Ловелас. Том 6 - Илья Взоров

— Ну, выкладывайте, — сказал я, садясь. — По лицам вижу, есть и плохое, и хорошее. Давайте с плохого. Раз уж день с него начался…

— С плохого так с плохого, — Аарон опустился в кресло и потёр переносицу. — Почтовый процесс. Присяжные отклонили наш иск. Семь против пяти.

Хреново…

— Семь против пяти, — повторил я. — То есть почти раскололись.

— Почти. Но «почти» в суде не считается. Формально мы проиграли первый раунд — почта пока вправе чинить нам препятствия с рассылкой.

Я кивнул. Сильно я и не расстроился — мы этого, в общем-то, ждали.

— Ну что ж. Раунд первый, не последний. Подаём апелляцию. Дальше — кассация. И дальше Верховный суд, до упора. Семь против пяти — это значит, пятеро здравомыслящих нашлись даже в этом составе. Чем выше инстанция, тем больше шансов, что здравый смысл победит. Готовь апелляцию, Аарон. Мы это так не оставим.

— Уже готовлю, — кивнул он.

— Хорошо. — Я повернулся к Хефнеру. — Хью, а теперь порадуй меня. Как с продажами?

И вот тут Хью наконец расплылся в улыбке и развёл руками с видом человека, которому досталась козырная карта.

— А вот с продажами у нас праздник. Очередной рекорд. Снова. — Он сверился со своими бумагами. — Мартовский номер придётся печатать полтора миллиона. И это не считая допечаток всех прежних номеров — их продолжают сметать подчистую. Европа берёт, Канада берёт. Я сегодня и завтра веду переговоры сразу с двумя крупными дистрибьюторами, а послезавтра прилетает ещё один, из-за океана. Англичанин. Хочет «Ловелас» на весь британский рынок.

— Полтора миллиона, — медленно произнёс я, смакуя цифру.

— И это ещё не всё, — Хью уже не мог остановиться. — Даже из Австралии телеграмму прислали — тамошний дистрибьютор готов брать по сто тысяч каждого номера! С другого конца света, Кит!

— Ну Хью, ну молодчина, — я хлопнул ладонью по столу, довольный. Парень своё дело знал — недаром я перетащил его к себе и вожусь с его адаптацией. Хваткий, голодный, с чутьём на деньги.

Я встал, прошёлся по кабинету, прикидывая. Полтора миллиона тиража — это не шутка. Это уже другая логистика, другие масштабы.

— Слушайте сюда. С таким тиражом возить пачки самолётами по всем Штатам становится накладно — разоримся на одной авиадоставке. Надо договариваться с железнодорожниками. Но это полумера. — Я остановился. — А по-настоящему нам нужна своя собственная сеть распространения. Своя. Чтобы ни от кого не зависеть, чтобы никакой пастор с амвона и никакая почта не могли нас придушить, перекрыв кислород. И вот тут, — я многозначительно посмотрел на них, — нам очень кстати клубы Мики. Будем активнее задействовать их под распространение — это готовые точки по всей стране, своя инфраструктура. А мы как раз планируем открыть клубы ещё в пяти штатах. Вот через них и пойдём.

Аарон с Хью переглянулись, и я увидел в их глазах то же, что чувствовал сам, — азарт большой, набирающей ход игры.

Глава 6

Глава 6

— Кит, поздравляю! Ты стал миллионером!

Китти впорхнула в кабинет, сияя. Вот, что беременность делает с женщинами. От неё нынче было не оторвать глаз. Я-то ждал, что начнется токсикоз, она станет зеленой, потом ее потянет в бесформенные балахоны, ан нет — наоборот. Она будто соревновалась с Долли в искусстве раздеваться, не снимая одежды: платье сидело на ней так, что подчёркивало всё, что налилось и округлилось за последние недели, блузка натянулась на груди, ставшей заметно пышнее, а в вырезе виднелось глубокое, волнующее декольте. Глаза блестели, на щеках играл румянец. Цветущая женщина, что тут скажешь…

— С чего вдруг такие новости? — я отложил бумаги.

— Звонил Брэдли, — она опустилась в кресло напротив, закинув ногу на ногу. — Просил ещё четыреста тысяч тиража. Я, как ты учил, потребовала аванс — и вот, представь, только что по банку пришли его полмиллиона долларов! Уже на счету. Он хочет новые допечатки старых номеров — Камиллу просто сметают с прилавков, особенно в чёрных штатах, говорит, разбирают подчистую. Под это дело снова скакнули продажи предыдущих номеров.

— То есть у нас теперь миллион? Живыми деньгами?

— Ну, не совсем живыми, — Китти чуть смутилась. — Я подбивала баланс. Это по стоимости всех активов — с учётом поместья, машин, остатков на счетах. В сумме переваливает за миллион. Так что формально, Кит, ты — долларовый миллионер.

Я рассмеялся.

— Нет, Китти. Это не миллион. Это бумажки в гроссбухе. Вот когда в банковском хранилище будет стоять моя личная паллета — деревянный поддон, а на нём пачки наличных, перетянутые резинками, столько, чтобы я мог на неё лечь, раскинуть руки и утонуть в зелёных, — я вспомнил этот кадр, прямо как в сериале «Во все тяжкие», который посмотрю лет через шестьдесят: лежат двое, белый и чёрный, на горе долларов посреди склада, — вот тогда, Китти, можно будет официально объявлять меня миллионером и закатывать пир. А пока — рано.

— Фантазёр, — фыркнула она. — Кофе выпьешь?

— Давай.

Мы перебрались за журнальный столик в углу кабинета, и Китти, болтая, принялась рассказывать про Брэдли, про допечатки, про то, как в Алабаме за номером с Камиллой выстраиваются очереди. Вошла секретарша с подносом, расставила чашки — и я заметил, как она округлила глаза, скользнув взглядом по глубокому вырезу Китти, и тут же отвела, поджав губы. Я мысленно усмехнулся. Да, теперь Китти у нас соревнуется с Долли. Скоро вырвет у нее золото самой раздетой дамы Ловеласа. Последнее прозвучало в голове тоже двусмысленно…

А ещё подумал: у неё ведь сейчас гормоны вот-вот забушуют. Беременность — дело такое. То ли её на нежности потянет, то ли, наоборот, токсикоз вдарит, и будет не до меня. Любопытно, в какую сторону качнёт.

Секретарша вышла, а я как бы невзначай положил ладонь ей на колено. Китти не отстранилась — наоборот, глубоко вздохнула, и глаза её чуть затуманились, поплыли, дыхание сделалось тёплым и медленным…

И тут, как назло, затрезвонил телефон, а в дверь коротко постучали — сотрудники идут на планерку. Облом. Китти моргнула, выпрямилась, поправила блузку и снова стала деловой мисс Кларк, финансовый директор.

— У меня для тебя на сегодняшний вечер сюрприз, — я убрал руку, понизив голос. — Ничего не планируй.

— Ой,