Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

ей кто-то бросил половину свиной туши, но хриппута лишь слегка её помусолила и бросила рядом с фонтаном. Мелькнула мысль, что милосерднее было бы отправить зверя в мир иной.

Лирка наконец заметила, что стоит прямо напротив дворцовых ворот под пристальными взглядами стражи, и поспешила продолжить путь. Наверху, уже в коридоре перед кабинетом хайнеса, магичка помялась, неуверенная, что ей опять нужно именно туда, и заглянула в свой кабинетик.

Её стол стоял на прежнем месте, и там уже лежал поднос с письмами. Лирка растерялась, оглянулась на стражу у дверей кабинета хайнеса, но те не одарили её взглядами, и она нерешительно прошла внутрь. Её охватили смятение и… обида. Ирресова обида.

«Мы рисковали жизнью, лезли во вражеское логово, а они выселили нас опять в эту комнатёнку⁈» — возмущался дух.

«Вполне логичное решение после нашего появления у Рышныев, — заметил господин Наэш. — Я бы тоже заподозрил, что мы их подслушали».

«Мы жизнь спасали этой сухляди неблагодарной! Где справедливость, где наша награда?»

Лирка же спокойно уселась и потянулась к подносу. Её более чем устраивало быть подальше от хайнеса. К тому же возвращение на родное рабочее место означало, что господин Саврий уже разобрался с последствиями недавнего возгорания и её помощь больше не требовалась, так? Разве это не замечательно?

Не успела она порадоваться, как дверь широко распахнулась и на пороге во всём великолепии появился Сильнейший. Свежий, отдохнувший и почему-то в костюме траурно-чёрного цвета, который очень странно смотрелся с его белой кожей и снежными волосами.

— Пришла, — хайнес уставился на неё как комендант общежития на притащившегося под утро ученика.

— Доброе утро, господин, — Лирка встала и склонила голову.

Мужчина придирчиво её осмотрел, будто ожидая что-то найти. Неужели правда переживал из-за того, что она осталась ночевать на территории господина Мариша? Лирка даже не могла понять, льстит ей это или нет.

— Ну у тебя оно определённо доброе, — насмешливо протянул Узээриш. — Наверняка от души потешалась над своим бедным господином.

— Никак нет, — уверенно соврала женщина.

— Ещё и так нагло врёшь, — прищурился оборотень. — Я бы потешался.

Досада всё же мелькнула на лице женщины, удержаться не удалось, и мужчина довольно хмыкнул. Вот как ему так удаётся выбивать её из колеи? Он хайнес, ему по положению нужно вести себя сдержаннее и казаться недосягаемым как солнце. По итогу он вёл себя как ветер: неожиданно налетал и лохматил волосы вместе с мыслями.

— Нас с Саврием сегодня не будет, — наконец сказал он о цели визита.

«А чего он нам отчитывается?» — недовольно проворчал Иррес.

— Ночью неожиданно умер старый консер Ахрѝший, фигура весьма знаменитая, так что мы отправляемся почтить память умершего. Проверенные письма оставишь здесь, не забудь закрыть комнату. После этого спустись в лекарское крыло и найди господина Викѐда. До конца дня поступаешь в его распоряжение, будем потихоньку давать тебе новые обязанности.

— Слушаюсь, господин.

— И не влезай в неприятности, — взгляд хайнеса потяжелел. — Не выслеживай никого, ни за кем не бегай, ни на кого не прыгай и не дари никому поцелуев жизни.

— Даже вам?

Иррес, гад! Зачем⁈

«Я поддерживаю твоё стремление быть женщиной», — глумливо пропел дух.

Брови хайнеса приподнялись.

— Простите, — повинилась Лирка. — Мой язык — мой враг.

— Вот и не высовывай его лишний раз, — посоветовал Сильнейший. — Хорошего дня. Надеюсь не увидеть тебя на похоронах.

Дверь за ним закрылась, и до слуха Лирки донёсся голос Саврия:

— Я сейчас дам распоряжения Лирке, и мы можем отправляться.

— Я уже распорядился, пошли.

«Знать бы, о чём он думает…»

Да, было бы неплохо.

Господин Викед оказался добродушным оборотнем-зельеваром весьма преклонного возраста. Несмотря на солидный срок жизни, он ещё был довольно крепким стариком, бойким и по характеру даже молодцеватым. Увидев молоденькую девушку, он лихо подкрутил седые усы и пошутил, что очень жаль, что ему со дня на день уже умирать. Иррес в ответ пошутил, что совсем не против овдоветь второй раз. Вслух пошутил.

«Из тебя юмор сегодня так и сыплется», — господин Наэш был недоволен.

Мастер Викед оценил способности Лирки в составлении наиболее популярных и нужных зелий и решил, что делать ей у него нечего. И отпустил гулять. Именно гулять, напутствуя:

— Нельзя такой прелестной девчуле во вдовах ходить. Иди красуйся. Глядишь, найдётся смельчак, который со службы этой собачьей тебя украдёт.

«Хайнесовой птахи на него нет, — ворчал Иррес. — Будто замужество — это венец достижений и желаний!»

«Семья должна строиться с мужем, — господин Наэш был крайне консервативен в данном вопросе. Возможно, из-за трагичной судьбы собственного сына, о котором он узнал слишком поздно. — Неправильно, если все тяготы воспитания и охранения ребёнка несёт на себе только мать. Женщина в заботе о ребёнке забывает о себе. Посмотри на Лиркаю, у неё же почти напрочь засох инстинкт самосохранения».

«Ты неплохо его замещаешь», — съехидничал дух.

«Не будь эгоистом, Иррес».

Боги, да что они сегодня с самого утра то про близость, то про женскую природу, то про замужество⁈ Ей даже спрятаться от них некуда!

«Я эгоист, а ты ретроград!» — не остался в долгу Иррес.

«Даже Ханён размышляет более зрело, чем ты. Он прекрасно понимает, что маме нужна поддержка».

«Это потому, что ты вдолбил ему эту мысль в голову!»

Кажется, всё бодренько катилось к ссоре. Лирка стиснула зубы, чтобы удержать стон. Что вообще могут понять люди, заявляющие, что они не в ладах с собой? Они точно не были в ситуации, когда четыре разума, занимающие одно тело, переругались между собой и старательно отмалчивались. Ну ладно, три разума: с господином Наэшем Лирка никогда не ругалась, а он ссорился только с Ирресом. Зато дух умудрялся выйти на конфликт даже с Шани, которую вообще-то уважал и немного побаивался.

Лирка заподозрила, что ночью, пока она спала, подселенец выходил из её тела и между бывшим хайреном и духом был какой-то разговор. А нынешнее пререкание — его продолжение.

— Эй, Лирка!

Женщина замерла у выхода на лестницу и, обернувшись, увидела Викана в сопровождении премилой рыженькой женщины. Уже очень хорошо беременной женщины. Иррес мигом потерял желание спорить и преисполнился сочувствием к будущей матери.

— Отлыниваешь от работы? — оборотень ехидно прищурился.

— Меня от неё освободили, — Лирка продолжила с интересом осматривать женщину, которая отвечала ей таким же живым