Шанс на счастье. Перерождение гадкого утенка - Виктория Хорошилова

— Милая, тебе не холодно без носочков? — заметил он мои голые ступни.

— Чуть-чуть прохладно. Но я пока так похожу и потом устроюсь с чашкой кофе вон там, — показала на оставленный ковер и плед. — У тебя красивый вид на город.

Мы вместе посидели возле окна с кофе, а потом пошли завтракать. Я мружилась, как довольная кошка, которую вкусно накормили и приласкали. Вижу, он на что-то решается.

— Что-то случилось?

— Нет, просто хотел узнать. Кем ты работала?

— Переводы и редактура текстов, в том числе книг.

Удивлению на лице нет предела, хотя вижу по глазам — он в восторге.

— Просто у тебя были сообщения, пока ты была в клинике. Я их почитал и ответил, что ты пока на больничном в клинике, без подробностей. Я принесу телефон, не нервничай.

Почитав сообщения, расслабилась. Это были возможные заказы, но явно не те, что я хотела бы взять. И, к счастью, отпали сами собой. Прижалась к нему, полистала свои сообщения. Часть ответила отказом. Но нашла пару интересных переводов — документы и сборник рассказов. С официальной работы я уволилась незадолго до полёта, по разным причинам. Одной из них был недостаток заказов, и мои доходы упали. А на фрилансе я, наоборот, стала гораздо больше зарабатывать.

— Выбрала перевод документов и сборник рассказов. Мы к твоим родителям когда поедем?

— Как будешь готова.

— Мне пару часов по клавишам пощёлкать нужно. Там три страницы мелкого текста.

— Понимаю. Ещё, наверное, слова такие сложные и нудные формулировки.

— Не без этого.

— Но у меня только этот стол. Нужно заказать тебе компьютерный стол.

— Потом.

Он сам прибрал на столе, а я сходила, одела тёплые носочки и кофту и принесла ноутбук. Яр настроил мне на нём домашний интернет, и я стала работать над переводом. Справилась, как и рассчитывала, за пару часов. Сделав ещё чашку кофе, постояла возле окна, немного делая перерыв.

— Сейчас перечитаю, всё проверю и отправлю уже. И можно будет ехать.

— Да, но нужно твои вещи разобрать в гардеробную.

В гардеробной мы немного застряли, а потом я вспомнила, что мне бы нормально покупаться. Перед разбором моего чемодана Яру пришлось быстро пересмотреть свои вещи, и отчасти он собирался избавляться, так как давно их не носит и не собирается. Я помогла ему сложить эти вещи аккуратно, а потом повесили мои платья на плечики и брюки в специальный отсек шкафа. Футболки и кофты я быстро сложила на полку, которую Яр быстро освободил.

— Выделим ещё время, и я тебе больше места освобожу.

Отдельно у меня были сложены вещи, что в стирку. Яр вспомнил, что доктор давал специальный большой «пластырь», который может закрыть места операций, и я смогу нормально покупаться. Вышла из ванны в его халате на голое тело. Он едва не подавился водой, которую пил. Я видела, как у него зрачки расширились и заполнили почти всё пространство глаз.

— Ого, как у тебя глаза меняются.

— Милая, я тебе обещал тебя не трогать. Но и ты не провоцируй, молю!

— Оу, прости! Фен у тебя где? Я не только из-за этого ещё не оделась, у меня проблемка с этим пластырем, что я приклеила.

Он мигом пришёл в себя.

— Что случилось?

— Мне больно отклеивать его. Ощущение, словно я кожу срываю. Я уже пробовала резко, но только ещё больнее.

— Понял, сейчас позвоню доктору, уточню.

Нам посоветовали маслом подмазать край пластыря, и Яру уже было не до возбуждения, пока он отклеивал пластырь. Потому что я не могла сама это сделать — мне было больно до слёз. С трудом отклеили, и я потом обтирала полотенцем масло и категорически отказалась ещё раз клеить эту гадость на себя. Мой мужчина меня бережно обнимал и успокаивал.

К его родителям я приехала уже в спокойном состоянии. Когда одела своё любимое голубое платье, Яр сказал:

— Нужно заехать в ювелирный, — сказано было категорично.

— Тебе не нравится, как я выгляжу?

— Нравится, но нужны украшения. Я позабочусь об этом.

Мне купили комплект украшений в одном стиле. Колье на мой небольшой вырез, крупные серьги и браслет. Камни были на несколько тонов темнее платья и шикарно смотрелись с ним.

— Моя красавица.

Дом его семьи был на окраине города. Большой, шикарный, с огромной зелёной территорией. Было немного неловко. До меня начало доходить, кто мой жених и из какой он семьи.

Его семья словно сошла с обложки модного журнала. Они встретили нас на первом этаже дома. Мама выглядела просто шикарно! Особенно учитывая, скольких детей она родила. Рядом с ней была милая девочка в элегантном платье. И что мне было приятно — во взгляде девочки не было высокомерия. Её взгляд был чистым и радостным при взгляде на брата. Яр не дал мне одеть перчатки, сказал, что не даст меня обидеть. Я знала, какая будет реакция на руки! Но либо я не успела увидеть, либо у его родителей действительно хорошая выдержка.

Нас провели в гостиную и подали чай и закуски. Но мне ничего не лезло. Мама Яра осторожно узнала про моих родных. Их удивлению не было предела, когда они узнали, что у моей мамы четверо дочерей и только трое сыновей. На Яра так посмотрели, словно он джекпот выиграл.

— Да, мам, это не шутка. Я видел её родных, пока Лили была в клинике. Младшие девочки — близняшки, две маленьких куколки. У её братьев пока по одной дочке, и они младшие, а старшие — сыновья.

— Мы с сестрами все младшие, сразу было трое братьев.

Его родители с надеждой переглянулись. В гостиную зашёл явно один из братьев Яра, поняла по возрасту и реакции парня. Он поморщился, глядя на меня, и сказал, явно думая, что я не понимаю Ялвийский:

— Привёл свою оборванку. На что она только надеется?

— Явно на воспитание, которое должно быть у вас, — ответила парню.

Он на меня так ошарашено посмотрел.

— Ты говоришь на Ялвийском диалекте?!

— Да.

— Эм, Лили хорошо знает языки и легко их учит, — сказал тихо Яр, явно наслаждаясь растерянностью брата.

— Простите, — промямлил он.

— Милая, ты кем-то работаешь? — спросила мать семейства.

— Да, переводчик-редактор.

— Сколько языков ты знаешь?

— Все, что