Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

Пальцы вцепились в толстую, упругую… щупальцу? Я резко дернул ее на себя, а потом, размахнувшись, со всей силы впечатал это создание в стену.

А потом еще раз. И еще. И еще.

На втором десятке ударов, когда последние остатки сил уже покинули меня, перед моими глазами наконец предстало… ну, почти то, что я ожидал увидеть, а именно осьминог, или существо, очень на него похожее. Не особо большое, сантиметров двадцать в приплюснутой голове и с довольно длинными щупальцами. И что тебе в море не сиделось, а, сволочь?

Еще месяц назад я бы, наверное, удивился увидев такое. Но после знакомства с Габу и путешествий за пределы города такие вещи уже не казались мне чем-то из ряда вон.

— Оно сдохло? — неуверенно спросил Чон Ук, глядя на полуразмазанную тушку осьминога. Хотя еще вопрос, сильно ли я ему навредил — как-никак, костей у него нет. Ну, наверное, нет, впрочем, если и были, то целыми после моих усилий точно не остались. Хотя, зная этих духовных созданий, прибить их — еще та задача.

— Надеюсь, нет, — ответил я, глянув на часы.

Стрелка продолжала безуспешные попытки двинуться дальше, что означало, что мы все еще в ловушке. Если эта тварь и правда сдохла, у нас большие проблемы.

— Хен, как думаешь, он съедобный? — с оголодавшим взглядом посмотрел на осьминога Чон Ук.

— Думаю, да. Жаль только, соевого соуса нет, — облизнул губы я.

Хоть я и подыгрывал, но, черт, я и вправду хотел его сожрать. Может, во мне взыграла корейская кровь? Пару раз я видел, как таких головоногих пожирали еще живьем. Правда, аппетита это у меня никогда не вызывало… Но всегда можно попробовать что-то в первый раз.

— Половина моя, — серьезно заявил Чон Ук, явно не собираясь отказываться от добычи.

— Хорошо, посчитай, сколько у него щупалец, и поделим поровну, — ответил я, почувствовав, как слюна наполнила пересохший рот. Затем, глядя на неподвижного осьминога, добавил:

— Прости, но ты сам виноват, что запер нас здесь вместе с собой. А если твой хозяин начнет жаловаться, скажу, что просто перепутал тебя с закуской к пиву, — я жадно окинул взглядом аппетитную тушку.

Мы устроились поудобнее. Я схватил одно из склизких, но на удивление аппетитных щупалец и уже поднес его к зубам…

Значит, все же притворялся, — хищно улыбнулся я, радуясь, что моя игра сработает. Впрочем, в душе появилось небольшое разочарование, видимо, от несостоявшейся трапезы.

Я уже собрался провести, так сказать, переговоры, но Чон Ук оказался быстрее — прежде чем я успел открыть рот, он вцепился зубами в одну из зививающихся щупалец.

— Брат, помоги! — вдруг раздался булькающий, свистящий вопль осьминога.

И в тот же миг что-то невидимое, холодное, словно петля, сжалось вокруг шеи моего озверевшего соседа. Он захрипел, его руки судорожно метнулись к горлу, пытаясь сорвать невидимые путы.

Вот же… С трудом поднявшись, я наощупь схватил эту невидимую тварь и снова проделал свой фирменный трюк — осьминожью колотушку. На этот раз хватило всего пяти ударов.

— Ну вот, делить ничего не надо, — удовлетворенно сказал я, держа в руке второго представителя головоногих. — Или вы, братья по щупальцам, все же выпустите нас отсюда?

Конечно, я мог применить дарованную Ма Ри силу и попытаться заставить их выпустить нас без лишних слов. Но было опасение, что в таком ослабленном состоянии я просто не смогу ничего сделать и эти головоногие сбегут, а на второй раунд у меня сил явно уже не было.

— Мы не можем… Хозяин приказал… Мы не можем ослушаться приказа, — жалобно произнес осьминог у меня в руке, пока второй всеми силами пытался вырваться из зубов обезумевшего от голода доходяги.

— Аа, не можете? Ну, значит, станете едой, а потом, думаю, ваша клетка и сама развалится, — сказал я, облизывая губы. — Кстати, если не поторопишься, то твоего брата скоро и правда сожрут.

Я не врал — Чон Ук уже успел отхватить зубами одну из щупалец и сейчас с большим удовольствием ее пережевывал, что у меня мелькнула мысль: а может, и правда их сожрать?

Хотя они и разумные, мысль о поедании мыслящего существа вызывала у меня сомнения — уж больно это попахивало каннибализмом. Но, с другой стороны, у него этих щупалец много… От потери одного он вряд ли сильно обеднеет. И кстати, видимо, эти морские создания не такие и крепкие, как те мелкие духи, которых я уже встречал до этого.

На мои слова братья-осьминоги ничего не ответили, заведя наши переговоры в тупик. Да, голод взял свое. Я жадно вгрызся в податливую, мягкую и, главное, сочную плоть. После стольких дней сухой голодовки она показалась мне самым вкусным блюдом на свете — теплая, насыщенная, с приятной солоноватой ноткой, пробуждающей аппетит еще сильнее.

— Мы… мы выпустим вас, только отпусти! — издал осьминог в моих руках.

— Конечно, выпустите. Куда вы денетесь? Знаешь, думаю, когда я и мой оголодавший друг доедим вас, эта клетка сама развалится. Не так ли? — я бросил это как чистой воды предположение, но в ответ услышал лишь тишину. Видимо, все же оказался прав — и теперь не они диктуют здесь условия.

— Пощади… прошу… — забился в моих руках головоногий, дрожа от ужаса, пока его сородич корчился в конвульсиях под натиском челюстей Чен Ука.

— Тогда рассказывай, почему мы с моим другом оказались здесь?

— Хозяин Хвагу приказал… — пробормотал осьминог.

— Ты дурак? — я сжал его скользкую, похожую на желе голову. — Я не спрашивал, кто вам приказал. Я спросил — почему?

— Ты… посланник Белой Лисы… которая убила его сына… — прохрипел он.

— А теперь другой вопрос. Почему этот человек тоже здесь? — я кивнул в сторону Чон Ука. — Он не служит Белой Лисе, и твой господин это прекрасно знает.

— Мы… мы не спрашивали… — осьминог затрясся в моих руках.

Я ему поверил. Ответ меня, конечно, не устраивал, но продолжать допрос не имело смысла. Да и если затянуть еще хоть немного, одного из этой парочки точно сожрут, а это вряд ли пойдет на пользу предстоящим переговорам с их хозяином.

— Ладно, сделаю жест доброй воли и отпущу вас, — лениво протянул я. — Передай это своему хозяину. И передай ему