"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

После она ушла, оглянувшись один раз у выхода. Два гвардейских офицера посмотрели на неё, один хотел что-то сказать другому, но, заметив мой взгляд, промолчал.

Странно всё это было. Девушка приятная, хотя и со своеобразным юмором, и взгляд тёплый, как и касание. Но что-то её смущало. Или пугало. Очень странно.

Я огляделся. Знакомых осталось мало, а говорить с офицерами из Дискрема я не собирался. Но заметил офицера-инспектора Кеннета.

Он мне не отчитывается, и в личное время может заниматься чем хочет, а благодаря своей известности тоже был приглашён сюда. Сейчас Брюс стоял с группой офицерских и чиновничьих жён, о чём-то шутил, рассказывал им какие-то свои боевые похождения. Они весело смеялись, когда он показывал, как в кого-то стрелял.

Но он заметил меня и вскоре подошёл с двумя бокалами.

— Командор, слышал, как ты уделал этого полковника, — пьяным голосом сказал он. — Это было нечто. Попомни моё слово, его карьера уже пробила дно и летит дальше.

Голос пьяный, Брюс уже порядком окосел.

— А куда деваться, — произнёс я. — Охранка ревнует, что её отодвинули. Вот и хотят подставить, чтобы вернуть свои позиции. Приходится ставить их на место.

— Ага. Тебе, боевому офицеру, это всё совсем дико, но тут такие порядки. Кстати, видел, ты познакомился с Ольгой Варга?

— Знаешь её?

— Немного, — сказал он, немного подумав. — Даже жаль, что у неё всё так сложилось.

— Что такое?

— Думает, что приносит несчастья, и поэтому держится от всех подальше. И другие так думают. Местные порой слишком суеверные, — он нахмурился. — Хотя такие везде.

— Что там случилось? — спросил я.

— У неё один жених погиб, когда ей было двадцать, — проговорил Кеннет. — Как раз где-то на юго-востоке, сепаратисты убили. Второй погиб на островах два года назад, караульный по ошибке застрелил. С тех пор сторонится всех мужиков. И местные сами её обходят. Наверное, ты первый, кто с ней потанцевал.

— Я не суеверный, — в очередной раз сказал я.

— Тем и лучше.

Император вскоре отбыл на юг, и его гвардия вместе с медслужбой тоже, как и Ольга. Но её контакт у меня остался.

Сами мы тоже не задержались. Батальоны пополнились, мы проводили слаживание, насколько вообще могли, и отпустили тех, кто демобилизовался.

Некоторые из них остались в армии на платной основе, потому что в десанте даже простые ребята с далёких окраин могли сделать хорошую карьеру профессионального военного или даже выучиться на офицера.

Наконец, мы погрузились в крепость всем составом, усиленные бронетехникой, и летающая машина отправилась на восток. Поход занимал почти семь дней, и всё это время за окнами редких иллюминаторов было видно только безбрежное синее море.

Зато мы снова увидели солнце, что радовало всех. Отвыкли от него, находясь в этой полярной темноте. За это время занимались рутиной, обучением, разбирались с текущими проблемами. Надо было решать много вопросов.

И один из них никак не решался. Им занимались ротные, но я тоже участвовал.

— Кто у нас ворует спирт? — спросил я, сидя в каморке зама по тылу. — Мы летим неделю, у меня все пацаны трезвые, как стёклышко, хотя я их каждый день проверяю. А бочка спирта пропала.

— Не могу знать, Дмитрий Михалыч, — отозвался зам по тылу Леонов, почёсывая лысину.

— Но вы же человек опытный. Куда они могли его слить? В какую ёмкость?

— Я проверил все топливные баки, всё остальное, даже в канистры заглядывал. На погрузке всё было нормально, всё стыковалось. Её точно погрузили на борт.

— А бочки спирта больше нет, — заключил я. — И не в первый раз пропадает.

Леонов не воровал это сам, весь спирт на крепости был под строгим контролем, а тут целая бочка, которая висит на нём. Да и если раньше воровали спирт, то на земле, а не в небе.

Так что куда делся спирт, оставалось загадкой. Алкоголь на крепости запрещён, и если кто-то выпил, наказывают всё подразделение.

Ведь если недосмотришь, то пацаны тут же напьются, и во время возможной высадки всё закончится трагично. Впрочем, пьяные за время вылета не попадались.

Ничего не узнав у тыловика, я отправился к офицеру-инспектору. Кеннет за счёт особого служебного положения и авторитета среди солдат мог знать побольше.

— Брюс, что интересного? — я вошёл в его каюту.

— Текучка, — он положил пару листов на маленький стол, за которым сидел. — Ничего серьёзного.

Я оглядел его каюту. Полки для книг были запрещены в целях безопасности, поэтому всё лежало в ящиках. Больше всего места занимало полное собрание «Жизнеописания Таргина Великого» в 56 томах, причём каждый том был минимум в двух частях, а некоторые аж в пяти.

— Я это никогда не читаю, — он заметил мой взгляд. — Вряд ли хоть один человек в империи это читал, кроме автора, да и это далеко не факт. Но это подарочное издание, очень дорогое, мне его негде оставить. Будут дети — передам им.

Ещё там был плакат с самим Кеннетом. Сурового вида офицер-инспектор указывал пальцем на смотрящего. Приписка внизу гласила: «Тебя ждут в танковых войсках Хитланда». Это с тех времён, когда он служил в тамошней танковой бригаде, но потом попросился к нам.

Для чего именно к нам — он так и не сказал. Сам он говорил, что ему надоело с ними кочевать по всей стране, а тут каюта перемещается вслед за ним всюду, куда нас перебросят. Но служить на крепости очень престижно.

Я поглядел его бумаги. Кеннет развлекался в свободное время, но в рабочее свои обязанности выполнял без лени. Он не обязан делиться со мной рапортами, но делал это в знак уважения, и я это