Ловелас. Том 6 - Илья Взоров

Я побарабанил пальцами по колену — и тут меня осенило.

— А сделаем-ка вот как. Пригласи начальника и его замов к нам на новоселье. На вечеринку. С зайками, с музыкой, с выпивкой — по полной программе. Пусть приедут, отдохнут, расслабятся. Это, Гвидо, не взятка. Это благодарность от чистого сердца.

Гвидо широко ухмыльнулся в зеркало заднего вида.

— О, босс. Если без жен, это тема! Это им понравится больше любого конверта.

Студия встретила нас тем особым голливудским духом, который ни с чем не спутаешь. За воротами с будкой охраны раскинулся целый городок: длинные глухие ангары звуковых павильонов с табличками-номерами на воротах, между ними — узкие улочки, по которым сновал народ. Прокатил мимо кар, гружённый софитами. Прошла стайка девушек в костюмах танцовщиц, в перьях и блёстках, дымя сигаретами. Двое рабочих тащили картонную колонну античного храма. У одного павильона стоял, греясь на солнце, ковбой в полной сбруе и пил кофе из бумажного стаканчика, а рядом курил римский легионер. Выглядело это все сюрреалистично.

Здесь, за этими глухими стенами, одновременно творились десятки разных миров — Дикий Запад, древний Рим, нью-йоркская улица, — и всё это уживалось в нескольких сотнях шагов друг от друга.

Встречать меня вышел лично директор картины — Хэл Ройстон, сухопарый, энергичный человек лет сорока пяти, в рубашке с закатанными рукавами и со сценарием под мышкой. Он долго тряс мне руку с тем почтением, какое в этом городе положено оказывать человеку, который платит.

— Мистер Миллер! Большая честь. Вы написали отличную историю, прямо современная Ромео и Джульетта! Работать одно удовольствие, а это редкость у нас в Голливуде. Идёмте, идёмте, покажу вам хозяйство. — Он повёл нас вглубь, тараторя на ходу. — Вот тут у нас костюмерный цех, обшиваем сразу три картины. Здесь — столярка, декорации делают. А вон в том павильоне, под третьим номером, стоит наша основная локация для «Привидения» — квартира главных героев. Завтра там первая репетиций ключевой сцены.

— А сегодня что?

— Читка сценария и фотопробы в костюмах. Освещение мы пересобрали полностью после прошлых неудачных дублей, поставили новую схему, теперь картинка будет — конфетка.

Да, съемки бестелесного главного героя, точнее его расплывчатый образ, требует большой работы осветителей.

Я кивал, слушал вполуха, озираясь. Громоздкие камеры на тележках, лес штативов, толстые кабели змеями по полу, хлопушка, грим, краска… В этой студии рождалась та самая магия, которую будут смотреть и через сто лет.

— Кит! Ты приехал!

Навстречу, раскинув руки, плыла Мэрилин. Мы расцеловались в обе щеки, и я невольно залюбовался. Цвела и пахла — в прямом смысле, обдала меня волной своих духов. Платиновые локоны уложены крупной волной, на губах та самая фирменная улыбка, глаза сияют, кожа светится. В лёгком халатике поверх костюма для проб она была до того хороша, что у пробегавших мимо рабочих сворачивались шеи. Один даже споткнулся о кабель, упал. Тут же вскочил, пунцовый, убежал.

— Ну как ты тут? — спросил я.

— Прекрасно! — она взяла меня под руку. — Знаешь, мне впервые за долгое время по-настоящему нравится роль. Спасибо тебе! Идём, читка уже начинается.

В углу павильона, под рабочим светом, стоял большой круглый стол, за которым расселись актёры со сценариями в руках — играющие героев «Привидения». Меня усадили рядом, как почётного гостя и, что греха таить, человека, который всё это затеял и оплатил.

— Кит, познакомься, — Мэрилин подвела меня к крепкому светловолосому мужчине с волевым подбородком, на котором красовалась знаменитая ямочка. — Мой партнер по фильму, Кирк.

— Кирк Дуглас, — он привстал, сжал мою руку крепко, по-мужски. — Наслышан о вас, мистер Миллер. И, скажу прямо, — он чуть понизил голос, — отличный у вас журнал. Смелый. Я всем знакомым рекомендую.

— Рад слышать от такого человека. Тоже люблю ваши фильмы. Особенно тот, боксерский… Чемпион!

— Спасибо! И вот что. — Он посмотрел на меня серьёзно, и ямочка на подбородке дрогнула. — Не поддавайтесь вы этим ханжам. Я ведь слежу за вашими баталиями — почта, проповедники эти… Не отступайте. В этом городе уважают только тех, кто стоит на своём.

— Я не прогнусь, — улыбнулся я. — За это можете быть спокойны.

Пошла читка. И, надо сказать, несмотря на то, что сам сценарий был мрачноватый — про любовь, смерть и то, что приходит после, — за столом царило весёлое оживление. Актёры народ суеверный и одновременно ёрнический: тема привидений их явно раззадорила, и шутки сыпались одна за другой. Кто-то изображал замогильный голос, читая ремарку, кто-то охал «у-у-у-у» из-под сценария. Выяснилось, что Мэрилин уже успели разыграть — кто-то из осветителей подкараулил её в коридоре, накинув на себя белую простыню, и она, по слухам, завизжала так, что прибежала охрана. Теперь над этим хохотала вся группа, и сама Мэрилин смеялась громче всех, отмахиваясь: «Дураки! Я чуть со страху не поседела!».

Пока шла читка, мы тихо переговаривались с Сэмом. Продюсерская компания тоже быстро росла — семь сотрудников, два сценариста на аутсорсе, которые дорабатывали мои скрипты, отдельный бухгалтер, следить за счетами. Последние множились и росли, как снежный ком. Сложив цифры в уме, что мне озвучил Дрейк, я понял, что LV Corp. вполне может влететь в кассовый разрыв. Зря радуется Китти… Нам нужны займы в банках. Хотя бы открытые кредитные линии, которыми можно быстро воспользоваться.

Я тяжело вздохнул, Сэм понимающе кивнул, спросил:

— Вас не было, на меня переключили звонок некой Вивиан… Начинающая актриса, индейских кровей.

Я вспомнил девочку со шлюходрома, улыбнулся:

— Возьмите ее портфолио, пригласите на пробы. Наверняка, можно подыскать в наших проектах второстепенную роль для нее…

— Разумеется. В Крепком орешке большая массовка сотрудников корпорации Накатоми. Там есть роль секретарши жены главного героя.

— Беременной?

— Да. С накладным животом играть, кстати, не так и просто.

— Она справится. Пробивная.

— Хорошо, я все устрою!

После читки начались фотопробы в костюмах. Гримёры, костюмеры, вспышки, отметки на полу. Актёров по очереди ставили под софиты, щёлкали так и эдак, обсуждали, идёт — не идёт. Дошла очередь до Кирка — его принялись припудривать, поправлять свет, и съёмка явно затягивалась.

И тут Мэрилин, улучив момент, позвала меня к себе.

— Пока Кирка снимают — идём ко мне, — шепнула она с заговорщицким видом. — Покажу тебе мой трейлер. И вообще, есть разговор.

Интересно какой? Я словно бычок на веревочке последовал за