Охотник с Земли. Том 2 - Алексей Губарев

— Вижу, ты не знал, что базы строят на почве, которую прожигают химикатами, создавая искусственную каменную плиту. Толщина у неё несколько метров, так что оформление одноэтажных подвалов не запрещено. Кстати, мы пришли.

Следующие несколько минут я объяснял красавице, как пользоваться оружием, как чистить, перезаряжать, и как стрелять. Затем мне пришлось встать у неё за спиной, чтобы направлять её руки с оружием, и сразу подсказывать, как и куда стрелять. Самое забавное, что наянга почему-то сильно смущалась, когда я объяснял, как держать пистолет, чтобы его не подбрасывало при выстреле, для чего нужен упор, и так далее. Мне даже самому стало немного неловко от смущения Ананды.

А затем она сделала первый выстрел. Я подспудно ожидал от ученицы испуга, всё же земной пистолет, это вам не оружие корпорации и СМ, но красавица меня удивила, тут же сделав второй выстрел. Пули одна за другой ударили в деревянный щит, висящий на стене — кто-то здесь явно тренировался в метании ножей или ещё чего-то подобного. В ушах зазвенело от грохота выстрелов.

— Ух-ты! — воскликнула Ананда, и повернула голову ко мне. В этот момент я в очередной раз встретился с ней взглядом, а следом почувствовал, как наянга всем телом прижалась ко мне. Неожиданно охрипшим голосом я спросил:

— Ещё потренируемся?

— Ты же не знаешь наших обычаев, человек, верно? — почему-то шепотом спросила красавица, ставя пистолет на предохранитель, и положив оружие на стол.

— Откуда? Я же не из Содружества Миров. — всё ещё хрипло ответил я.

— Только незнание обычаев не освобождает от ответственности. — заявила наянга, и обвила мою шею руками. — Ты даже не представляешь, во что вляпался, сержант!

Глава 6

Героя принимают в большую семью

— Давай, рассказывай. — решительно произнёс я,

— Мы теперь связаны с тобой. — пояснила красавица. — Понимаешь, когда женщина наянги обучается у мужчины какому-то ремеслу, она может испытать к нему чувство, которому нет объяснения на языке Содружества Миров. Это только у нашей расы есть такое, ввиду определённых обстоятельств. Так вот, когда возникает это чувство, создаётся связь, после чего мужчина и женщина обязаны заключить союз. Отказ означает гибель женщины. Если ты откажешься, то меня ожидает смерть, а тебя начнут преследовать представители моей расы.

— Незнание законов не освобождает от ответственности, это понятно. — нахмурился я, хотя имелось желание произнести совсем другое. — То, что произошло, можно как-то избежать?

— Это можно было предвидеть, и избежать заранее. И я видела предпосылки… — Ананда умолкла, не договорив.

— Видела, но почему-то молчала? — чуть строже, чем следовало, уточнил я. — Почему не предупредила меня?

— Потому что это не объяснить словами. — Ананда прижала руки к груди. — Понимаешь, я не ожидала, что такое вообще возможно!

— Нихрена непонятно. Можешь разжевать особо тупому варвару более подробно?

— Ты не наянг. Это не должно было произойти. Но случилось, причём бесконтрольно с моей стороны. Это… как вспышка, или озарение.

— Может просто скроем ото всех произошедшее? — продолжал я отыскивать способ выкрутится из нелепой ситуации, в которой очутился. Причём не по своей вине. Или по своей? Воистину, благими намерениями выстлана дорога в ад. Но как же дико всё это звучит…

— Не скроем. Это невозможно. Проклятье, зачем ты коснулся меня, когда учил прицеливаться? Это твоя мутация, мой интерес и… Теперь любой представитель моей расы почувствует, что я занята, и у меня появился первый мужчина.

— Что значит — первый? — я вновь нахмурился.

— То и есть. Постой… — Ананда отступила от меня на шаг. — Ты думал… О нет! Вы, люди, всё судите по себе. Женщины наянги не предоставляют интимных услуг. В моём заведении они лечат души и тела, а не потакают низменным желаниям.

— Чёрт! Я вчера… Ох, как же тяжело у вас всё. — произнёс я, с трудом сдержав выдох облегчения. — Может всё же объяснишь, что произошло?

— Вот это видишь? — красавица рукой поправила свои волосы, показав их кончики. — Они уже побелели. В течение нескольких дней все волосы до самых корней станут белыми, и перекрасить их не удастся.

— Значит я, как честный человек, обязан на тебе жениться? — мне от одних только моих слов стало неловко. Последние лет десять я избегал подобного в своей жизни, по разным причинам. Первые неудачные попытки — с моей работой, когда ты восемь месяцев в году в командировке, с которой никак нельзя позвонить, и вполне можно не вернуться живым, никто не сможет выдержать такое. Так что долгое время я ограничивался короткими связями, заранее предупреждая своих подруг, что наши отношения временны. Потом было ранение, и инвалидность…

— Ты никому ничего не обязан. — ответила Ананда, и в этот момент её взгляд стал предельно серьёзным. — И если не хочешь вступать в союз с наянгой, вполне можешь попросить о переводе на другую базу. Связь между объектами корпорации — вещь дорогая, и о том, что ты стал избранником наянги, узнают очень не скоро. Ну и я не расскажу, что это ты стал моим избранником. Так что несколько дней для перевода у тебя будет.

— Ты что-то сказала про смерть. — напомнил я — Поясни.

— Это связано с нашей физиологией. Своего рода искусственный механизм, выработанный учёными-генетиками моего родного мира. Сделано это было в тёмные времена, но избавиться от прошлого до сих пор не можем.

— А если избранник наянги погибнет? — задал я сам собой напрашивающийся вопрос.

— С момента, как женщина моей расы узнает, что её муж мёртв, несчастной останется жить ровно до того дня, когда их общие дети станут совершеннолетними.

— Жестоко. — произнёс я, отметив, что мой голос стал глухим. — То есть, если я вдруг погибну, ты тоже, едва узнаешь о моей смерти?

— Да, всё верно. Постой, ты так построил фразу, словно уже решил остаться.

— А у меня есть выбор? — улыбнулся я. — Конечно останусь, не тварь же я последняя. Но! Видишь ли, верить на слово не в моих правилах, поэтому мне нужны подтверждения всему, что ты мне только что поведала. Речь, как никак, о жизни и смерти, а к подобному следует относиться максимально серьёзно.

— Тогда пойдём, я соберу двух-трёх мужчин и женщин нашей расы,