Фантастика 2026-143 - Nicols Nicolson

– В деревне я не нашел мест вроде рестораций или чайных для проведения таких мероприятий, – сказал Роберт, когда мы вышли из дома под руку.

– Я бы удивилась, если бы ты нашел. Так куда мы идем?

– В горы, – спустя секундную паузу ответил мужчина, и я не стала возражать.

Идти в горы одной мне не позволял страх. Там очень легко сломать себе что-нибудь при случайном падении или провалиться в расщелину, из которой невозможно выбраться. Но с Робертом мне не было страшно, и я уверенно шагала рядом с ним в самое прекрасное место на свете. Горы на краю мира. С них наверняка открывается чудесный вид на море.

Я не ошиблась. Разве что ожидание «чудесного вида» подпортилось тем, что мы поднимались на «смотровую» площадку пару часов. По узкой неприметной тропке, продираясь через высокую влажную от росы траву. Под ногами то и дело осыпались камни, и мне приходилось изо всех сил цепляться за мужчину, причиняя ему боль. Уверена, следы от моих ногтей на его руке пройдут еще не скоро.

Тяжело дыша, я сделала последний шаг и выпрямилась. Мысли разом вылетели из головы…

– Солнце! – вскрикнула я, ошарашенно указывая на алый круг, почти утонувший в черной глади воды. Сюда мы шли по темноте, и в самой деревне уже было сумрачно, а с горы я видела, что солнце только-только засыпает.

– Это место волшебное, – пожал плечами Роберт. – Когда-то давно, когда в Ассоне еще была магия, Лимбургские горы таили в себе несколько источников. Сейчас от той силы остался лишь слабый фон, и благодаря ему мы поднялись так быстро.

Я нервно обернулась. Взглянула на черноту внизу и распахнула глаза. Мы на самой вершине горы! Деревню у подножия невозможно рассмотреть, как ни старайся.

– Артефакт, – Роберт выудил из кармана металлический шарик, – способен уловить малейшие изменения в пространстве. Магический фон ловит именно он. – Мужчина достал еще и деревянный кубик, сплошь испещренный рунами. – А вот этот артефакт может подчинить себе ту кроху магии, что осталась в пространстве. Таким образом я создал портал, который и привел нас на самую вершину.

– Но здесь совсем не холодно, – заметила я, понимая, что на такой высоте должны быть как минимум ветра. О том, откуда у Роберта такие артефакты, я старалась не думать. Украл, нашел, получил в наследство? Неважно.

– Портал и легкий полог, укрывающий нас от холода, – улыбнулся он. – Прошу тебя никому не говорить о том, что ты сейчас узнала. Боюсь, наши с тобой соседи потеряют голову и, ломая ноги, побегут в горы на поиски магии.

– Никому ни слова, – закивала я.

Продолжать разговор не стала. Солнечный диск неумолимо тонул, вот-вот мы останемся в кромешной темноте, и я хотела как можно дольше наслаждаться видом. Небесное светило расплескало краски в море, волны трепали их, мерцающие частицы слепили. Я, как завороженная, следила за последним лучиком, и вот он погас.

Нас с Робертом укрыла ночь. На черном небе вспыхнули первые крупные звезды, вдалеке пронеслись сверкающие точки с длинными хвостами. На Земле их называли «кометы». Как их называют в Ассоне, мне было неведомо. Но если солнце здесь тоже «солнце», то и кометы наверняка «кометы».

Я тряхнула головой, чтобы прогнать внезапно подступившие воспоминания о родном мире. О нем я старалась думать как можно реже, чтобы не сойти с ума.

– Тебе нравится это место? – голос Роберта раздался прямо у моего уха.

– Я восхищена, – ответила я совершенно искренне.

Легкий ветерок, прорвавшийся сквозь защитный полог, принес с собой соленый запах моря и терпкий хвойный. Звуки леса, оставшегося далеко внизу, доносились через раз.

На мои плечи легли горячие руки, и я вытянулась как струна. Ладони скользнули ниже, остановились на талии, и Роберт обнял меня, прижавшись к спине.

– Можно? – шепнул он едва слышно.

Я не ответила, мое молчание было ответом. Положительным, как расценил Роберт.

Я наивно полагала, что сейчас он меня поцелует. В щеку или шею. Но мужчина просто стоял, обнимая так нежно, что щемило сердце. Прикоснулся подбородком к затылку, погладил волосы и снова стиснул в объятиях, таких крепких, что стало трудно дышать. Или же воздух выбило из легких из-за его близости? Я не понимала. Мир замер, заиграл новыми красками, я счастливо улыбалась и старалась запомнить каждый миг, чтобы потом вспоминать сегодняшний вечер одинокими ночами.

– Пора уходить, – тихо сказала я. – Вероника скоро вернется, если уже не вернулась.

– Мы придем сюда снова, если захочешь, – согласился Роберт.

Спускались быстрее, чем поднимались. Вниз по склону идти оказалось намного легче. В гостиной моего дома горел фонарь, значит, дочка уже пришла из гостей.

Роберт поцеловал меня. Тыльную сторону ладони, но все же. По руке пробежал сноп мурашек, дыхание снова перехватило.

– Добрых снов, Алена.

Я еще несколько минут стояла на крыльце и смотрела ему вслед, улыбаясь как наивная дурочка.

– Рассказывайте! – Громкий шепот из-за внезапно открывшейся двери заставил меня спрыгнуть с крыльца, хватаясь за сердце.

– Лелька!

– Да что Лелька? Я Веронику привела и спать уложила. У нее после игры с Сэтом примерно такое же глупое выражение лица, как у вас.

– Ничего не глупое! – Фыркнув, я вошла в дом, потеснив девушку. – Мы просто гуляли. В горы.

– Он нормальный? Кто ходит в горы по ночам?

– Это было прекрасно, – не могла не поделиться я. – Закат с такой высоты невероятный!

– О, Создатель… Да вы влюбились!

– Нет, – совершенно серьезно ответила я. – Роберт мне нравится, да и как он может не нравиться? Но о какой любви может идти речь, мы знакомы несколько дней!

– На то, чтобы влюбиться, много времени не нужно, – со знанием дела ответила Лелька, подняв указательный палец вверх. – Мама говорила, что они с папой влюбились друг в друга в первый же день.

– Может быть, Клара и права. Но я не влюбилась!

– Как скажете. Вероника спит, и я пойду. Доброй ночи.

Лелька помахала мне на прощание и выскочила в прохладу ночи. Я заперла дверь за ней и прислонилась к деревянной поверхности, раздумывая над словами соседки. «Чтобы влюбиться, много времени не нужно».

Мне много и не понадобилось. А Роберту? Что он чувствует ко мне и чувствует ли? Что, если для него все это – ничего не значащая интрижка? Неприятно так думать… Мое сердце, измученное за годы брака без любви, требовало, чтобы кто-нибудь его обогрел. Но захочет ли Роберт греть меня?

* * *

С утра мы с дочкой нежились в кроватях до тех пор, пока не устали. Вероника перебежала из своей спальни в мою, залезла под одеяло, и так мы провели еще какое-то время. Я рассказывала сказку, дочь зевала, делала замечания: мол, не бывает