Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

Хрустит галька, гудит настил под каблуками. Еще десяток метров — там воздух чище и не хочется надсадно перхать. Обогнем заборчик, минуем пустующую вышку и выйдем на прямой курс к шахте, до которой проложена неплохая асфальтовая дорожка. Дистанция пустячная, но только для здоровых организмов.

— Нужна тележка, — окликнул я Школяра. Тот молча ткнул в сторону подъемника и покачнулся, ухватившись за разметочный столбик.

— А я говорил, — пробурчал тощий из вредности. — Но кто же слушает, да…

— Заткнись, — попросила мелкая. — Мартафил.

— Ты научил? — грозно прошипел Шест, наведясь на умника.

— Пошел в жопу, — отмахнулся Замес. — Не сейчас.

Своевременно — командирское вмешательство не потребовалось. И что? Правильно, сука, слазил. Из пристроя, что серел бетонной кладкой, выпрыгнули двое цивилов с непонятной переделкой на базе тяжелого шмалабоя — держали вдвоем и активно тужились. Поясню — о прицельном огне речи не идет, но калибр тупо завораживает.

— Не… -затянул Школяр.

— Мое! — рыкнул Шест и запустил колун в беспощадный полет.

— Ложись! — успел я гаркнуть, дернувшись назад и заваливая бойцов — тех, до кого успел дотянуться.

Залп ушел в асфальт — первый цивил осел, с недоумением изучая застрявший в грудине топор. Второй заорал матерно в попытке передернуть затвор.

Не знаю, чем хреновина стреляет, но укладку вспороли точно отвалом — под выплеск щебня и сопутствующие громовые раскаты. А затем Школяр хладнокровно вскинул оружие и вынес цивилу мозги.

— Мое, — повторил тощий, укореняясь на четвереньках.– Хоть что говорите.

— Похрен, — отмахнулся протеже Гниша. — Замолвлю словечко. Но на патронах разоритесь. Это Посланец 2.0 — местная разработка на основе легионерской. И легиону такие дела не нравятся.

— Только имя сразу не давай, — ехидно осклабилась мелкая.

— Дура. — Тощий торопливо заковылял вперед. Пинком убрал труп от оружия — поднапрягся и стал гордым обладателем серьезной пушки. Счастливый человек, надо отметить. Я честное слово рад — без экивоков и скабрезностей.

— Эй! — вдалеке у ворот мелькнули силуэты цивилов. Почуяли неладное? Как-то поздновато спохватились. Хотя по мне, лучше бы тушили пожар.

— Мелкая, стрельни на упреждение.

Школяр, не теряя времени, извлек пяток бутылок горючки, деловито подпалил и с размеренностью автомата переправил в блочную конструкцию подъемника. Огонь неохотно скользнул по талям, общему конструкту и робкими язычками потянулся вверх.

— Слышь костлявый, — цивил оглянулся на тощего. — Видишь вверху колесо?

— Командир? — насупился Шест. Агент нам попался немного рисковый, хотя он плохо знает бойца, ему простительно.

— Нет, убивать цивила не станем. Просто стрельни по указанной цели.

Школяр побледнел, но сдержался. А ведь у него выучка — приличная по местным меркам. Отмечено и отложено на полочку интересных фактов.

Посланец 2.0 басовито рявкнул, и Шеста дернуло вниз. Боец, хоть и выглядел комично, не опозорился — подъемное колесо прыснуло обломками и конструкт повело.

— Хрен починят без фортовых мастерских, — обрадовался агент. — Телеги в том сарае. И нам сильно, прям очень сильно пора валить.

Через пару минут команда обзавелась неказистым транспортом и в подметки не годившимся продукту торговцев. Но четыре колеса — максимум необходимого на данный момент, чтобы погрузить раненных, озадачить гео-бойцов работенкой и задвинуть короткую мотивационную речь, пока Крыса держала подходы под огнем. Кстати, не попала ни разу, отчего зло и немного виновато шипела.

Сожрем по био и в путь дорожку — сперва тупо уйдем в промышленные дворы, благо у нас под рукой живая карта. Школяр, пристроившись у борта, коротко советовал, куда бежать, если тяжелую валкую поступь можно назвать бегом. Тянуло материться, чтобы не поддаться боли.

Вперед, вперед. Шаг за шагом. Под скрип колесных осей.

Минут через 15 я тормознул группу. Вскинул руку, прислушиваясь. Меж разломанных стен скользили легкие отзвуки — шорохи, скрипы. Со стороны пожарища, что подпирало небо темными лентами дыма, слышался грохот и отголоски криков.

— Не, — сказал Школяр. — За нами не полезут. Община важнее. А все горячие головы уже передохли.

— Двигаемся час и привал, — кивнул я. — Там посмотрим.

Ползли черепашками, как говорится. А иные черепашки и пошустрее будут. Дорога между оползнями фабричных корпусов поднималась в гору, петляя по дворам-отноркам. Иные развалины скалились непреодолимыми торосами, но Школяр подбирал толковый маршрут, хоть и пытался периодически отключиться. Закатит глазки и без толчка Фрау не заводится. Женщина тряслась рядом, пытаясь удержать шмалабой — ей надо доказать, она боец и никак иначе. Я, кряхтя по правому флангу, одобрительно щурился в бессловесной поддержке. Бинтов на ее плече-предплечье тупо дохрена.

За стенами скошенной четырехэтажки — градусов 15 от вектора движения группы — коротко взвыло. Звук перешел в металлический скрежет и быстро затих, вернув привычные шорохи. Серое небо пусто, камни молчаливы, но сердчишко, сука, екает.

— Из подземки, -отрекомендовал очнувшийся цивил. — Херня вопрос.

— Уверен? — шепотом спросила Крыса, наводясь на темный провал стены. И раны уже не раны, а просто досадная помеха.

— Дело привычки.

Тротуар перешел в относительную плоскостность и стало полегче — Шест и Замес, не скрываясь, выдохнули. А в случае умника еще и тягуче сглотнули — бойцу опять прилетело по голове, возможен сотряс. Знают черти, куда лупить, — отрабатывают по самой полезной части тела.

Я несколько минут двигался вполоборота, оценивая тылы, где оседала пыль от прохождения группы. Следы минимальны и нет чувства преследования. Инсталляция чутка фонила теплом, но скорее в попытке поддержать оператора, нежели напрячь. Идиллия, да?

Ива упала, завалившись на кусок кирпичной стены, — наложила на текстуру качественный отпечаток, изрядно сдобренный багрянцем. На протянутую мной руку отреагировала скупо — вцепилась и судорожно потянулась вверх. Народ молчал, воздерживаясь от комментариев. Дело привычное — подставить плечо и синхронизировать шаг. Получилось не очень, но движение худо-бедно возобновилось.

Отмеренный час мы потратили без эксцессов. Стараниями проводника проникли в гулкую пустоту небольшого корпуса, где присутствовали надтреснутые стены, часть кровли, а на полу уютно раскинулись остатки ржавого крепежа. В довесок немного ящиков средних габаритов, драное полотнище клеенки, подвисшей на перекрытиях, и потрясающее чувство укрытия от пристального внимания зоны. Чувство, само собой, фантомное — город мертв и возрождаться не планирует, но нечто мистическое накатывает.

— Нахрен мистику, — прошептал я, следя как команда расползается вдоль торцевой стенки. Там же присутствовали следы старого кострища и