Фантастика 2026-97 - Ольга Кобзева

— В какую квартиру? — мужик помотал нечесаной головой.

— Прям под вами.

— Серега, там говорят твою квартиру грабят….

— Где? — мой собеседник не успел окончить фразу, как на кухне что-то грохнуло, и на его плече повисла худощавая физиономия черноволосого мужчины в очках.

— Вор уже в квартире, вещи собирает…

— Да я щас его… — мужик ловко протиснулся между мной и хозяином и быстро зашлепал, спадающим домашними тапочками без задников, вниз по лестнице.

Когда мы с хозяином квартиры и еще одним мужиком, его уменьшенной копией, наверное, братом или сыном, спустились ниже, будущий потерпевший уже молотил кулаками по своей, замкнутой изнутри двери, и сыпал проклятиями на вора и всю его семью, нелогично обещая, как только вор откроет дверь, убить его, а потом изнасиловать в противоестественной форме.

За дверью стояла мертвая тишина, стеклышко новенького дверного глазка изнутри было затемнено — правонарушитель изнутри наблюдал за жаждущими крови жильцами дома и прикидывал варианты.

— Так, товарищи — я решил возглавить местный бедлам — я там наверху козлы видел, принесите их пожалуйста.

Когда козлы общими усилиями неравнодушных граждан были доставлены, я положил их набок, плотно подперев им, уже переделанную на открывание наружу, дверь, и усадил на козлы, в качестве грузил, двоих наиболее тяжелых своих помощников, а хозяина квартиры, с трудом оторвав от родной двери, оттащил в сторону.

— Вас как зовут?

— Да причем тут…а да, Гусев моя фамилия, Андрей Гусев, член…

— Товарищ Гусев, есть тут откуда позвонить?

— А? Да, из вагончика прораба можно…

— Бегите туда и через «ноль два» срочно вызывайте милицию. Скажите, что в вашу квартиру залез вор, Сержант Громов из уголовного розыска его блокирует, но тот может уйти через окно. Все понятно?

Черноволосый поправил очки, кивнул и быстро-быстро застучал своими тапочками по ступенькам вниз.

— Так, мужики — сидите тут и не вставайте, главное не дайте ему выйти. Я понимаю, вы люди здоровые, а вдруг у него обрез или еще что, а вы только жить начинаете в новой квартире.

Добившись понимания на круглых лицах, я обратил внимание, что глазок двери подсветился изнутри солнечным светом.

— Хозяин, у вас в квартире кто-то остался?

— Ну да, жена моя там по хозяйству…

— Я поднимусь к вам, а то боюсь жулик через лоджию попытается к соседям перелезть…

В квартире наверху, представившись напуганной женщине лет сорока, что растерянно стояла посреди зала и нервно мяла в руках полотенце, не зная, что делать, я прошел на маленькую лоджию и выглянул вниз.

Ниже этажом, с такой же лоджии, рука шустро ощупывала бетонный простенок между лоджиями двух квартир, готовя путь эвакуации.

— Извините — я аккуратно отодвинул молча стоящую на проходе женщину и осторожно потянул стоящий в уголке кухни золотистый карниз для штор, который хозяин со своим подвыпившими помощниками не успел повесить на стену.

Когда человек в рабочей спецовке, вцепившись руками в бетонную перемычку, осторожно вынес ногу за ограждение лоджии и попытался шагнуть на соседнюю, ему в голову что-то болезненно ударило.

Человек спрыгнул обратно, на надежный пол лоджии, а потом осторожно выглянул наверх. Мы встретились глазами, и я погрозил ему длинным и легким алюминиевым карнизом:

— Лучше не пробуй. Столкну вниз и скажу, что ты сам сорвался.

Человек посмотрев на такую далекую с нашей высоты землю, еще раз сунулся наружу, получил по затылку, после чего скрылся за козырьком лоджии окончательно. А через пару минут это уже перестало иметь значение — во двор, весело крутя иней лампочкой на крыше, влетел патрульный «Уазик», мои бывшие коллеги бегом выскочили из машины и огромными прыжками забежали в подъезд. Не хотелось их разочаровывать, но очевидно, что дежурный по РОВД до них не довел, что по информации «ноль два» квартирного вора задержал сержант Громов из УРа, и в свою копилку вписать его у них уже не получиться.

Раскрытие было классическим, как по учебнику. Через час прибывший на место происшествия следователь изъял на месте сумку с ценными вещами, дрель, набор сверл и еще полную сумку инструмента, довольно специфичного и не похожего на продающейся в магазине «Сделай сам» и «Юный техник», замок с небольшой дырочкой и разрушенным запирающим механизмом. Так же, в ставшем сразу толстым, уголовном деле имелись протоколы допросов потерпевшего, трех милиционеров, со мной во главе, и трех свидетелей, включая прибежавшую сверху и сгорающую от любопытства хозяйку квартиры сверху, которые, после того, как изнутри была отодвинута щеколда, за фиксировали находящегося в квартире незнакомого молодого человека, который отказался отвечать на вопросы, как он в данную квартиру попал. Задержание парня по статье сто двадцать два уголовно — процессуального кодекса РСФСР, по подозрению в совершении преступления, пункт, где говориться о лице, застигнутом на месте совершения преступления, ни у следователя, ни у прокурора района ни вопросов, ни неприятия не вызвало.

Удивление вызвало то, что я отказался сразу «колоть» задержанного, который все равно отказывался отвечать на вопросы, и запретил колоть его другим, но добровольно вызвался конвоировать задержанного вечером в изолятор временного содержания.

Когда мы с помощником дежурного по РОВД сдали дежурной смене ИВС трех жуликов, задержанных нашим райотделом за день, в том числе и Мельникова Александра Андреевича, и местный персонал поволок их в кабинет тюремного эскулапа для осмотра и личного обыска, включая раздвигание ягодиц в крайне унизительной позе, с изучением анального отверстия, в целях воспрепятствования проноса чего-то запрещенного, я подошел к местному начальнику:

— Мне бы Глазырина Андрея Георгиевича, за нашим РОВД числящегося поднять. Вот разрешение от следователя.

Дежурный на пару минут задумался, пытаясь сформулировать причину для отказа, и я быстренько направил его мысль в другом направлении:

— Кстати, Глазырин с Мельниковым, да вон тем, кого сейчас фельдшер рассматривает, подельники, вы в рассадке пометку сделайте.

— А, ага, понял — дежурный погрузился в свои журналы, потом, что-то прикинув, велел вывести мне гражданина Глазырина и кивнул в сторону камер для допросов.

— Вечер добрый, Андрей Георгиевич. — я поприветствовал сидельца, протянув ему пачку «Опала» и спички: — Хотя для вас он, наверное, не добрый…

— А с чего он для меня не добрый, начальник? — пожал плечами старый жулик, засовывая парочку сигарет в карман и прикуривая третью: — Вкусно поужинал, порешал кроссворды, сейчас покурю и на боковую. У меня курорт просто, как в санатории, не то что у тебя.

— Так я вам сегодня соседа нового привез — я подтолкнул Глазырину копию сопроводиловки на Мельникова, с пометкой о его принятии под опеку