"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка

— Теперь давай ещё раз познакомимся. Твоё настоящее имя Софья Викторовна Нефёдова и данная информация известна многим, — усевшись на стул, заговорил Игорь Степанович. — Моё настоящее имя тебе ничего не скажет, в приватной обстановке или в случае крайней необходимости обращайся ко мне «Старик». Но думаю, до этого не дойдёт. Нашёл я тебя давно, ещё когда ты находилась в другой ветке «Метро-4000», но подать знак или как-то обозначить, что ты не одна не мог.

— Вы куратор? — вклинила вопрос Соня в возникшую паузу.

— Не совсем. Я один из тех, кто стоял у истоков проекта, в котором ты и многие другие дети приняли участие.

Старик говорил твёрдо, смотря в глаза Соне. От него веяло уверенностью, силой знания и… Соня не знала, чем ещё. Такую ауру она чувствовала от обличённых очень большой властью людей, с которыми ей приходилась неоднократно встречаться. Но этот Старик не походил ни на Президента, ни на кого-то из министров. По внешнему виду, если не знать того, что было до этого сказано, Соня дала бы ему оценку, что тот военный в отставке и очень давно на пенсии.

— Проект с воспитанием детей зародился лет шестьдесят назад, после предпоследней мировой войны. Но реализация его затянулась. Не смотри на меня удивлённо, мне девяносто четыре года, и я много повидал. Начинал работу в Комитете, если помнишь историю, то должна знать, что существовала такая организация. Но не об этом… — тут Старик выдержал паузу, — ты осталась одна, и я хочу рассказать, зачем, к чему вас готовили.

— Но нас двое.

— Ах, да, ещё Гена семь ноль. Его смерть не подтверждена, но что он выберется оттуда, куда его закинуло — маловероятно. Так что скорее всего ты осталась одна. А мне, что скрывать, осталось жить от силы неделю.

Соня пристально посмотрела на Старика, тем временем тот продолжал.

— У каждого из воспитанников имелась своя предрасположенность, которую развивали, усиливали. У тебя — языки, у Гены — война. А у меня… я чувствую смерть. Чужую, свою и скоро меня не станет, но я не хочу, чтобы наработки и секретные материалы достались кому-то, кто распорядится ими во вред стране, миру, планете… Вторжение инопланетян сыграло свою роль, не скрою, и спутало планы. Пришлось форсировать события, но не хватило времени. Вы — воспитанники должны были занять руководящие роли в стране и создать государство с сильной армией, мощной экономикой и…

— Коммунизм?

— Не ёрничай, Соня, — устало произнёс собеседник, — как не называй строй, хоть коммунизм, капитализм, социализм, анархизм или какой-то другой -изм, но если страна сильная, гражданам в ней живётся спокойно и уверенно, то ей не страшны внешние и внутренние угрозы, но мы не успели. На ближайшие сто лет, даже в самых смелых прогнозах не рассматривался вариант инопланетного вторжения или встречи с иной цивилизацией.

— А после? — сглотнула Соня. Она не сильна в предиктивной аналитике[1], но строить прогноз развития событий с начальной точки на много десятилетий вперёд. Это же сколько надо учесть внешних факторов, не говоря о внутренних. Сколько накапливающихся со временем противоречий надо учесть, сколько возможных путей развития сценария предусмотреть, проанализировать и это без учёта ответвлений от основной прогнозной линии, а в конечном итоге выдать один или несколько вариантов решения. И как такое оказалось возможным, столько десятилетий назад аналитики, отталкиваясь от факта, что жители планеты Земля совсем недавно вышли в ближний Космос, предусмотреть встречу с третьей — неизвестной могущественной силой и начать готовиться к этому. И встреча случилась, вот только на десятилетия раньше.

— А после — да. Прогнозно встреча должна была состояться после того, как наши обитаемые космические аппараты выйдут за пояс Койпера, а это должно было случиться через сорок лет, поэтому и требовалось сильное государство, вокруг которого сплотятся остальные, — Старик вновь замолчал, а Соня смотрела на него широко раскрытыми от удивления глазами. Она не сдерживала эмоции. Сказанное очень сильно её удивило и поразило.

— Разве не было других учреждений такого рода? — робко спросила Соня. Для такого амбициозного проекта полсотни детей это слишком мало.

— До вас было два подготовительных проекта. Их цель как раз финальная фаза — вы. Те, кто встанет у руля государства, кто-то официально, кто-то полуофициально, а чьи имена никто бы никогда не узнал. Ты хочешь узнать свою роль?

— Нет, — быстро ответила Соня. То, что для неё планировали она знать, не хотела. Обстоятельства изменились, а знать, то что могло бы быть… если, она не желала. — Гена, к чему готовили Гену?

— Гена. Гена семь ноль, — задумчиво произнёс Старик, — кстати, нам пришлось вас разлучить, так как ты слишком много на него обращала внимания, а это в нашей работе мешает… Не смущайся. Но такова правда жизни. Думаю, что сейчас, можно сказать. Гену и ещё нескольких готовили как ликвидаторов. Но Гена был первый на выполнение, так скажем, не очень приятной миссии. Вот только когда хотели отдать приказ, он не достиг тех высот, каких требовалось и находился в коме.

— В коме⁈

— Он после тяжёлого ранения почти пять лет боролся за жизнь. Мы за ним присматривали и думали списать его, но вот как получилось. И мы, точнее я рад этому. Кстати, я остался один и если кто к тебе придёт и назовёт пароль, то знай — это провокатор. Если, конечно, не знаешь его в лицо, но это маловероятно. Мы всё проверили. Остались в живых только ты и Гена. Но последний, сама понимаешь…

— Ликвидатор… — тихо пробормотала Соня. Так вот к чему его готовили. Он все дни напролёт проводил в спортзале с тренерами-учителями. Его обучали убивать.

— Когда начались гонения на армию, урезание бюджета и прочая вакханалия…

— Фанатики. Вы… — встрепенулась Соня. Разговор продолжался довольно долго, но вопросы возникали один за другим. Только не все она решилась озвучить, но в этот момент не сдержалась. Фанатики, что терроризировали мирное население страны несколько лет унесли столько жизней, что не задать этот вопрос его она не могла.

— Нет, это не наших рук дело. Мы к этому не причастны, — сказал, как отрезал Старик, — хотя план создать антагониста, чтобы против него сплотились имелся, но реализовывать не стали. Опасались, что борьба с внутренним врагом ослабит позиции на