Зеленоглазое проклятие для дракона - Лина Савина

на талию, прижимая хрупкое тело к своей каменной груди. Эйдан наклонился и без лишних слов накрыл её губы страстным, глубоким и требовательным поцелуем. Валирия судорожно вздохнула, её пальцы намертво впились в жесткую ткань его кафтана, а по комнате с треском прокатилась настоящая буря золотисто-зеленых искр. Его губы были горячими, пахнущими озоном и костром, он целовал её так, словно пытался выпить до капли всю её земную душу.

Когда через долгую минуту он неохотно отстранился, его дыхание было рваным, а зрачки сузились до вертикальных щелок. Он уткнулся носом в её шею, вдыхая аромат жасмина и чистой платиновой магии.

— Я едва дожил до этого вечера, Валирия, — хрипло пророкотал он, и его ладони медленно скользнули по изгибу её бедер через тонкий синий шелк. — Мой зверь с ума сходил, пока ты сидела на этой кухне. Я хочу тебя так сильно, что готов сжечь этот замок, лишь бы не делить тебя ни с кем.

Валирия обвила руками его шею, чувствуя, как внутри неё самой разгорается ответный, сладкий пожар. Она заглянула в его полыхающие изумрудные глаза и решительно, без обиняков спросила:

— Слушай, Эйдан… давай на чистоту. Я земная девушка, у нас всё проще. Но у вас тут, в Иллирии, куча дурацких правил. Скажи мне честно: нам вообще можно переспать до свадьбы? Или твой Совет старейшин объявит меня блудницей, а тебя лишит трона за нарушение священного протокола?

Эйдан хрипло, утробно рассмеялся, и этот звук завибрировал прямо в её груди. Он сильнее прижал её к себе, так что она отчетливо почувствовала всю степень его мужского желания.

— В Иллирии закон истинной пары стоит выше любых королевских указов, моя Ра-Ари, — откровенно и горячо прошептал он ей прямо в губы, обжигая дыханием. — Магия крови уже обручила нас в ту секунду, когда ты спасла меня своим поцелуем на Земле. Мы можем принадлежать друг другу в любую минуту. И клянусь пламенем, я хочу этого прямо сейчас. Я хочу сорвать с тебя этот шелк и чувствовать твою кожу каждую секунду этой ночи. Ни один старейшина не посмеет пикнуть. Ты — моя по праву крови и магии.

Валирия судорожно сглотнула, чувствуя, как колени окончательно подкашиваются от его откровенных слов и того, как его горячие пальцы собственнически сжимают её кожу через разрез платья. Соблазн остаться в комнате был велик как никогда.

— Ох, драконище… — Валирия со стоном уткнулась лбом в его плечо, пытаясь собрать остатки здравого смысла. — Ты искуситель высшего разряда. Но нет! Мы не можем сейчас остаться. Надо, Эйдан, надо идти. Там Локан ждет моего провала. Если мы не явимся на ужин, он решит, что победил. Давай сначала добьем этого серого сухаря перед твоим отцом, а вот потом… потом ты полностью в моем распоряжении. Идет?

Эйдан тяжело вздохнул, его плечи разочарованно опустились, но в глубине изумрудных глаз вспыхнуло восхищение её стойкостью. Он запечатлел еще один быстрый, кусающий поцелуй на её губах и нехотя выпустил из объятий.

— Ты безжалостна, Валирия, — криво улыбнулся он, поправляя золотую вышивку на кафтане и переплетая свои пальцы с её. — Но права. Идем. Сначала сожжем Локана его же свитками, а потом я заберу свою награду.

***

Малый обеденный зал был уютнее Тронного, но атмосфера здесь царила не менее напряженная. Стены из светлого нефрита были украшены тяжелыми гобеленами, а в центре стоял длинный стол, уставленный серебряной посудой. За столом уже сидел король Бран, лениво потягивая вино из кубка, а по правую руку от него замер старейшина Локан. Верховный законник выглядел триумфатором — он был уверен, что подмененные свитки полностью дезориентировали земную чужачку.

Когда Эйдан и Валирия вошли, Локан высокомерно приподнял бровь, окинув взглядом её синее шелковое платье.

— Ну что, леди Валирия, — ядовито протянул советник, кривя тонкие губы. — Как прошла ваша прогулка на кухню? Надеюсь, вы поняли, что управлять Сердцем Горы — это не в лавке торговать? Готовы признать свою некомпетентность перед его величеством?

Валирия даже не улыбнулась. Она плавно прошла к столу, её сандалии бесшумно ступали по ковру. С тихим, весомым стуком она опустила свой земной блокнот и шариковую ручку прямо перед королем Браном. Мастер Крон, вошедший следом за ней с подносом, почтительно поклонился девушке, что заставило Локана нахмуриться.

— Признавать мне нечего, старейшина, — звонко и твердо произнесла Валирия, глядя Локану прямо в его болотные глаза. — А вот вам придется объясниться. Ваше величество, я провела полную ревизию за три последних лунных цикла. Мастер Крон подтвердил мои расчеты.

Она решительно открыла блокнот, исписанный четким, аккуратным почерком с формулами и цифрами:

— По документам, которые мне любезно предоставил Локан, на дальние склады Южного предела было списано сорок тонн элитной крупы якобы на корм молодым ящерам. Но вот незадача: по нормативам Крона, ящеры в этот период едят исключительно свежее мясо виверн. Крупа им противопоказана физиологически. Более того, физический объем амбаров просто не способен вместить такое количество. Итог: чистая недостача, фальсификация отчетов и умышленное сокрытие государственного воровства со стороны первого советника. Локан, вы просто списывали золото из казны себе в карман, прикрываясь нуждами кухни!

В зале повисла оглушительная, мертвая тишина. Локан побелел так, что его серая мантия слилась с лицом. Он судорожно вскочил со стула, опрокинув серебряный кубок:

— Это ложь! Варварские наветы! Ваше величество, эта безмагическая девчонка ничего не понимает в наших мерах веса! Крон, ты предал меня?!

Король Бран медленно опустил свой кубок. Его суровое загорелое лицо потемнело от ярости, а изумрудные глаза опасно вспыхнули. Он взял в руки блокнот Валирии, бегло просмотрел четкие расчеты и перевел тяжелый, давящий взгляд на Локана.

— Меры веса на Земле и в Иллирии разные, Локан, — глухо, со стальными нотками пророкотал король. — Но логика цифр везде одинакова. Валентина… Валирия разложила твое воровство по полочкам за один день. Стража! Взять Локана и запереть в подземелье до полного разбирательства!

Двое массивных стражников мгновенно скрутили кричащего советника и поволокли его к выходу. Локан обернулся, его лицо исказила гримаса бешеной злобы:

— Вы пожалеете! Вы все пожалеете! Без моих заклинаний Сердце Горы не удержит равновесие!

И его слова оказались пророческими. Едва двери за Локаном закрылись, как замок содрогнулся от страшного, подземного удара.

Пол под ногами Валирии резко ушел вправо, серебряная посуда со звоном полетела со стола на пол. Стены Малого зала жалобно застонали, а подвешенные