Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

не сможет его простить. Его и Анжелику, хотя она уже давно отошла в мир иной. Как только Константин Аркадьевич начинал думать об этом, внутри у него поднималась такая волна гнева, что он с трудом мог с собой совладать.

Небольшой портрет покойной жены все еще стоял на его рабочем столе. Константин Аркадьевич не мог решиться избавиться от него, несмотря на всю боль, которую эта женщина ему когда-то причинила. Ему иногда было просто необходимо увидеть ее прекрасное лицо. Этот надменный взгляд, эти губы, застывшие в презрительной усмешке, эти пышные золотистые волосы, которыми она так гордилась. Временами ему казалось, что он все еще ощущает запах ее духов и дорогого шампуня, будто она где-то совсем рядом. Но Анжелика умерла пять лет назад, а он, несмотря ни на что, все еще продолжал любить ее какой-то частью своей души.

Время было позднее, пора домой. Константин Аркадьевич захлопнул крышку рабочего ноутбука и начал собираться.

Несколько минут спустя он медленно шагал по сумрачному залу третьего этажа в сторону лестницы. Свет на этаже не горел, но сквозь стеклянную крышу в здание проникал бледный лунный свет, которого вполне хватало, чтобы не сбиться с пути.

Константин Аркадьевич знал этот маршрут как свои пять пальцев, он ходил этой дорогой много лет. Менялись экспозиции, сменялись артефакты, но лабиринт из высоких стеклянных витрин оставался неизменным.

Перелозов шагал между шкафами и стендами, и его шаги гулко отдавались под стеклянным куполом. Стояла мертвая тишина, кроме него здесь сейчас никого не было. На каменных барельефах, покрывающих стены, извивались причудливые тени.

Внезапно Перелозов снова подумал о венце Марголеаны. Интересно, кому могла понадобиться эта древняя корона?

Константин Аркадьевич припомнил расположение предметов на разграбленной выставке. В других витринах, неподалеку от венца, стояли экспонаты куда более дорогие, но грабители на них даже не взглянули. Проклятые дилетанты! На что они повелись? На россыпь измельченных рубинов, покрывающих черные блестящие шипы венца?

Но там лежали и другие украшения, покрасивее и поизящнее этой варварской поделки. Видимо, молодчики просто хватали первое, что попадалось под руку. Будь они чуть поумнее, навели бы справки заранее, чтобы прикинуть стоимость других экспонатов выставки.

Где-то в стороне вдруг раздался тихий шорох. От этого звука Константина Аркадьевича пробрала дрожь, настолько неожиданным он оказался. Словно длинные юбки либо тяжелый плащ волочился за кем-то по каменному полу. Но откуда здесь взяться чему-то подобному?

Перелозов невольно ускорил шаг, но шелест за его спиной вскоре повторился. Внезапно Константин Аркадьевич ощутил, как по спине пробежали ледяные мурашки. От неожиданности или от холода? Ему показалось, что в этом зале и правда стало несколько прохладнее.

Он быстро огляделся по сторонам.

– Эй, – тихо позвал Константин Аркадьевич. – Здесь кто-то есть?

Стояла тишина. Но шелест вдруг прозвучал ближе.

Перелозов пошел еще быстрее, стуча каблуками. Он был готов броситься со всех ног в темноту, настолько ему стало не по себе. В окружающих стеклянных витринах мелькали его темные отражения, шелест за спиной звучал все ближе, а Константин Аркадьевич дышал все тяжелее. Ему даже показалось, что изо рта у него идет пар, словно при сильном морозе. Но этого просто не могло быть! В музее не могло похолодать до такой степени.

Как же глупо он будет выглядеть, если сейчас поднимет крик. Константин Аркадьевич живо представил себе эту картину. Сколько сплетен будет ходить среди охранников и персонала о том, как их руководитель испугался невесть чего в темном пустом зале.

Наконец решившись, он резко остановился и обернулся, вглядываясь в окружающую его темноту. И тут уловил во мраке какое-то движение.

Там действительно кто-то был. Ему не померещилось!

Тело Перелозова стало ватным, сердце гулко затрепыхалось в груди. Теперь он отчетливо видел черный силуэт, который бесшумно скользил к нему по проходу между стеклянными столбами высоких витрин, неумолимо приближаясь.

Не сдержавшись, Константин Аркадьевич бросился бежать к выходу на лестницу. Дикий страх прибавил ему сил. Он сам не знал, почему так боится, но нутром чуял, что это не просто человек. Его преследовало нечто ужасное, сверхъестественное, неподвластное пониманию. И при этом нечто знакомое, из далекого прошлого.

В очередной раз обернувшись на бегу, Перелозов увидел, что его преследователь уже совсем близко. Черные одежды облегали стройную фигуру, вокруг которой клубилась густая тьма, призрачными щупальцами растекающаяся по мраморному полу, поднимающаяся вверх по постаментам ближайших витрин. Тьма черными клубами окутывала преследующую его фигуру, просачиваясь сквозь золотистые локоны длинных волос.

Прежде чем толкнуть дверь, ведущую на лестничную клетку, Константин Аркадьевич наконец сумел разглядеть своего преследователя.

И, не сдержавшись, издал дикий вопль ужаса.

А затем просто вывалился на служебную лестницу, споткнувшись о высокий порог, и тяжелая деревянная дверь захлопнулась за его спиной.

Константин Аркадьевич Перелозов лежал на ярко освещенной лестничной площадке, весь в холодном поту, с бешено колотящимся сердцем. Еще никогда в жизни ему не было так страшно, как сейчас. Никогда он не видел ничего более ужасающего.

На его крики с нижних этажей уже бежали охранники и уборщики, он слышал на лестнице обеспокоенные голоса и топот ног. Перелозов попытался сесть, но так и не смог этого сделать, его руки и ноги отказывались повиноваться после пережитого кошмара.

Наконец ему удалось перекатиться на правый бок и, держась за стену, кое-как принять сидячее положение. Пару минут спустя к нему подскочило несколько человек, ему задавали какие-то вопросы. Но Константин Аркадьевич так и не смог на них ответить, все еще не в силах прийти в себя.

Глава 16

Особняк семейства Решетниковых

Следующим утром, решив не откладывать дело в долгий ящик, Ирина Муртазина собралась с духом и позвонила в особняк Решетниковых. Ей ответила экономка по имени Эмма Викторовна, судя по голосу, строгая и чопорная дама средних лет. Оказалось, что Наталья сдержала свое слово и предупредила домоправительницу о новой кандидатке на должность горничной. Поэтому Эмма Викторовна уже ожидала ее звонка.

Она не стала предварительно о чем-то расспрашивать Ирину, а просто назначила ей время встречи.

– Жду вас в десять утра, – холодно заявила экономка по телефону. – Хозяева к этому времени уже позавтракают, и мы не будем им мешать. Надеюсь, адрес вам известен?

– Да, Наталья Станиславовна мне его сообщила, – немного робея, ответила Ирина.

– Замечательно. И прошу вас не опаздывать. Пунктуальность в нашем доме ценят превыше всего, – завершила разговор Эмма Викторовна и бросила трубку.

До нужного места Ирина добралась за час и ровно в назначенное время уже сидела в просторной кухне шикарного особняка, буквально придавленная тяжелым взглядом Эммы