Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

С другой стороны, следует отдать ей должное. Всё то недолгое время, что самолёт находился в воздухе, она старательно сдерживала себя, стараясь не выпустить наружу тихую, молчаливую панику, которая пожирала её изнутри.

— Можете расслабиться, Лора, — сказал я, вставая с кресла. — Мы уже на земле.

— Д… да, — сдавленно кивнула она, но даже не притронулась к ремню безопасности.

Сказала и не встала с кресла, пока самолёт наконец не остановился на стояночной площадке аэропорта. Лишь в этот момент её, что называется, отпустило. Мне даже не нужно было читать её эмоции. Безумное облегчение, которое испытала девушка, видно было по её лицу.

— Вы ведь в курсе, что полёты на самолетах на порядок безопаснее, чем поездка на машине? — спросил я её, проходя мимо, чтобы забрать наши сумки, которые лежали на креслах позади.

— Ага, я что-то такое слышала, — последовал её неуверенный ответ.

Это было даже забавно. Летать ведь действительно безопаснее, но многие люди все равно не могут справиться со своим страхом перед полётами. Впрочем, сейчас это было не так уж и важно. Главное — это выполнить работу.

Даже после нашего вчерашнего разговора я не собирался отказываться от помощи Молотову. Не столько потому, что он меня об этом просил, сколько из желания помочь Анне. Да, Вячеслав собирался меня использовать. Это я могу даже не столько понять, сколько принять.

Всё-таки делал он это, исходя из «добрых» в его понимании побуждений. Да и сам я, познакомившись с Анной поближе, действительно хотел ей помочь. Уже по собственному желанию. Всё-таки жизнь у этой женщины выдалась непростая, и она успела, что называется, хапнуть горя. Теперь же, лишившись мужчины, которого она искренне любила, всё, что у неё осталось, — это её ещё не родившийся сын. Последнее, что у неё было от человека, который стал для неё всем. Естественно, что она хотела дать своему ребёнку лучшее из того, что могла.

Так что моё желание помочь именно ей было искренним. И я готов был это сделать. Но что меня в действительности злило, так это то, что Молотов решил, будто я использовал собственную силу, чтобы побеждать в СВОЁМ деле. Вот это меня действительно выбесило! Настолько, что я ещё потом полтора часа лежал в кровати, пялясь в потолок в бесполезной попытке уснуть.

Даже удивительно, насколько могут зацепить подобные слова от человека, к которому ты испытываешь уважение.

На то, чтобы пройти таможню и покинуть аэропорт, у нас ушло не больше тридцати минут. В этот раз никаких неожиданностей и проблем вроде тех, что ждали нас по прилёте в Конфедерацию, не случилось. Всё прошло довольно буднично и в какой-то мере даже скучно. Ещё через десять минут мы взяли прокатную машину и поехали в сторону Ванкувера.

Нужное нам здание располагалось в самом центре города.

Пока мы ехали, я вынул из портфеля документы, переданные мне Лорой в начале полета. Часть из них я уже успел изучить, но двух часов, проведённых в воздухе, оказалось явно недостаточно, чтобы полностью разобраться в сложившейся ситуации.

А разобраться в этом мне было критически необходимо. Хотя бы потому, что с большой вероятностью от этих бумаг зависел исход всего дела.

Итак, начнём по порядку. Ввиду сложившихся обстоятельств и законодательства Конфедерации Эдвард не мог законно завещать свой титул, землю и имущество Анне напрямую. С учётом отношения в Конфедерации к иностранцам смысла давить на законную часть не было. Анна не просто иностранка, так ещё и не являлась его официальной женой, что только усложнило всё происходящее.

А что делают люди, чтобы избежать сложностей? Правильно. Они хитрят. Вот и Эдвард с Анной решили схитрить. И что же они сделали, чтобы обойти закон на, так сказать, законных основаниях?

Первое — им потребовалось надежное юридическое лицо со стороны. Им в данном случае выступила небольшая офшорная компания с названием «Ранион Холдинг». Что любопытно, но весьма ожидаемо — благодаря документам, предоставленным Лорой, я смог узнать, что фирма эта через третьих лиц принадлежала самому Эдварду. Точнее, он являлся одним из её учредителей. Формально она являлась ничем иным, как оболочкой. Прокладкой, которую он использовал для своего бизнеса за пределами Конфедерации. Весьма удобный способ скрыть часть своих дел от пристального взгляда государства, так как конечный владелец компании — Эдвард, оставался неизвестен.

Далее Харроу продал за символическую плату свою землю и имущество этой фирме. На первый взгляд такое могло показаться чем-то невозможным, ведь Харроу, по сути, распоряжался землей государства. Значит, он не мог провернуть такую сделку без одобрения правительства Конфедерации.

И вот тут начинались забавные моменты.

— Не было у него никаких проблем, — сказала сидящая за рулём Лора, глядя на дорогу. — В Конфедерации землевладельцы и есть правительство. А такие крупные, как Харроу, спокойно могли позволить себе игнорировать некоторые положения её законов.

— То есть юридически это была обычная сделка между двумя отдельными лицами? — уточнил я, сидя рядом с ней и глядя на бумаги. — Он и фирма. Так?

— Строго говоря, да, — кивнула она. — Эдвард создал траст, конечным бенефициаром которого являлась Анна. Доверительным управляющим был назначен глава принадлежащей офшору фирмы, Томас Киршоу. Они с Эдвардом были старыми друзьями. Больше тридцати лет, если я не ошибаюсь, и он ему всецело доверял…

Последние слова она произнесла с нескрываемым раздражением. Покопавшись в бумагах, я поискал интересующую меня информацию, но так и не смог её найти.

— Трастовый договор носил публичный характер? — спросил я, глядя в окно.

— Нет, разумеется, — фыркнула она.

Ну, ожидаемо. Такие документы и не обязаны носить открытый характер. В итоге создавалась парадоксальная ситуация, в которой Анна вроде бы ничем не владела, но по закону траста имела полное право на все его активы. В целом довольно хитрый и расчётливый план. Если бы не одно «но».

— Значит, всё покатилось когда…

— Когда нам сообщили о том, что оригинал трастового договора пропал, — кивнула она. — И в этом главная проблема. Оригинал договора подтверждает, что именно Анна является бенефициаром. Без него мы не сможем доказать, что она вообще является частью этой структуры.

— Но ведь должно быть письмо-намерение, — задумчиво сказал я. — Разве оно, плюс доверенность от лица Эдварда на управляющего