Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

Вроде того. Но я слишком поздно заметил кое-что еще. Твоя кровь тоже другая по составу, отличная от крови жителей этого мира. Незначительно, но этого оказалось достаточно. Питаясь все это время твоей кровью, я не заметил, как мой организм перестроился и перестал воспринимать кровь жителей этого мира. Я уже несколько недель не способен воспринимать никакую другую кровь, кроме твоей.

Я засмеялся в голос.

Какая ирония — демон оказался зависим от меня! Сверхмогущественный Десан превратился в банального наркомана, который не может прожить без крови единственного в своем роде человека в этом мире! И из-за этого он не способен от меня отделиться, даже если бы хотел!

Особенно не зарывайся. Ты без меня вообще-то тоже не проживешь.

Я думаю, что магия способна мне помочь.

Способна. Она тоже способна тебе дать дополнительный кислород, но для этого тебе придется каждые двадцать минут обновлять заклинание. И энчин тут не поможет — он будет способен выделять кислород только из того объема, который занимает сам, а тебе этого будет мало. Так-то, если говорить откровенно, и я без тебя проживу. Например, если ты все-таки каким-то образом умудришься погибнуть, я отделюсь от тебя и смогу выжить, перейдя в нематериальную форму. Другой вопрос, что я уже не смогу вернуться в материальную, по крайней мере до тех пор, пока не найду еще одного человека с такой же кровью, как у тебя…

То есть, никогда, я понял.

Или очень близко к тому. В общем, как ни крути, а мы теперь нужны друг другу.

Мы и раньше были нужны друг друга. Просто наша мотивация была несколько другой.

Тоже верно.

Так что значит… Мир? Я имею в виду, не между нами, мы и так не воевали… А между тобой и всем остальным миром.

Я уже и сам забыл свою же историю. Жажда мести заменила мне ее. Посмотрев ее заново вместе с тобой, пережив ее заново, я вспомнил, каким я был. Я вспомнил, что мною двигало и что меня тогда наполняло. Что я хотел и чего добивался. Так что да, пусть будет мир. Или, по крайней мере, больше не будет войны.

— Ма-а-акс? — недоверчиво позвала Тора, не спуская с меня глаз.

Я широко улыбнулся и поднялся с пола:

— Все хорошо, Тора.

— Что именно хорошо, Макс? — не поверила мне Тора. — Где демон?

— Внутри. — я приложил руку к груди. — И он никуда оттуда не денется.

— Это еще почему? — прищурилась Тора. — Ты меня, конечно, извини, но сейчас я тебе не верю. Так, как ты говоришь, не бывает.

— Теперь бывает. — я кивнул. — И я даже могу тебе все рассказать… Если ты готова выслушать.

Тора несколько секунд сверлила меня взглядом, а потом медленно кивнула:

— Хорошо… Я готова тебя выслушать. Но с одним условием.

— Каким же?

— Не вздумай сдвинуться с места.

Эпилог

Со смертью императора все Алые Гвардейцы моментально перестали существовать. Без их поддержки наша армия легко разгромила остатки сил император, деморализованнные таким поворотом событий, и захватила столицу. Тора заняла принадлежащий ей по праву трон, и первым же указом отменила ночной коммендантский час, что было встречено ликованием.

Тину похоронили на собственном маленьком кладбище дворца, рядом с могилами нескольких предыдущих императоров. Она это заслужила.

Тело Тойфона забрал для исследования орден Серебрянной Печати. Оказывается, их глава был в курсе настоящего происхождения Торы, и именно поэтому в то время, что я гостил у них, старался всеми правдами и неправдами держать ее от меня подальше. Я же все-таки был демоном.

Хотя почему «был»? Я и сейчас остаюсь наполовину демоном. Демоном, который больше не отзывается на имя Десан, потому что говорит, что настоящий Десан погиб на костре много веков тому назад. Ну а то существо, которое взяло себе его имя позже, имеет мало общего с демоном, делящим со мной мое тело.

Я стал личным телохранителем императрицы. С моими навыками и способностями это было закономерно. Кроме того, это позволяло нам постоянно находиться рядом друг с другом, что не могло не сказаться на наших отношениях, начавшихся еще в Шалихаде, но позже забуксовавших из-за вынужденного расставания и появления Тины. Мы снова сблизились и больше не расходились. Тора даже предлагала официально короновать меня как императора, но мне это было не интересно. Когда я смотрел на то, как она занимается всякими управленческими делами, у меня глаза начинали слипаться от скуки. Лично мне подобное времяпровождение казалось интересным только в разрезе поиска способа уснуть при бессоннице, и никак иначе.

Зато я тренировался. Тренировался много, и вволю. Тренировался использовать силы демона, чтобы полностью раскрыть его потенциал, и тренировался без его способностей, чтобы не забывать о том, что я что-то представляю из себя и без него. Чтобы однажды не попасть в ловушку, подобную той, что я сам поставил императору. Мне, в отличие от него, демона в себе предстояло носить долго. Очень долго. Возможно, бесконечно долго. Лишенный возможности от меня отделиться, даже если бы он хотел, демон отказался от захвата моей души, что неминуемо привело бы к необходимости покинуть мое тело, что моментально зачахло бы этой важной составляющей. А значит, срок в девять лет, что когда-то отпускала мне Аяка, превратился в плюс-минус бесконечность.

Аяка… Еще одна жертва этой войны одного демона против другого. Одного мира против другого. Жертва, от которой даже не осталось тела, которое можно похоронить. Единственное, что от нее осталось — это память. Память о хрупкой девушке, что добровольно взвалила на себя непосильную ношу, зная, к чему это приведет.

Мне остается ее только помнить…

И я, честно говоря, охреневаю с того, что вспомнил ты только сейчас!..

Валерий Листратов. Евгений Син

Кадровик

Глава 1

Летают ли крокодилы?

— Ничего так! — провожаю глазами летящую словно в замедленной съемке голову гоблина. Голова прямо на глазах превращается в пепел, и на землю опадает уже облачком серого праха.

— Низко пошла. Видать, к дождю, — доносится густой прокуренный бас.

Не понял. Медленно оглядываюсь. Никого.

— Да тут я, тут, — ворчливо доносится снизу.

Опускаю взгляд. Рядом стоит маленький несуразный человечек, ростом почти до моего колена. Толстый, одетый в странную тогу, со стрекозиными крылышками. Лысоватый фей такой.