Хозяйка Медной Горы. Часть II. Ангелы - Варвара Крайванова

― Вер, ты в медпункте экспедиции Б-32 «Вудвейл». Тут безопасно, ― Роб знал, что надо сказать, чтобы успокоить пациента, как знал и о причинах кошмара.

Вернон услышал его слова. Графики вернулись к норме бодрствования, почти в точности, как два часа назад, когда сюда заходила Малиника.

Роб тяжело вздохнул. Снова потер глаза. Кончики пальцев, казалось, содержат внутри свинцовые шарики. Усталость шаг за шагом отвоевывала у стимуляторов плацдарм его тела. Роб расфокусированно уставился перед собой. Надо бы отдохнуть. Принять нейтрализующее стимуляторы снотворное и растянуться на кушетке. Он ― не дежурный сегодня. Дежурный занят сборами для завтрашней операции. Пациент стабилен, вероятность кризиса этой ночью ― меньше пятитысячной процента.

― Вер, я не знаю, как тебя вылечить.

Запертый в прозрачном ящике парализованный друг не мог ответить, но Робу показалось, что от Вернона всё равно исходит ощущение заботы и поддержки. Роб вздохнул. Открыл планшет. В безумном наитии добавил к поиску закономерностей всех гостей медпункта из системы мониторинга трафика в помещениях… и подпрыгнул от неожиданности.

Пи-лим?

― Не может быть!

Эпизод 3

* * *

Деревня, 2550-07-21 23:55 по местному времени

В медизбе горел уютный желтый свет. Олли неловко остановился на пороге, посмотрел на табличку с красным крестом у входа. Сотни лет назад это был какой-то связанный со смертью религиозный символ, но, пройдя горнило истории, он перековался в универсальный символ надежды. Рука потянулась к пластиковому квадрату, но Олли передумал: «Сначала зайду», ― и решительно открыл дверь.

Сидевшая в углу Вика тут же подняла глаза от планшета. Кивнула. Олли неловко улыбнулся в ответ. В ее взгляде больше не было осуждения, только усталость. Рэнд спал на кушетке рядом, и казалось, что ему немного лучше. Остальные пациенты тонули в темноте, слышалось лишь их тяжелое дыхание.

― Чего без респиратора? ― глухо буркнула Вика.

― Если заболею, то смогу потребовать, чтобы обратились за помощью к экспедиции, ― снова улыбнулся Олли. Болеть простудами он перестал давно, последний раз был, кажется, полторы сотни лет назад, так что сейчас он даже не подумал, что новая зараза может к нему прицепиться.

Девушка хмыкнула и вернулась к экрану, что-то не очень уверенно там тыкая. Повисла неловкая пауза.

Олли сам не до конца понимал, зачем он сюда заглянул, и хотел было выйти, как Вика вдруг начала говорить:

― Компьютер выделил вирус, но в базе данных его нет, ― слова звучали немного нескладно, она впервые произносила что-то подобное вслух. ― Это грипп, но ничего точнее анализ определить не может.

― Неудивительно. Прошло две сотни лет.

Снова повисла пауза, а потом девушка с надеждой подняла глаза на стоявшего в дверном проеме Олли:

― Думаешь, они научились лечить вирусы?

― Скорее всего, у них есть вакцина.

Вспыхнувший было огонек в ее вишневых глазах снова угас. Сурово сжатые в ниточку губы девушки едва заметно дрогнули.

― У них наверняка больше реанимационных комплексов и энергии для них, ― попытался утешить ее Олли. От безнадеги в ее глазах сдавило горло. «Бедная ты моя девочка!»

На кушетке, разбуженный тихим разговором, завозился Ренд. Медленно сел. Почесал всклокоченный затылок.

― Как все? ― голос хриплый.

― Стабильно. Новых нет.

Олли сглотнул подкативший к горлу комок. На веку этих детей таких тяжелых испытаний ещё не выпадало. Подошел, присел рядом на край кушетки. Спросил:

― Сам-то как?

Рэнд поднял было взгляд на старика, но тут же отвел глаза.

― Терпимо, ― Ренд почесал затылок. Волосы у него были каштановые, крупными пушистыми локонами, но сейчас, слипшиеся от пота, они плотной куделей облегали голову. ― Как-то странно. Мне казалось, вирусы не могут сильно вредить людям, если нормально питаться и соблюдать гигиену. То ли дело бактерии! Чуть еда испортится или что в рану попадет ― и всё!

― Это потому что нас мало, и вирусов на Ковчеге было не густо. А в начале техно-эры вирусы убивали людей миллионами. Вон испанка, тоже грипп, истребила тогда заметную часть населения Земли.

― И что, нам теперь конец? ― голос Рэндала, вроде бы спокойный, дрогнул в конце фразы.

― Вовсе не обязательно, ― слова у Олли вырвались сами, в тщетной попытке успокоить врача.

Разговор прервался несуразной, корявой тишиной, наполненной тяжелым дыханием пациентов и шумом аппаратуры. Дети вроде бы ждали продолжения. Олли не знал, что сказать. Он ни черта не понимал в вирусах, и неизвестность грызла его ничуть не меньше, чем этих двоих, а ответы можно было найти только в пяти тысячах километров отсюда. Он ведь изначально не собирался сюда заходить, а теперь…

Олли слегка нахмурился. Какая-то неправильная мелочь зацепила его внимание и теперь назойливой мухой металась в голове.

― А всё-таки странно, что сильнее всего досталось малышке и Степану, ― наконец сформулировал он.

Рэнд потупил глаза, закусил губу. Глухо, сдавленно кашлянул.

― Ну… ребята, когда поймали Инн, в шутку предложили ей за чужаком присмотреть, ― хрипло прошептал он после небольшой паузы. ― Думали, поймет сразу, что он не настоящий, и придет ужинать на кухню. А она так и осталась в кладовке сидеть…

«В кладовке?!»

― Не настоящий?.. ― эхом повторил Олли.

Слова Рэндалла звучали по-детски наивно, и он, похоже, сам это понимал. Вздохнул. Поежился. Натянул одеяло на плечи.

― Но чужак и правда не похож на настоящего человека! ― вступилась за товарища Вика. ― Такой огромный, и эти ровные линии по всему телу, и ещё с синим квадратом на боку, словно это дверца вовнутрь!

Рэнд обреченно кивнул.

― Ну, пугается огромных ящеров он очень по-человечески, ― мягко произнес Олли.

Рэнд замер на половине кивка, вдруг что-то поняв.

― Ладненько, ― Олли, насколько мог, тепло улыбнулся, оперся ладонями на колени, встал. ― Чужак сейчас ― совсем не ваша проблема. Ты, ― Олли положил руку на плечо Рэнда, ― давай поправляйся! А ты, Вика, постарайся не заболеть! Зря без маски ходишь!

― Пф! Сам-то!..

― От меня заболевшим проку не много, а вас, настоящих врачей, на всю Деревню лишь четверо. Давайте, держитесь тут! А я попробую что-нибудь придумать.

С этими словами Олли вышел из медизбы.

Вдохнул всей грудью, вычищая из легких прохладный безвкусный воздух лазарета. «Рэнд, ты же