Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

из самых дерзких матросов всю решительность, как шквальный порыв ветра. Но Тренч не опустил головы. Разглядывая бортинженера с высоты своего роста, Дядюшка Крунч не впервые вспомнил старую каледонийскую поговорку – в тихом ветре водится хищная рыбка…

- Я думаю, у меня есть кое-что, что вам понравится, - произнес Тренч с непонятной торжественностью в голосе, - У меня есть Восьмое Небо.

1 Половина акра – примерно 2023 квадратных метра.

2 100 футов – приблизительно 30 м.

"Запас прочности", часть 2

- Он рехнулся, Ринриетта, - буркнул Дядюшка Крунч еще до того, как сообразил, что именно было сказано, - Не слушай его. Ковырялся целый месяц со своей железякой, вот и выбился из ума. Не обращай внимания.

Алая Шельма стояла неподвижно, с застывшим лицом. Она не выглядела ни потрясенной, ни удивленной, ни сбитой с толку. Она выглядела как пустой парус, который вот-вот надует ветром. Только парус не грязно-белого цвета, привычного для кораблей Унии, а дымчато-алый, как горячий лепесток огня.

- Повтори, - тихо потребовала она, - Повтори, иначе я своими руками швырну тебя в Марево и плюну следом.

Это не испугало Тренча. Хотя, по мнению Дядюшки Крунча, было самое время испугаться. Таким тоном Ринриетта не говорила уже очень давно. А может, вообще ни разу не говорила на его памяти.

- Восьмое небо, - повторил Тренч немного подавлено, словно оглушенный собственной смелостью, - Я знаю, где оно. И могу сказать, если вы пощадите их.

Дядюшка Крунч видел, как подобралась Алая Шельма – точно хищник для быстрого рывка. Не следовало ему этого говорить, отрешенно подумал он, совсем не следовало… Сам того не подозревая, Тренч спустил пружину, которая взводилась долго, очень долго.

- Ты, никак вздумал шантажировать меня? – от того, каким тоном произнесла это Ринриетта, у него тревожно зазвенели внутренности, - Шантажировать своего капитана?

Тренч мотнул головой – и откуда только силы взялись под таким-то взглядом…

- Нет. Я хотел сказать еще утром. А потом вы… И... В общем, я не успел.

- Не надо, приятель, - Габерон сам взялся за швартовочный трос. Под его сильными пальцами узлы таяли сами собой, - Я понимаю, что ты задумал, но не стоит. Если ты выиграешь этим трюком пару дней или даже недель, этим ничего не исправить.

- Это не уловка, - твердо сказал Тренч, - Говорю же вам, я знаю.

- Да откуда тебе знать? – взорвался Дядюшка Крунч, да так, что заперхали внутри какие-то каучуковые сочленения, - Ты последние несколько недель вообще из каюты не показывался! Всю жизнь на своем острове проторчал! Что тебе знать о Восьмом Небе!

Он вспомнил, как Тренч вел себя утром в штурманской. По обыкновению молчал, катая по столу какую-то шестерню, в разговоре почти не участвовал и вовсе не походил на человека, нашедшего сказочное сокровище. Или оружие ужасающей магической мощи. И вот на тебе…

- У меня есть след, - Тренчу пришлось приложить недюжинное усилие, чтоб сохранить спокойствие перед лицом бледной от ярости капитанессы, - Быть может, это дрянной и бесполезный след, я не знаю. Я никогда раньше не искал сокровищ. Но, сдается мне, госпожа капитанесса, вам сейчас и такой пригодится.

Он едва не отшатнулся, когда Алая Шельма в несколько стремительных шагов оказалась перед его лицом. И пусть абордажная сабля осталась в ножнах, Дядюшка Крунч отчетливо разобрал грозный шелест стали о сталь. Только в этот раз этот звук был вплетен в ее голос.

- Ты не можешь знать, где Восьмое Небо. Мы искали его семь лет, слышишь? Потрошили облака, поднимались на сверхвысокие…

Тренч покачал головой.

- Все это время вы искали не там, где надо. Честно говоря, я и сам не знал, где надо, но так уж вышло, что я нашел подсказку.

На бледном лице капитанессы возникли быстро расширяющиеся алые пятна.

- Подсказку? Где? На этом корабле? Это было на нижних палубах, да?

- Не совсем. Это может выглядеть странно, но… - Тренч сунул руки в карманы плаща, - В общем, я расскажу все. Может, этот след куда-то да приведет. А если нет… Тогда швырните меня в шлюпку вслед за всеми.

Абордажная сабля выползла из ножен с леденящим душу скрежетом вместо мелодичного, похожего на отзвук ветра в парусах, шипения стали. Возможно, оттого, что капитанская рука ощутимо подрагивала.

- Это мой клад. Ты не смеешь прятать его от меня.

- Ринни, не горячись, - Габерон стал на удивление серьезен, - Вспомни, что я говорил. Почти наверняка никакого клада и нет. Тебе ли не знать, сколько глупых слухов крутится в воздушном океане!

- Клад есть, - отчеканила Алая Шельма, - «Аргест». Мой дед спрятал его, чтоб он не достался Унии. Завещал мне. И я хочу знать, где это чертово Восьмое Небо.

Тренч сглотнул. Лезвие абордажной сабли почти вплотную приблизилось к его тощей грязной шее. Он уже должен был чувствовать его холод.

- Сделка, - коротко сказал он, не отводя взгляда, - И я все выложу.

- Ты не посмеешь меня шантажировать! – прошипела Алая Шельма, надвигаясь, - Это мой клад! Мой! Я искала его!

Она покраснела, стремительно и ярко, щеки налились лихорадочным румянцем, о который, казалось, можно обжечься.

- Сделка, - Тренч не отступил ни на шаг, хоть и дрожал от напряжения.

- Ах так, снулый ерш… Ты знаешь, что ты находишься на пиратском корабле? Я капитан, а значит, я могу сделать с тобой что заблагорассудится! Например, вздернуть на рее! Или привязать к стеньге, позволив голодной рыбе обгладывать тебя!

- Сделка.

Дядюшка Крунч знал, как стремительно умеет двигаться Ринриетта. И как быстры могут быть ее выпады. Он не сомневался, что Алая Шельма успеет пронзить саблей горло бортинженера быстрее, чем кто бы то ни было на палубе сделает половину шага. А сейчас она еще и возбуждена была, как клокочущий вулкан.

- Ты выложишь мне все прямо сейчас. Иначе не получишь даже места в лодке. Клянусь именем Розы Ветров.

Могла и не клясться, все равно выглядело чрезвычайно убедительно. Но Тренч не собирался отводить взгляд, хоть и посерел от страха.

- Сделка.

Дядюшка Крунч ожидал бури. Бури, по сравнению с которой десятибалльный шторм покажется капризным прибрежным бризом. Ждал страшного. Если в крови Ринриетты, и так