было стать энергичным рывком-прыжком с койки, оказалось лишь слабым подергиванием рук и ног. А вот это уже хуже. Очень похоже, что меня приложили чем-то нервно-паралитическим. Гады… А я идиот. Ведь сразу догадался, чьи длинные уши торчат из этой истории с задержанием… и оказавшись на свободе, тут же радостно ломанулся бить морды причастным. И кто я, после этого?

Нет, у меня имеется слабое оправдание этой выходке. В том состоянии, в которое ввел меня «кубик», соображать трезво я не мог. Быстро — пожалуйста. А вот хорошо, уже не получалось. Ну и результат… соответствующий, да.

Хотел было треснуть себя по лбу, но рука только слабо дернулась, словно через нее ток пропустили. М-да, этак я ещё долго буду мыкаться… Впрочем, а Эфир-то на что?

Волна тепла, сначала еле ощутимая, прокатилась по телу, следом за ней ещё одна, уже куда горячее, я сжал руку в кулак и, убедившись, что конечность не собирается дальше «бастовать», принялся прогонять энергию по телу, до тех пор, пока не почувствовал его полностью. Упоительное ощущение, честное слово. Кажется, я мог определить, где находится и как чувствует себя каждая клеточка моего организма. Я облегченно вздохнул и тут же понял, что перестарался. Запуская процесс очистки, я как-то совсем позабыл о некоторых последствиях этого приема…

На этот раз, прыжок получился, что надо. Тело слетело с койки и я, метнувшись из стороны в сторону, матерясь на ходу, что было сил рванул на себя оказавшуюся запертой, дверь в санузел. Лязгнула упавшая на кафельный пол «собачка» замка. А вот и белый друг.

Уже выходя из туалета, я не сдержал недовольного хмыка. Хорош бы я был, застань меня кто в гордой позе горного орла… Нет, все-таки, кажется, история с «кубиком» не прошла для меня даром. Мог бы спокойно отложить очистку организма, по крайней мере до тех пор, пока не разобрался бы с происходящим вокруг, хоть чуть-чуть. Так ведь нет, опять сыдиотничал. И откуда только взялась эта бездумная импульсивность? Хотя, вопрос некорректный. Откуда, понятно. А вот как с этим бороться?

Но долго предаваться грустным и несвоевременным размышлениям, мне не дали. В конце коридора появился некто, целенаправленно движущийся в мою сторону.

«Растворившись», я замер в дверном проеме меж кабинетом и санузлом и приготовился. К чему? А к чему угодно. Дверная ручка уверенно пошла вниз и в помещение, прогулочным шагом вошёл мой «клиент».

— Кирилл, я тебе одежду… эм-м… Ки… — Больше ничего сказать, Настасья не смогла, потому как в этот момент мои пальцы сжали ей горло, а волна Эфира уверенно заблокировала любые попытки применить какой-либо прием из арсенала одаренных. Конечно, серьезную технику мне не заблокировать, но уж сорвать её, я точно смогу… Доказано на личном опыте.

Ну да, после истории с моими «похоронами», я был бы полным идиотом, если бы не попытался разобраться в действии «подавителей». Собственно, только то, что «кубик» был построен на каком-то ином принципе, и не позволило мне как следует его разломать. Я просто побоялся лезть в эту круговерть рунных связок.

— Ты ведь будешь умницей, и не станешь кричать? — Прошептал я на ухо Настасье, судорожно сжимающей в руках какой-то пакет. — Моргни, если я прав.

Моргнула. Действительно, умница. Не ослабляя контроль, я подтолкнул девушку к ближайшей койке и, дождавшись, пока она устроится на краешке, приступил к допросу. Пока вежливому.

* * *

Полковник смотрел на стоящего напротив него мальч… молодого человека, наряженного в чуть великоватый ему, но чистый, явно недавно выглаженный камуфляж и не знал, что сказать. А собеседник, покачиваясь с мыска на пятку, стоял в центре кабинета и следил за каждым жестом бывшего гвардейца, в ожидании ответа.

— Кирилл… — Брюхов, наконец, собрался с мыслями и, вздохнув, заговорил медленно и с расстановкой. — Я не могу объяснить тебе произошедшее. Постой…

Почувствовав, как и без того