"Фантастика 2026-1" Компиляция. Книги 1-22 - Станислав Кемпф

Об общих друзьях мне было известно многое. Но, к сожалению, большинство из тех новостей носили траурный окрас. Кто-то спился, кто-то сгинул в колониях, кто-то стал инвалидом после серьёзного избиения. Счастливчиков, подобных Егорке, набиралось как-то уж до обидного мало.

От звуков знакомых имён и прозвищ мой товарищ постепенно втянулся в диалог. Не прошло и десяти минут, как мы уже увлечённо вспоминали наши общие приключения, дополняя повествование деталями, которые отпечатались у одного, но уже успели позабыться вторым. И те давние события, запечатлённые в сознании, вдруг расцветали множеством новых оттенков.

Мы с Егоркой и смеялись в голос, и грустили. Иногда спорили, а иногда и молчали. Но тишина между нами не казалась неловкой. Скорее какой-то тёплой и живой, как старый, но любимый плед. Особенно странно было осознавать, как по-разному мы смотрели на одни и те же ситуации. То, что для меня было рядовой выходкой, для Егора стало поворотным моментом. Или те эпизоды, где я пожимал плечами, дескать: «Да ладно, не так уж и страшно было!» товарищу запомнились звенящей смертельной угрозой.

Но всё же каждая новая история извлекала на божий свет целые пласты моей жизни, которые я считал утерянными. И это помогало мне взглянуть на самого себя под другим углом. Оценить своё поведение и поступки с высоты полученного опыта. А заодно я заново узнавал и Егорку. Не того, каким он был раньше, а того, кем он стал за эти двадцать лет.

Неожиданно раздавшаяся в прихожей трель дверного звонка заставила меня и приятеля вздрогнуть. Я вопросительно посмотрел на товарища, а он отчего-то стыдливо вильнул взглядом в сторону.

— Ждёшь кого? — с недобрым предчувствием осведомился я.

— Да… там должны были зайти… не заморачивайся, я всё решу! — сбивчиво затараторил Егор и убежал с кухни.

Вот только вернулся он уже в компании трёх росгвардейцев, облачённых в бронежилеты и сферические шлемы с прозрачными забралами.

— Он там! На кухне! — без особой надобности подсказал хозяин квартиры, маяча за спинами стражей порядка.

— Руки за голову, лечь на пол! — распорядился первый боец, тыча в меня стволом автомата.

— Егор, это ты их вызвал? — безжизненным тоном спросил я, игнорируя выдвинутые требования.

— Выбора не было, Сашок. Твоя физиономия во всех новостях и по всем каналам. Говорят, террорист ты. Ты извини, но я такое покрывать не буду! Делай, что тебе приказывают, и всё закончится хорошо.

— А если не стану? — с вызовом глянул я на росгвардейцев.

Те сразу же вдавили приклады в плечи и приготовились к стрельбе:

— Лечь на пол, руки за голову! — повторил тот же приказ другой воин.

И всё бы ничего, но у него при этом так сильно дрогнул голос, что он, наверное, и сам устыдился. Как же, всё-таки, они меня боятся…

— Сашок, не глупи! — уже запаниковал Егорка. — Мне тут ваши разборки вообще не упали! Я всеми ремонтами по горло уже сыт. Поэтому выходи по-мирному на улицу, и там…

— Так ремонт — это всё, что тебя на самом деле беспокоит? — удивился я.

— Разговоры! Мордой в пол или стреляю на поражение! Считаю до трёх! Раз…

— Не надо стрелять! — вскинулся хозяин жилища.

— Два!

— Вы что, не слышали меня⁈ Я запрещаю устраивать в моей квартире…

— ТРИ!!!

Не знаю, показалось ли мне, но оглушительный хлопок первого выстрела как будто бы раздался чуточку раньше, нежели финальный отсчёт. Тем не менее, я готовился к этому, и передо мной материализовался непробиваемый купол «Чешуи». Пули бессильно ударили в него и отскочили, калеча столь дорогой сердцу Егорки ремонт.

Хозяин испуганно заорал, а росгвардейцы разразились трехэтажной матершиной. Однако же им пришлось прекратить пальбу, иначе б рикошеты с высокой долей вероятности посекли их самих. А там уже и я сделал свой ход. Пользуясь невеликими размерами кухни, я рванулся вперёд. Первого бойца мой магический щит снёс с ног, а второму я вкатил плетение «Морфея». Третий успел опять вскинуть оружие, но снотворное заклинание коснулось его кожи раньше. Упавший представитель закона порывался открыть огонь прям из положения лёжа, но «Прах» уничтожил его автомат за мгновение до этого. С квадратными глазами Егорка и служащий смотрели на то, как ствол рассыпается рыжими хлопьями прямо в руках. Но изумление их было столько велико, что ничего кроме «э-э-э?», «как⁈», «чего-о⁈» ни тот, ни другой не могли изречь.

— От тебя, «дружище», не ждал такого, — осуждающе покачал я головой.

— Сашок, Сашок, ты это… не горячись, ладно? — трусливо залепетал приятель. — Ну сам же понимаешь… ну как иначе-то… мне ж нельзя… у меня семья!

— Так мог бы просто послать куда подальше. Но ты как последняя крыса завёл в дом, а потом на меня бригаду вызвал. Ты поэтому телефон из рук не выпускал, правда ведь?

— Ну, прости! Прости! — взмолился Егорка, явно порываясь при этом пасть на колени.

— Нет, это ты прости…

— Что… что ты собираешься делать⁈ — и хозяин квартиры, и оставшийся в сознании росгвардеец глянули на меня полными ужаса глазами.

— За твою подлость, я уничтожу то, чем ты больше всего дорожишь, — с мрачной решимостью произнёс я.

— Нет-нет, пожалуйста! Только не трогай мою семью, Горюнов! Они тут ни в чём не виноваты! Со мной что хочешь делай! А их оставь в покое, пожалуйста!

— Да ты совсем плохо обо мне думаешь, Егорка. Я вообще-то про твой ремонт говорил…

С этими словами я подошел к стене и сформировал заклинание «Праха», которое выгрызло рядом с окном дыру метрового диаметра.

— Прощай, «дружище», — с издёвкой бросил я напоследок. — Больше тебя не побеспокою.

Снова плетение «Катапульты», и я уношусь в сгущающиеся сумерки, оставив после себя разгромленную кухню. Какой занимательный урок я сейчас получил. Интересно, а вот в ближнем окружении Ризанта нашёлся бы человек, способный на такой же убедительный обман? Я ведь Егорку заподозрил только когда звонок прозвенел. А до этого он умело мою бдительность усыплял. Знал, за какие струны души дёргать, жучара…

Сбежав на порядочное расстояние, я примостился на крыше исторического здания, присел на парапет и стал бессмысленно пялиться в ночь. Отсюда было хорошо видно, как синий свет проблесковых маячков раскрашивает стены улиц то тут, то там. Поиски кипели. Власти не желали отпускать меня. Интересно, что они сделают, если я всё же сдамся? Запрут