Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

А еще мне не надо Бека отсюда забрать. Меня подговорить не получилось, так он кому-нибудь другому начнет на мозги капать. А этого лучше избежать.

— Принято, — он поднялся. — Ну пошли.

Он обошел меня, открыл дверь и вышел в основное помещение убежища. Люди повернулись, посмотрели на него.

— Ну что, пацаны, — он усмехнулся, по-видимому привычному среди мелких бандитов обращению. — Считайте, лишили нас дома и крова. Мы год школу держали, все под себя сделали, запасов накопили. А они пришли и одним днем все отняли. Да еще и жизней наших хотели, но не получилось. Как считаете, справедливо это?

— Да хуй там плавал! — ответил кто-то один.

— Вот именно, — согласился Сека. — Жирный многовато на себя взял. Он, пацаны, как вошь. Вошь ползает, кровь пьет, жирнее и жирнее становится, и начинает на всех брюхом давить. И вот иногда вошь такой огромной становится, что ее терпеть уже невозможно становится. А потом ее давят.

Я сперва не понял, к чему тут этот диалог о прикладной энтомологии, но Сека продолжил:

— Пацаны, они ведь не просто дом у нас забрали. Наших жен и сестер тоже. Они всех под нож пустили, совсем не по-людски поступили. Значит будет воевать.

И народ закивал. Да, когда ему надо, он умеет зажечь толпу.

Глава 24

— А ты у нас врачеватель не только тел, но и душ, да? — спросил Бек, когда мы покинули убежище и двинулись в путь.

Идти-то здесь недалеко, буквально четыре двора пройти. Другое дело, что дворы в этой части города большие, просторные. Но и укрытий хватает, что тоже хорошо. Во-первых кусты разрослись, а во-вторых — машин брошенных полно. Хотя если нарвемся на какого-нибудь снайпера армейского, нам это не поможет.

Мы шли позади, в арьергарде, пользуясь тем, что вроде бы главари. Остальные двигались впереди, прощупывая дорогу. На ней самые разные опасности могут встретиться: от людей Жирного или военных, до команды каких-нибудь беспредельщиков или бродячих собак. Всякое может произойти.

На самом деле и в спину атаковать могли, но зато это возможность нормально поговорить. Наедине.

— Не понял, — уклончиво ответил ему я. — В смысле?

— Да в каком еще смысле это может быть? — спросил Бек и продолжил. — Сека заперся ото всех, и было видно, что сидел бухал. Переживает он за Надьку. А ты зашел, поговорил с ним, причем он даже не орал на тебя, это слышно было…

— Ты под дверью подслушивал стоял что ли? — спросил я.

— Нет, но…

— Слушай, — сказал я. — Я тебя Секе не сдал. Про твои предложения и все остальное. Но ты лучше подумай сам: с нами ты или нет? А то есть у меня такое ощущение…

— Я не согласен с Секой, — сказал он. — Нам нужно иначе действовать. Если есть вариант выбраться из этой жопы — надо с вояками кооперироваться. Так что…

— А ты думаешь, я ему не про то же самое прогонял? — спросил я. — Ему приспичило, надо Надьку спасти. И я его понимаю, я за свою женщину тоже порвал бы кого угодно. Пусть у меня ее и нет. А с военными… О чем ты с ними договариваться будешь? У нас половина груза всего.

— Так это по твоей вине половина, — он хмыкнул. — Если бы ты поторопился бы…

— Если б я поторопился, то у нас вообще хрен с маслом был бы, — сказал я. — И более того, меня бы самого не было. Завалили бы. Так что хоть что-то имеется. А вторую половину найдем.

— Ага, — кивнул он. — А заодно и Жирного вздернем, и Надьку спасем. Ты что ли это делать будешь? Ты, Рама, что, в супергерои записался у нас? Черный плащ теперь, каратель преступников и спаситель невинных девиц?

— Не юродствуй, бля, — ответил я. — Я и сам не знаю, что делать. Только вот что-то надо. И цель у меня такая же, как у тебя. Из города вырваться. Все, что тут творится, у меня в печенках сидит уже, блядь.

— Надеюсь, они и Надьку тоже того… — проговорил вдруг Бек.

Я посмотрел на него, но решил промолчать. Это не здоровая хуйня, честно говоря. Нет, на самом деле всем нам было бы легче, если ее уже нет на свете. Потому что тогда мы можем сосредоточиться на основной цели. А так Сека будет упорствовать.

Да только вот, все ведь на нем держится. А если он скиснет окончательно? Или вообще вздернется? Да хуй его знает, на что он способен.

Один двор сменялся другим. Ничего особенного, никого мы не встретили: дома и дома, местами обрушившиеся, если туда прилетали снаряды. Кое-где стекол нет, повышибало взрывами. В общем-то обычная для нынешнего времени картина. Даже и разрушений нет особых, не как там, под «Леманой» или сгоревшей заправкой.

Но все равно видно, сука, что город мертвый.

— Ты предложить хочешь что-то или нет, блядь? — уже решил спросить я конкретно. — Даже если мы сейчас на Жирного забьем, что сделать не получится, как ты с военными планируешь связаться? У тебя завязки есть?

Он ничего не ответил, а я продолжил:

— Нас с большей долей вероятности кончат просто, а перед этим выпытают, где мы груз оставили. И на этом все закончится. Сам ведь понимать должен, нет разве?

— Да, но…

— Короче, — сказал я. — Смотрим по ситуации. Если получится найти завязку — сделаем. Если нет, так нет. А пока работаем по школе. Завалим этих уебков, сколько получится, и хотя бы часть груза заберем. О себе позаботимся. Логично же?

— Да, — наконец сказал он. Хотя по тону было понятно, что он просто хочет, чтобы от него отъебались.

Да что с ним не так-то в последнее время, блядь? Чего он там навыдумывал себе? Из-за того, что теплое место потеряли что ли? Так у нас не хуже есть, а там и что-нибудь новое себе сообразим.

В его словах, конечно, были буквы, но не было смысла. Потому что не будут с нами военные работать.

Скоро мы догнали своих, которые собрались под одним