Тайна девяти. Древний календарь коми - Анастасия Михайловна Сукгоева

моего крика. – Что же я натворил?! Что мы натворили? Войпель! Забери мою силу, забери, но прошу, верни Зарань! Так не должно было быть… это ошибка, ошибка…

Я прикоснулся к каменному столбу – от него шло приятное тепло.

– Оставь её. – Тяжёлая ладонь легла на моё плечо, и я узнал голос бога северных ветров. – Ни я, ни ты уже не сможем ничего изменить. Книгу Судеб не исправить. Олексей, ты должен вернуться к друзьям, в свой мир, к своему народу. Им нужна твоя защита. Та сила, которую вы получили от меня, останется с вами. Омэль ненадолго ушёл в укрытие и ещё покажет свою хитрость. А ты теперь стал ещё сильнее и мудрее. А что касается Зарани… Она не умерла. Она лишь на время поменяла облик. Сколько силы передала она вам…

– Так вот кто помог нам одолеть Гундыра…

– Так было нужно, Ольош. – Уверенный голос Войпеля вернул мне спокойствие. – Не горюй о ней, ведь частичка её золотого света теперь навсегда в ваших сердцах. Береги этот свет. Однако помни, что чем ярче ты горишь, тем больше это раздражает тёмных помощников Омэля. А Зарань… Она пока будет здесь охранять выход из подземного мира Омэля. А потом время покажет. Нам пора…

Я поднял меч, приставил его к каменному столбу и ещё раз приложил к нему ладонь. Огромные печальные глаза Зарани вспыхнули на миг на поверхности камня. Внезапно что-то холодное подхватило меня и закружило со страшной силой.

…Очнулся я на оленьей шкуре. Поднял голову. Рядом горел костёр Войморта. Друзья сидели вокруг огня и перешёптывались о чём-то. Охотник радостно кивал им.

– Сколько я спал? – спросил я, подсаживаясь к ребятам.

– Разве ты успел поспать? – удивилась Света, надевая ботинки. Белые пимы теперь стояли рядом. Она их погладила: – Хорошие, тёплые.

– Отдал бы тебе их, Светлана, навсегда, да нельзя, – развёл руками Войморт.

– Почему? – полюбопытствовал Борис.

– Нельзя вам ничего из этого мира с собою брать, – мягко ответил охотник, – чтобы обратно сюда не возвращаться.

– А разве это плохо – вернуться сюда? – Света удивлённо взглянула на Войморта.

– Каждый должен быть на своём месте, в своём мире. – Охотник прищурил в улыбке глаза. – Ведь не всякий раз вас тут встретят доброжелатели.

– Мне кажется, что я очень долго спал. – Я всё никак не мог прийти в себя.

– Лёш, нам домой пора. – Мишка встал.

– Портал скоро закроется. – Борис легко вскочил на ноги и стал надевать лыжи.

Войморт протянул пару лыж и мне. Когда убедился, что мы готовы, сказал:

– Ваши помощники доставят вас в нужное место.

Мы попрощались с Воймортом.

– Бур туй! Доброй дороги! – махнул он, когда мы взлетели.

Глава 9. Назад

Чем дальше мы летели, тем темнее становилось вокруг. Метель уже не бушевала. Дул небольшой ветер. Снежинки ложились мягким пухом. Лось, медведь, лиса и горностай плавно мчали по воздуху, мы – следом за ними. В какой-то момент наши лыжи дружно притормозили. Перед нами возникло знакомое кольцо. Сняв лыжи, мы воткнули их в сугроб около тёмного круга. Наши звери-помощники выжидающе встали.

Света подошла к лисе и ласково погладила, прошептав что-то ей на ушко. Борис тоже попытался погладить горностая, но тот увильнул, словно играя в догонялки. Борис с хохотом побежал за ним. Мишкин медведь сам приковылял к нему и ткнулся носом в ладонь. Мишка погладил его, приговаривая:

– Спасибо, дружище.

Лось и я стояли напротив друг друга. Он кивнул мне, а я – ему. Потом я подошёл и обнял его, поблагодарил за помощь.

А потом животные словно растаяли, унося с собой наши лыжи. Мы остались одни перед таинственным порталом.

– Ну что, – повернулся я к ребятам. – Кто первый?

– Иди ты, – кивнул Мишка. – Я – за тобой.

– Да чего там думать? – Борис рванул вперёд. – Пойдёмте скорее. Ну, до встречи на той стороне! – махнул он рукой и перелез через кольцо календаря.

Я последовал за Борисом. Но перелезть не успел. Борис как ужаленный выскочил обратно, сбив меня с ног.

– Ребят, – он был напуган, – это не выход…

Я не стал ждать объяснений. К тому же ещё была свежа обида на Бориса, и я не мог ему полностью доверять. Отодвинув его с пути, я нырнул в кольцо и… оказался в тёмной пещере Омэля.

Я узнал её по запаху, по звукам, по каким-то внутренним ощущениям.

Из темноты на меня надвинулся огромный ворон с блестящими глазами.

– Омэль не отпустит вас! – каркнул он.

Я попятился и пулей проскочил через кольцо, вернувшись к ребятам. Они насторожились.

– Ты видел его? – спросил Борис. – Этого ворона?

– Видел. Кажется, домой нам пока не попасть…

Мишка нервно заходил туда-сюда перед календарём:

– Охотник не мог нас обмануть. Здесь должен быть выход.

– Может, мы опоздали? – предположил Борис. – Вечно вы копаетесь, тянете время, вот и не успели.

– А я думаю, дело не в этом, – задумчиво произнесла Света. – Может, мы неправильно выходим? Может, перед выходом нужно что-то сделать или сказать?

– Войморт бы нас предупредил об этом, – не согласился я.

– А если снова шапку закинуть? – предложил Мишка.

– А что, это идея! – подхватил Борис. – Ворон схватит шапку и унесёт её Омэлю взамен на нашу свободу. Ха-ха-ха.

Света неодобрительно посмотрела на Бориса.

– Надо вспомнить в подробностях, как мы заходили, – сказала она тоном учителя, – что каждый из нас делал.

– Ну, давайте я снова толкну Мишку, и он кувыркнётся через кольцо, – предложил Борис.

– Мишка, кольцо… – Я напряжённо думал. – Мишка, ты же первым перелез. Может, ты что-то сказал, когда это происходило? Вспомни!

– Да ничего не говорил, – ответил Мишка.

– Стойте! – Света подняла палец. – Миша попал в этот мир первым, так? И попал не когда-нибудь, а в начале месяца медведя. Значит, Миша должен первым выйти отсюда. А последним заходил Лёша. Помните: медведь и лось – главные символы этого календаря?

– Мо-ло-деч! Браво, – похлопал в ладоши Борис. – Так я ведь о том же говорил: давайте Мишку туда отправим.

– Ну, тогда я пошёл. – Мишка ухватился за кольцо и медленно перелез.

Мы застыли в ожидании. Я представил, что Мишка вот-вот выглянет из круглого окошка, добродушно улыбнётся и, махнув рукой, позовёт нас за собой. Но Мишки не было. Напряжение росло.

Первой не выдержала Света и бросилась в кольцо. За ней рванул Борис, а я перебрался последним. Вот так, не сговариваясь, мы вышли из календаря в том же порядке, что и заходили.

И снова я оказался один в темноте, посреди жуткой метели. Невозможно было понять, куда я попал, в какой мир.