Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

- Дед не любил канцелярских крыс, это верно, - Алая Шельма тряхнула волосами, отчего едва не потеряла равновесие, стул опасно накренился, - Хотя, чего врать, я сама была одной из их стаи к тому моменту, когда встала за штурвал «Воблы».

- В моей памяти больше дыр, чем в рыбацкой сети, но этот день я помню до сих пор так, словно это было вчера.

Едва ли она хотела свести разговор к обмену ностальгическими воспоминаниями. Сейчас ее вел за собой другой ветер.

- Дед никогда не доверял писакам. Он был прожженным пиратом, легендой небесного океана. С какой бы стати ему отдавать «Восьмому Небу» сокровище?

Дядюшка Крунч мотнул головой. Раньше это получалось легко, голова мягко двигалась на шарнире, сейчас же даже это простое движение издало громкий отрывистый скрежет.

- Я не знаю, Ринриетта.

- Думаю, он и не отдавал, - Алая Шельма закинула руки за голову, разглядывая потолок капитанской каюты, как разглядывают небосвод в поисках путеводных звезд, - Его украли у него. Эти дельцы из «Восьмого Неба» обманом или угрозами вырвали у него «Аргест». Узнаю почерк корпоративных акул. Запомни, в небесном океане нет более алчного и наглого хищника, чем компания, чующая свою выгоду. Каким-то образом господа из «Восьмого Неба» прознали про «Аргест» - и нашли способ вытащить его из рук умирающего деда. Поэтому я намереваюсь немного укоротить эти руки – так, чтоб они более не цеплялись за посторонние предметы.

Алая Шельма вяло махнула в сторону абордажной сабли, брошенной посреди каюты подобно зонту или трости. Кажется, она уже немного нагрузилась, по крайней мере Дядюшка Крунч уловил в ее голосе непривычные нотки. Ну вот, словно всех предыдущих бед было мало…

- Твой дед, храни Роза Ветров его душу, сам был буйным рубакой, - обронил он медленно, - Но и он, перед тем, как выхватывать саблю, предпочитал сперва оценить противника. Мы же несемся в схватку на всех парусах почти вслепую.

- О, это ерунда, - отмахнулась Алая Шельма, - Мне уже известно все необходимое. По крайней мере, то, что есть в официальных источниках Унии. Все остальное мне выложат господа из «Восьмого Неба», причем будут торопиться, перебивая друг друга, и умолять меня дать им шанс.

- Ну и что же тебе известно?

Алая Шельма щелкнула пальцами.

- «Малефакс»?..

- Охотно, - прохладно-церемониальным тоном отозвался гомункул, словно пребывавший в облике типичного каледонийского дворецкого, вышколенного и невозмутимого, как статуя, - С вашего разрешения, прелестная капитанесса, я зачту сводку из королевского реестра коммерческих компаний Унии.

- Валяй. Расскажи ему.

- «Восьмое небо», акционерное общество под управлением смешанного капитала. Зарегистрировано в Каледонии шестнадцать лет назад. Имеет в собственности десять кораблей, по большей части чайные клипера и баркентины старой постройки. В штате числится около трехсот человек. Уставной капитал – восемьдесят тысяч…

- Я представлял себе что-то более внушительное, - пробормотал Дядюшка Крунч, пытаясь скрыть замешательство, - Кучка старых кораблей, триста душ экипажа и смехотворное количество денег за душой. Да у твоего деда одни рейтузы стоили двадцать тысяч! Чем они занимаются? Ищут на паях пиратские сокровища?

- Это бы все упростило, - заметила Алая Шельма с кислой миной, - Нет, дядюшка, они занимаются рыбьим кормом.

Он едва не поперхнулся – забавно, для этого сошло даже его луженое горло.

- Рыбий корм? Смеешься, Ринриетта? Люди, которые похитили у самого известного пирата воздушного океана его сокровище, побираются мотылем и дафнией?

Капитанесса раздраженно махнула рукой.

- Они не просеивают облака, они… Скажем так, они игроки на рынке рыбьего корма.

- Что это значит?

- Биржевые ловкачи, играющие на колебаниях курса. Что-то вроде щук.

- Скорее, мелких ершей, - бесцеремонно вставил «Малефакс», - Я проверил их годовой финансовый оборот, он не достигает и семнадцати тысяч. Да в Каледонийском Адмиралтействе больше тратят только на мел и папиросы! Активы также смехотворны. По меркам крупных коммерческих компаний, конечно.

- Они играют на колебаниях курса?.. – удивился Дядюшка Крунч, - Скажите, пожалуйста, какие ловкачи! Может, и мне теперь причитается по монете всякий раз, когда «Вобла» идет галсами?

- Речь не о курсе корабля, - Алая Шельма потянулась было к бутылке, но уронила руку на полпути, - Это ценные бумаги. Непросто будет сложно объяснить.

Дядюшка Крунч приосанился, едва не упершись головой в перекрытие.

- Уж про ценную-то бумагу можешь не объяснять, сам ученый. Я рассказывал тебе про случай, когда твоей дед срезал у торговой шхуны тонн пять сочной формансдкой сливы? А та возьми и окажись незрелой… Ну и тяжелый же выдался рейс! К гальюнам очередь выстраивалась длиннее, чем за дележкой наживы, а бумага поднялась в цене так, что за четвертушку две серебряные монеты давали! Я, может, и ржавый старик, но про ценную бумагу не меньше вашего знаю!

«Малефакс» громогласно расхохотался, Алая Шельма устало улыбнулась.

- Я лишь имела в виду, что эти господа не чета акулам из Ост-Вираатской Компании, которые бороздили небеса в твои времена. Те, по крайней мере, не гнушались пустить в дело пушки, когда выжимали все соки из периферийных островов… «Восьмое Небо» - плод других времен. Оно чаще пачкает бумагу чернилами, чем шпаги кровью.

Дядюшка Крунч сделал вид, что с трудом понимает, о чем она говорит. Иногда это помогало потянуть время, чтоб найти нужные слова, иногда – просто чтоб собраться с мыслями.

- Каждый следующий нерест слабее предыдущего, - проворчал он, - В списке любимых жидкостей Восточного Хуракана чернил не значилось… Только разъясни-ка мне одну вещь. Если у этих прохвостов из «Восьмого Неба» на руках оказался «Аргест», отчего они все еще занимаются рыбьим кормом, а не заставляют облака проливаться золотым дождем?

Алая Шельма развела руками – не самый простой жест для человека, балансирующего на задних ножках стула.

- Не знаю, - призналась она неохотно, - Хочется уповать на то, что они сами не знают, какое сокровище оказалось в их руках. Но в это я верю с трудом. Уж если выманили его у Восточного Хуракана, значит, знали, с чем имеют дело. Думаю, они просто не нашли способ заставить «Аргест» работать на себя. Наверняка эта штука посложнее музыкальной шкатулки, а?

- Пожалуй.

- Это