Обратный отсчет - Токацин

от сармата, и тот, скосив глаз, увидел поясную кобуру со станнером. Это была гражданская модификация «Райдо» — «Райдо-Си», нелетальный разрядник. «Максимальная мощность,» — заметил Гедимин, взглянув на регуляторы. «Выставил после того пьяницы? Я думал, это делают централизованно…»

— В нашем городе такое случалось, — продолжал Уриэль, глядя на пустынный космодром. — Причём на ровном месте. Выйдет приезжий в старый центр — и всё. Мы в колледже дежурили на улицах. Оттаскивали под навес тех, кто прилёг. У нас жарко, на солнце лучше не застревать.

Гедимин слушал его, удивлённо мигая, но после фразы про жару удовлетворённо кивнул — «Понятно, реакция на перегрев. С „макаками“ случается.»

— Почему не остался там служить? — спросил он с ленивым любопытством. Не то чтобы ему была интересна «мартышка», — но то, что он усвоил из местных традиций, предписывало поддерживать даже неинтересный разговор.

— Негде, — ответил Уриэль с неловкой усмешкой. — Вместо центра теперь воронка, вокруг — светящиеся развалины. Обещают вычистить, отстроить…

Он, не договорив, махнул рукой.

— Там была база флота? — спросил Гедимин, запоздало вспоминая, что Уриэль родом не из Бейт-Маима — и определённо не из Эс-Семары.

— Не было там никакой базы, — буркнул патрульный, глядя прямо перед собой. — Хотели поставить. Не дали. Только самооборона. Они даже взлететь не успели. Кому мы помешали⁈ Ни баз, ни верфей… Даже в убежище не все спускались. Обязательно — только дети. Я провожал. А так бы остался наверху…

Его передёрнуло.

«Стальной Пояс… Старый город без собственных баз…» — Гедимин давно забыл о головной боли — ощущения от невидимого лезвия под рёбрами были куда сильнее. «Да, помню. Это был первый удар, для отвлечения…»

— Чёрт! — спохватился Уриэль, с тревогой оглядываясь на сармата. — Я тут болтаю, а ты… Ты как? Тут медик недалеко, если что…

— Прошло, — буркнул Гедимин, поднимаясь на ноги. — Иди работать. Сержант увидит — взгреет.

Уриэль радостно усмехнулся.

— Да ну! Уже не взгреет, — он с гордостью провёл пальцем по значкам на плече. — Я уже не курсант и не стажёр. Офицер патрульной группы Уриэль Хадад, — вот, смотри!

Он показал сармату жёсткую блестящую карточку, цепочкой прикреплённую к броне. Гедимин мигнул.

— Почему без экзоскелета? — он покосился на ближайший терминал — там у входа стоял привычный патрульный в жёлтом «Маршалле». Ещё один человек в пехотной броне мелькнул между зданиями, у парковки.

— Скоро будет, — усмехнулся Хадад, спрятав карточку и сложив в карман цепочку. — Месяц практики, потом — на курсы экзо-пилотов…

Сармат мигнул.

— Теперь для этого нужны курсы? — спросил он, вспоминая, как Ансельм примерял на себя разные экзоскелеты. — Инструкцию прочитать — мало?

Уриэль громко фыркнул в респиратор.

— Нет, ты всё-таки странный. Даже для теска, — признал он, с любопытством разглядывая сармата. — А если инструкция к крейсеру? Тоже — прочитал, и лети?

В наушниках задребезжало.

— Джед, я тебя вижу, — без предисловий заговорил Кенен. — Сиди где сидишь. За тобой придут двое. Реактор привезли.

«Мать моя пробирка…» — беззвучно выдохнул Гедимин, глядя на космодром. Сине-белый транспортный спрингер стоял на юге, поодаль от наезженных трасс местных погрузчиков, — видимо, «особый» груз был на нём. «Вовремя, как водится,» — он зажмурился и вновь открыл глаза, проверяя, не вернулся ли неприятный туман. «Как нельзя вовремя…»

— Реактор? — повторил за Кененом Уриэль, покосившись на передатчик. — Ты будешь чинить реактор? А этот, вечно скалящийся, знает, что тебе плохо?

Гедимин сердито сощурился.

— Мне нормально, — буркнул он. — Что за прибор? Прослушка?

Уриэль щёлкнул креплениями, разворачивая перед Гедимином откидной экран.

— Тут ничего сложного. Вот настройки, вот выбор частот, сюда выводится текст, — он потыкал в крупно напечатанную фразу, недавно произнесённую Кененом. — Вот тут ваша база.

— У каждого «копа» такое есть? — спросил Гедимин, чувствуя неприятный холодок в солнечном сплетении. «И базу они тоже прослушивают. Интересно, сколько я успел наболтать…»

— Одно на десятерых, — ответил, смутившись, Уриэль. — З-зю!.. Ты не обиделся, что я тебя подслушивал?

Со стороны терминала, аккуратно огибая толпу, к сармату уже спускались двое в ремонтных скафандрах. Он качнул головой, приподнимая руку в приветственном жесте. Уриэль, взглянув на терминал, подался в сторону, закрывая передатчик.

— Твои? Тогда я пошёл. Но ты смотри за собой, если что — сразу к медику. Знаешь, где тут медчасть?

Иджес, небрежно отодвинув человека в сторону, посмотрел Гедимину в глаза и крепко взял его под руку.

— Маккензи — идиот, — ворчал он всю дорогу до проёма в ограждении. — То ему летай на броне, то ему монтируй реакторы… Гедимин, ты на ногах-то держишься?

Сармат сердито фыркнул.

— Я ещё не сдох, — отозвался он, освобождая руку из крепкого захвата. — Для реактора нужен многоопорный кран. Есть такой?

…Два сцепленных вместе гусеничных крана медленно наползали на вытащенный из ангара корабль с круглым отверстием в середине, и Гедимин, прижав широко растопыренные пальцы к палубе, чувствовал едва заметную вибрацию. Реактор везли медленно, осторожно продвигаясь метр за метром к световым меткам вокруг пролома. Иджес ждал наверху, на «крыше»; Гедимин спустился в технический трюм и готовился к стыковке внутрикорабельных механизмов с новым агрегатом. Реактор привезли неплохой — «Звёздный Кондор» четвёртой модели, с натриевым охлаждением; стыковку предполагалось закончить к вечеру, на завтра были назначены первые тестовые прогоны — пока без топлива, на холостом ходу.

— Хэ-э! — крикнул сверху Иджес. Гедимин, выглянув в проём, увидел, что две из четырёх световых меток по носовой части перекрыты тенью массивного шара. Вибрация прекратилась — кран остановился. Гедимин шагнул назад, под прикрытие переборок. Наверху под команды Иджеса выравнивали положение подвешенного отсека — он не должен был пройти мимо цели ни на сантиметр.

— Майна помалу! — крикнул наконец Иджес. Гедимин отодвинул лишнюю переборку, чтобы не закрывала обзор. Ещё четыре метки погасли — реактор медленно и плавно опускался на приготовленное для него место.

«Хорошо,» — Гедимин, отследив его траекторию, довольно хмыкнул. «С этими реакторами я освоился. Мне бы свой доделать…»

30 ноября 27 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

— Комиссия, Джед, — Кенен, повернувшись к зеркалу боком и придирчиво рассмотрев свой силуэт, грустно усмехнулся. — Тут тебе не «Геката». Сперва комиссия, потом — ещё одна, потом — итоговое совещание, и после этого,