Я бегу по снегу босиком - Нани Кроноцкая

— Да, нам всем досталось. Мальчишкам — особенно. Знаешь, так страшно, я на всю жизнь запомнила эту картину: уходящих Фила и Лера. Сердце разорвалось на куски. До сих пор очень больно.

— Да. Я так его тогда боялась этого трупоеда, думала — никогда в жизни не смогу. А когда увидела, что он с ними сделал — откуда только силы взялись! Думала, просто вспорю ему брюхо и кишки намотаю на шею, так была зла. Эту Маричку я бы… повезло ей, что демон нас так приложил. На балу бы…

— Ага. И сражались бы мы тогда плечом к плечу в великой войне Тьмы и Света. Ладон молодец. Вот значит что — древний дракон. Он принял единственно верное решение, сам.

Арина промолчала. Смешанные чувства в ней вызвала эта история с Маричкой и передачей ее темным. Особенно смущало то, что отца в тот же день отправили на Камчатку. А Ладон вдруг занял его место. Совпадение? Потом будет видно.

Венди вдруг увидела следовавшую к ним колоритную процессию: трое красивых мужчин, таких разных и так схожих: высокий Фил, который словно вырос еще за несколько недель, развернулся в плечах, стал ощутимо крепче (или это Арина сделала его таким?), широченный Лер, как обычно, смотревший куда-то в себя и небрежно-взъерошенный, и Леня — массивный «недорослик». Все — с одинаковыми черными альпинистскими рюкзаками в разной степени загруженности. Леонид нес нелегкий свой груз с легкой грацией кота. Они шли и о чем-то оживленно спорили. Кот размахивал руками, умудряясь одновременно и забегать вперед, притормаживая Рафаила, и не задевать окружающих рюкзаком, и что-то говорить очень выразительно, но тихо.

— Красавцы, да? — Арина поймала ее взгляд и тоже с удовольствием рассматривала это трио.

— Мне показалось, или Фил стал выше ростом?

— Расправляет крылья… и ты знаешь, мне иногда даже страшно. Встанет этот птенец на крыло, и не будет нужна ему ведьма…

Что-то невыразимо тоскливое прозвучало в этой фразе. Такое, что Ди обернулась, успев увидеть выражение лица подруги. Да… Арина не просто влюбилась. Такое с иными бывает лишь раз. И зачастую — стоит им жизни. Любовь без права на ошибку. Как сложно!

Додумать дальше просто не успела: мужчины подошли. Лер, мгновенно уловив ее настроение, подтянул стоявший за соседним столиком стул, секунду подумал и переместил Ди к себе на колени, мысленно шепнув: «Прекрати думать, Ветерок, я уже испугался». Да, еще секунда, и она бы успела подумать о них. Хорошо, что он вдруг вернулся. Фил с Котом разместились за тем же столиком, ставшим вдруг маленьким и тесным. Побросали рюкзаки, устало вытягивая ноги.

— Ну-с, мы закрыли весь список, — Леонид оставался самим собой, лукаво поблескивая медовыми глазами. Он уже успел состроить глазки сразу двум девушкам за столиком напротив.

— Когда отбываем? И кстати, кто мне расскажет, наконец, что за срочное дело? Ладон был настойчив, но не красноречив. Вы-то в курсе?

— Примерно так же. Собираются открывать «Академию»…

Ди подавилась остатками кофе.

— Они там перечитали фентезийную бурду? Кого будут учить, «попаданок»?

— Ну, почти все идеи писателей-фантастов давно и надежно реализованы техническим прогрессом, может, дошла череда и до нас? — Фил смеялся одними глазами. Любитель поспорить.

— А название оригинальней? Только не говорите мне, что студенты там будут «адептами», — Ди скорчила такую смешную гримасу, что Арина уткнулась носом в ближайшее к ней мужское плечо. И что странно — гномье.

— Ты откуда все знаешь? Я вот в первый раз слышу такие слова.

— У нас весь отдел читает эту муть. Да ладно читает, они же и пишут! Самые именитые фентезийные авторы после смены в Дозорах сидят в самиздатах и ночами сливают подробности жизни. Дурят народ. Зато — слава.

— Потом разберемся. Так что там у нас с «академией?» — Лер вдруг ощутил, что голоден. Зверски. После битвы в Гурзуфе он хоть и делал вид мужественный и отважный, но такие вот «откаты» после каждой физической нагрузки были очень острыми. — Кто еще хочет есть? Меня вдруг накрыло.

— Все. Я понял, сейчас разберусь. Я раскидал всем на почту письмо от конторы, там все написано. Почитайте, полезно. Наша задача — осмотр учебного плацдарма для прохождения практик. База университета, на ней летом сидят первокурсники, Лер и Ди там все знают. Сейчас — как раз начало учебных практик. Остальное — на месте, — И Кот убежал.

Судя по молчанию, воцарившемуся после его ухода, не только Лер с Ди общались мысленно.

Надо же! Арина рискнула и связала себя обрядом ментальной связи с новым любовником? Пусть это даже и Фил. Тем более — это Фил, с его этим проклятым даром правды. Ведьма, впустившая себе в голову целый отдел допросов — или очень глупая, или очень сильно влюбленная ведьма. Да, Ди бы так не смогла. Они хоть и слышали друг друга с Филом, но совершенно иначе.

«Оставь их. Они разберутся, и что бы ни вышло, в их жизни уже она будет — эта их непростая любовь.»

Ди чуть было не отвыкла от этого постоянного незримого присутствия рядом. И в чем она теперь-то сомневается? Без Лера рядом ощущала себя беспомощной и раздетой. Или… настоящей? Что там Паша говорил про стремительное отупение?

«Взросление. Тебе оно еще предстоит, как ни странно. И помни — до того момента, как ты решишься стать моей женой — тебя ничего не держит. Кольцо — лишь защита. Я не хочу никаких клеток. Не для птицы. Ты поняла меня Ветерок? Ничего не изменилось».

Тихий шепот в мыслях. Как теплый бриз. Ди сидела, зажмурившись, откинув голову на плечо Лера, почти засыпала, убаюканная его мыслями.

И уснула.

Лер укачивал ее, думая о своем. Так забавно — еще совсем недавно он был рядом с Великой Ди лишь Тенью. Она — непревзойденный мастер розыска и преследования. Ни один преступник не ушел от бесстрашной Венанди, ни одно дело не осталось нераскрытым. Хладнокровная, упорная, она не просто умела видеть другими невидимое, Венди словно чувствовала преступника среди подозреваемых. И никогда не ошибалась. А ее эрудиции хватало на весьма нетривиальный ход расследования. Ди не зря так любила учиться. «Маленьким белым демоном» называли ее противники, тем не менее, отдавая дань Венди. А теперь…

Теперь все изменилось. На руках у него сидела маленькая слабая птичка, едва начинавшая оперяться. Как ребенок. Едва овладевшая своими талантами и даром — таким необычным. Что еще за сюрпризы преподнесет им их это «Последний в роду»? Кстати, он так и не успел рассказать ей о