Ученица сильнейшего мага - Екатерина Политова

— Неплохо, — сухо отозвался ректор, его голос звучал бесстрастно как и всегда, но в этих словах была похвала. Я почувствовала тихое и невозможно приятное удовлетворение.

Он меня похвалил меня. Меня!

Но радость была короткой. Ветер внезапно взбрыкнул, и магия вышла из-под контроля. Воздух закружился в ледяном вихре, я вздрогнула от укола боли на щеке. Браслеты на запястьях будто резко стали туже, будто ремешки на них затянулись сильнее. Ладони обожгло жаром.

Но в этот момент меня резко перехватила рука ректора.

Глава 4

— Вообще-то, магия созидания через стихию огня не должна обжигать, — поджав губы, произнесла Глория.

Мы сидели в просторном медпункте. Главным целителем Академии Растар была именно Глория. Свет её магии гулял по моим обожженным рукам и приятно грел. Первым делом она свела на нет всю боль.

— Кое-кто умудрился преобразовать это в магию разрушения, — отозвался ректор фон Кирс, стоя надо мной.

— Я не знаю, как это получилось… — склонив голову произнесла я.

— Я здесь, чтобы помочь вам в этом разобраться, — сказал ректор и посмотрел на часы на левой руке. Он уже будто куда-то опаздывал. — Многие студенты, не получая травм от магии, расслабляются и забывают меры предосторожности. Страдают в итоге и они, и окружающие. Получить травму от собственной магии - это не настолько плохой опыт, как может показаться на первый взгляд. Об огонь обжигаются примерно все на первых порах.

— Хотелось бы этого избежать, — грустно ответила я.

— Этого невозможно избежать. — отрезал фон Кирс. — Мне пора, Анита за дверью. На факультете вас уже ждут. Не забывайте проверять расписание, Аннабель, и помните - о деталях вашей магии лучше молчать, о подробностях наших уроков тоже.

Я кивнула со вздохом. Да ничего такого на наших уроках пока вроде и не было. Меня учили тому, чему учат детей лет в десять. Тех детей, у кого магия с рождения.

Факультет “Высшей боевой магии”. А ведь мне обещали, клялись не делать из меня оружие. Но может занятия с другими преподавателями мне помогут. Я лучше пойму, что представляет из себя моя магия. Вдруг и познакомиться с кем-то получится, и станет не так одиноко.

Я вздрогнула, когда Глория коснулась моей щеки.

— У тебя тут царапина, я быстро, — пояснила она предельно спокойно.

— Значит… если получится, я смогу лечить? Как вы? — зачем-то спросила я.

— Ты? Нет, — отрезала Глория. — Твоя магия разрушения слишком сильна, велика вероятность травмировать другого человека. Плюс ты попросту не осилишь уровень концентрации, это почти невозможно в твоих условиях.

Я погрустнела.

— Лучше бы я родилась созидателем, как мои родители.

Взгляд Глории стал жестче.

— Прими свою магию такой, какая она есть. Я всегда завидовала Творцам. И эта зависть не помогала мне развиваться, а наоборот, всякий раз отбрасывала назад.

Ответить мне на это было нечего. Тут все были в плане магии куда опытней меня. А не доверять знаниям ректора не было резона. Однако меня удивило, что моя собственная магия может обернуться против меня. Мне нельзя было расслабляться ни на миг. Даже если суровый ректор позволил себе похвалу.

Аните вела меня по длинному коридору другого здания Академии, увитому зелеными лозами, на факультет выбранный для меня ректором. Я понятия не имела, что меня там ждёт.

Впрочем, к моему удивлению, экскурсию для меня вызвался провести сам декан, мужчина с резкими чертами лица и пронзительным взглядом. Ему было явно за пятьдесят, ближе к шестидесяти. Он представился, как Чарльз фон Нотерберг и смотрел на меня, не скрывая острого любопытства.

Мне показалось, будто он лично захотел меня увидеть, понять что это за загадочная ученица под личным надзором ректора.

Декан повел нас с Анитой через массивные двери факультета. С первого взгляда всё казалось довольно стандартным: тренировочные залы, своя библиотека, лектории, почти военная выправка у студентов, которые даже не смели разглядывать меня.

Но чем дальше мы шли, тем больше я замечала детали, которые были по всей Академии. Укромные места, скрытые от посторонних глаз маленькие тихие сады с фонтанами, уголки, где студенты явно находили себе место для уединения.

— Здесь ученики могут отдыхать или практиковаться и медитировать, — пояснил декан, заметив, как я разглядываю очередной сад. — Но у вас на это времени не будет. Плюс тут часто занимаются студенты с потоков зельеварения и целительства.

Пройдя через здание, мы вышли уже на открытую местность.

— Наша гордость, — произнес декан. — Каждый в Академии должен уметь пройти эту полосу препятствий.

Тренировочная площадка передо мной выглядела как лабиринт из извивающихся троп с препятствиями, уходящих вверх по крутым горным склонам. Неровные каменные ступени переплетались с толстыми корнями древних деревьев. Между скал кое-где были натянуты сетки, где-то висели веревочные мосты, что шатались под порывами ветра и из-за смело бегущих по ним студентов. Я не могла взглядом оценить размеры этой площадки, потому что большинство троп терялось в горных зарослях.

У меня заныли мышцы от одного только вида этого места. Я вскрикнула и закрыла рот ладонями, когда с одной из скал, где практиковались в скалолазании, сорвалась молодая студентка и упала в натянутую сеть. Но она тут же встрепенулась, ловко скатилась с сети и вновь, цепляясь за черные камни, полезла вверх.

Сказать, что всё это выглядело изнурительно, не сказать ничего. К такому я вообще не была готова.

— Завтра утром ваш первый урок будет здесь, — неожиданно сказал декан, разглядывая студентов. — После этого - теоретические лекции с потоком. И только потом индивидуальный урок с ректором.

— Что? — ошеломленно выдохнула я. — Но я не смогу здесь…

Декан коротко фыркнул, и в его глазах мелькнула явная насмешка.

— Научитесь. Каждый студент в академии должен быть в превосходной физической форме. Ректор не просто так поставил вам эти занятия, — отрезал он. — В Академии Растара нет места слабым.

С этими словами он полез во внутренний карман своего пиджака и вручил мне четыре нашивки с изображением огнедышащего дракона.

— Добро пожаловать на факультет “Высшей боевой магии”.

После осмотра тренировочной площадки мы с куратором пошли обедать в учительскую столовую. Потому что для студентов обед уже давно закончился, ужин ещё не начался, а вот график преподавателей и кураторов не был настолько нормирован. Волнение от того, что