Фантастика 2026-154 - Луций Корнелий

— Покажите бумаги на груз, — вдруг сказал он.

— Хорошо, — и Дмитрий из воздуха достал несколько листов бумаги и протянул их в руки офицеру, — смотрите вот подорожная, а вот бумаги на груз, — накидывая на офицера плетение подчинения, сказал он.

— Вижу, а почему печать такая блеклая, — задумчиво проговорил офицер.

— Не знаю, не я же ее ставил. — пожал плечами Дмитрий.

— Ладно езжайте, -протягивая Дмитрию бумаги, проговорил тот, и те не долго думая постарались как можно быстрей покинуть такой не гостеприимный городок.

— Как пропал Черемисин, куда пропал? Вы можете мне ясно и по порядку доложить, — кипя от ярости проговорила императрица.

— Ваше императорское величество, вот доклад того офицера которого посылали с приказом, вот опросные листы его подчиненных, там все сказано, — и Шереметев протянул императрице бумаги. Та нервно их выхватила из его рук и углубилась в чтение. Читала довольно долго, затем отложила бумаги в сторону и посмотрела на канцлера.

— Скажите мне Федор Васильевич, что вы писали в сопроводительном письме наместнику.

— Ну как всегда, по повелению ее императорского ве…-закончить ему не дал резкий хлопок ладонью по столу.

— Вы что даже не удосужились написать что бы наместник внимательно отнеся к поручику?

— Ну я думал, что молодому офицеру лучше повариться в среде солдат и офицеров, чего его нянчить.

— Федор Васильевич, у нас в державе впервые после Фомы Аквитонского появился магикус умеющий работать с рунами, человек который еще мальчишкой уже начал создавать порталы. Сколько полезного он еще мог сделать, и вы вместе наместником так бездарно этим распорядились.

— Значит так пишите приказ я подпишу, отозвать Голицина Василия Ивановича в Москву за новым назначением.

— Ваше величество, дума будет недовольна, это же они его ставили.

— Дума говоришь будет недовольна, ты пиши, пиши, написал? Подписывай, и давай я подпишу, и поставлю печать. Императрица позвонила в колокольчик и в дверь заглянул дьяк Василий Мерефьев выполнявший обязанности секретаря.

— Василий Васильевич, этот приказ срочно с посыльным отправить в Крым, с тем который недавно оттуда вернулся, за инструктажем пусть зайдет ко мне, вызовите караул а так же князя Пожарского. Когда секретарь удалился императрица посмотрела на Шереметева.

— Присаживайтесь Федор Васильевич, — ласково предложила она, — в ногах говорят правды нет. У того немного отлегло от сердца и он осторожно присел.

— Наверное пронесло, — подумал Шереметев.

— Федор Васильевич вы же по сути моя правая рука, вот подумайте, мальчишка только окончивший академию делает сторожевую сеть, и за это время только один раз попытались через нее проникнуть. Представляете, три десятка татар которые попытались это сделать в одночасье погибли, вам же докладывали.

— Но он ведь только старую сеть восстановил.

— Вы даже этого не знаете, он не восстановил, он сделал абсолютно новую, через которую невозможно проникнуть. А при попытке, проникновения включаются заклинания огненного поля, а столб огня такой что за много верст видно. И огонь этот как сигнал для всех, внимание попытка прорыва, всем на отражение, проникновение врага на Русь.

— В кабинет постучали и на пороге возник секретарь.

— Караул прибыл.

— Пусть войдут. И когда те появились он указав на канцлера приказала.

— В каземат его, — и уже обращаясь к Шереметеву, — до свидания Федор Васильевич. Дюжие служивые молодцы подхватили и поволокли канцлера из кабинета, сам он идти не мог от страха ноги отказали.

Когда прибыл Пожарский, императрица уже немного успокоилась и обдумала как ей поступить, то что наместника надо менять ей докладывали давно. Слишком он уже там почувствовал себя самостоятельным и независимым, да и словеса о ней непочтительные, а то и бранные стал говорить. Ладно бы думал, то что он думает ни кто бы не знал, но говорил их при подчиненных, какой урон императрице. Только понять не может, что на такой должности завистников всегда более чем достаточно, вот ей и докладывали, и устно и письменно. А если ты хочешь долго в фаворе оставаться и на такой должности сидеть, мысли свои держи при себе, да и воровать надо умерено. С легкой руки Черемисина старшего, у нее было несколько служб зорко следящими за князьями и боярами, и подчиняющихся только ей. И личную охрану перетрусили, немного доработав и изменив правила охраняемого объекта.

— Ишь как обтекаемо назвал, охраняемый объект, ох уж эти Черемисины, жаль конечно младшего, очень жаль. Ну да ничего благодаря этому трагическому происшествию, она немного подкорректирует князей да бояр у ее трона. Уберет своих недоброжелателей, а остальным еще раз напомнит, что высокие посты заслужить можно, только радением державе мне врученной, — думала она стоя у окна.

— Дмитрий Михайлович, просьба у меня к тебе будет, — обратилась она к князю когда он вошел, — у нас в каземате сейчас канцлер находится, ты предупреди кого надо,пусть его не трогают, но напугать надо основательно. Что бы он после и работать смог и хорошенько запомнил, что еще один его просчет, и в следующий раз он там останется навсегда.

— Слушаюсь ваше им…-договорить она ему не дала, положив свою ладошку на его предплечье.

— Дмитрий Иванович оставьте, скажите лучшем как там Настенька, застудилась слышала.

— Да было такое Ксения Федоровна, но сейчас на поправку пошла.

— Ну дай — то бог, — вы там привет Прасковье Савельевне передавайте.

— Все непременно передам, Ксения Федоровна.

— Ступайте Дмитрий Иванович, — сказала императрица и когда тот вышел, она глядя ему в след думала.

— Вот каких людей к