"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка

class="p1">— Там тела. Много тел. Считать не стал, но не менее полусотни. Лежат… — он покосился на бесформенные образования, — примерно так же, но изуродованы сильнее. У многих оторваны…

— Я тебя понял. Выжившие есть? — остановил начинавшего впадать в ступор солдата.

— Не уточнял. Я только выглянул, а там…

— Командир-хоск, я займусь, — взял на себя неблагодарную работу ашш Сошша Хааш.

— Собери коммуникаторы, если остались целы, — выдавил из себя.

И это не прихоть, именно по ним, а точнее по их отсутствию и наличию у искалеченных тел нас распознают.

Голова до сих пор кружилась. С трудом встал. Опёрся о стену. Мне кто-то пытался помочь, и я облокотился на плечо.

— Все живы? Никого не задело? — стоять было трудно, сильная контузия и я сполз по стене на пол.

— Живы все. Проникающих ранений нет, только контузии, скорее всего и внутренних органов, — ответил Птица-восемь. Это именно он находился со мной рядом и протягивал флягу с водой.

Сделал пару глотков.

— К нам гости, — наклонившись над ухом, тихо произнёс подошедший солдат и, видя мой непонимающий взгляд, уточнил, — с другой стороны к нам приближается вооружённая группа…

Глава 6

— Помогите подняться, — проговорил на местном наречии. Не очень громко, но достаточно, чтобы меня услышали окружавшие меня солдаты. Говорил на инопланетном языке умышленно, давая понять, что с этой секунды все разговоры только на языке врага. И как только из-за поворота появилась пара солдат, попробовал принять нечто подобие стойки «Смирно», но не усердствовал, покачнулся и опёрся рукой о стену.

Не приближаясь, пара солдат остановилась, держа нас на прицеле.

— Здесь, сюда! У нас раненые, нужна помощь! — произнёс, и поднял одну руку вверх, давая понять, что старший тут я. Но мои манипуляции остались без внимания.

«Они кого-то ждут более важного и это не штурмовики, а охранники», — сделал для себя вывод после того, как рассмотрел форму солдат, что держали нас на прицеле. Она оказалась примерно такая же, что у тех, кто находился в четвёртом РКП.

— Я — офицер-капитан… — привлекал к себе внимание, но замолчал. Буквально через несколько секунд из-за поворота показалась процессия. Полнокровный взвод солдат в сопровождении офицеров. Вот только и они не предпринимали активных действий. Не пытались сблизиться, не открывали огонь, только наставили на нас оружие. И от такой картины мне стало не по себе. Если сейчас скажу что-то не так или отвечу неправильно, нас всех расстреляют. Их примерно в два раза больше, расположились грамотно, в три шеренги и держат нас на прицеле. Расстояние конечно разное. У тех, кто ближе к медблоку есть время уйти с линии открытия огня, но вот спрятаться-то негде.

От группы отделились две пары и, не обращая внимания на нас внимания, одна пара проследовала дальше по коридору в сторону медблока, а вторая к месту боестолкновения.

Всем своим видом показывал, что спокоен, но сердце бешено колотилось, я тяжело дышал и лихорадочно искал ответ, как мне представиться. Имя офицера, чей коммуникатор мне передали я не знал, не знал и номер подразделения, к какому приписана группа усиления. И пришёл к выводу, что на первом же вопросе посыплюсь.

Изобразив усталость, медленно повернулся спиной к основной группе противников и, убедившись, что пара солдат, которая проследовала проверять коридор, уходящий в медблок меня не видит, быстро жестами подал сигналы: «Внимание!», «К бою!», «Огонь по команде!». Едва успел произвести необходимые манипуляции и убедиться, что бо́льшая часть солдат десанта меня поняла, как сзади послышался шум. Медленно повернулся на звук, но сделал вид, что не удержался на ногах и пошатнулся, ловя равновесие и рядом стоявший анторс, и Птица-восемь меня практически поймали, и удержали на ногах. Когда взгляд встретился с глазами Птицы-восемь заметил на его лице сосредоточенность.

— Офицер, вам стало хуже⁈ Скорее! Офицеру плохо, у него ранение — серьёзная контузия. Он был в первых рядах, когда произошёл взрыв, — быстро говорил Птица-восемь, обращаясь к стоявшим неподалёку противникам.

От основной группы отделились двое и подошли ко мне, но попыток помочь не предпринимали. Они остановились недалеко от меня, и я хорошо рассмотрел их. Один из них офицер достаточно высокого звания. Капитан, не меньше, а второй, возможно его заместитель или адъютант, хотя, какой у капитана адъютант. Но то, что именно один из подошедших офицеров если не самый главный среди находящихся здесь в коридоре, я понял точно. И он сейчас пристально смотрел на меня.

— Представьтесь! Имя, звание, подразделение к которому приписаны, от кого получили приказ⁈ И где ваш коммуникатор⁈ — повышая голос, властно произнёс офицер. Я было набрал в лёгкие воздух, чтобы что-то ответить и одновременно отдать приказ действовать, как к нему подошёл один из солдат, что уходил осматривать коридор в сторону холла с флиптами и я замер на полуслове.

— Офицер-капитан, — докладывал солдат. Он говорил тихо, но достаточно, чтобы я разобрал его речь, — основной коридор полон трупов. Насчитал не менее двадцати, но не уверен. Тела разорваны, обожжены. Все с оружием. Опознать не представляется возможным. Коммуникаторов нет или повреждены, — закончив доклад, он протянул оплавленный корпус коммуникатора.

— Офицер-капитан, — вступил в разговор, — согласно приказу моя группа следовала вместе с сопровождающим к месту новой дислокации, но когда мы достигли этого перекрёстка на нас сзади напали, — говорил, а сам приближался к офицеру, — с нами был техник-смотритель. Его убили первым. Потом завязался бой.

— Ваш коммуникатор, представьтесь! — не унимался офицер, а мне до него осталось ещё пара метров. Рывком такое расстояние не преодолею, попросту не успею. Слишком много пар глаз следят за нами.

— Конечно, — ответил, делая ещё один шаг и одновременно извлекая трофейный девайс, — мой коммуникатор повреждён. Можете в этом убедиться, — протянул девайс офицеру. В это время солдат, что докладывал отошёл в сторону.

— Представьтесь по форме! — не предпринимая попыток взять у меня коммуникатор, вновь взъерепенился офицер. Он нервничал, а скорее всего и боялся. Только окружавшие его солдаты придавали ему сил.

«Ах ты ж…», — выругался про себя. До офицера осталось меньше метра, и я начал действовать. Из разжатых пальцев коммуникатор полетел вниз. Внимание офицера и части солдат переключилось на это движение, тем временем я сблизился с говоруном и левой нанёс удар в солнечное сплетение. Пока тот сгибался, хватая ртом