Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Впрочем, вскоре водоворот дворцовой жизни поглотил меня с головой. Отправив Мартину короткое письмо, и я думать забыла о таких разных братьях, все внимание сосредоточив на погибшем короле.

Если предыдущий день ушел на бессмысленное ожидание и не менее бесполезное собрание, то теперь мы с Никой взялись за картину преступления. Требовались все недостающие детали, много информации о самом короле и его окружении. О том же добром дядюшке, о невесте, планах и угрозах. Кое-что я помнила сама по обрывкам сплетен, кое-что отложилось в голове за время работы на советника Стрейта в прошлом году, было за что зацепиться.

К тому же, осталось у меня интересное знакомство во дворце – Эли, хранительница библиотечных знаний и большая любительница отваров по совместимости. Вот уж кто знал все и обо всех.

К Эли я наведалась в одиночестве, пока Ника взяла на себя Раса.

– Конечно, я слышала про Катарину Сифскую, и даже видела ее вживую! – радостно затараторила Эли, не успела я озвучить первый вопрос до конца. – Все, что о ней говорят, наглая ложь! Красивая?! Нет, Катарина Сифская вовсе не красивая. Она потрясающая, невероятная и неземная, аки демоница из детских сказок! Такую нельзя описать просто как «красивую», это как в лицо плюнуть. Красивый каждый второй, а вот Катарина… да, – Эли вдруг подпрыгнула на месте от впечатлений. – Даже жаль, что она теперь королевой не станет, ей бы это очень подошло. Корона, все дела. Хотя таким, как она, и без короны прекрасно живется, поди, все к ногам так и валятся штабелями. Как думаешь, Алекс тоже того… упадет? Поговаривают, он какой-то там внебрачный наследник. Ты знала? Я вот нет, и ни за что бы не догадалась. Хотя, если так рассудить, Алексу тоже пойдет корона. И Катарина Сифская рядом ему тоже пойдет, – закончила Эли на грустной ноте, даже вздохнула печально. Видимо, ее увлечение Алексом до сих пор не прошло.

– А почему свадьба так и не состоялась? – вернулась я к основной теме.

– А кто ж их знает? Тянули чего-то. Сколько лет, дай припомнить… кажется, слухи об их помолвке начали ходить еще во времена моей учебы, представляешь? Официальное объявление было уже после, но все равно годков порядком набегает. И из-за этого чего только люди не болтали, сама понимаешь. То о фиктивности самой помолвки, то об ущербности невесты, потом сплетни утихали, словно и не было этой истории, и король свободен. А потом Катарина заявлялась во дворец на какой-нибудь важный прием, и все по новой. Как многолетняя жевательная конфета эта помолвка растянулась. Хотя, если хочешь знать мое мнение… – тут Эли понизила голос до шепота и наклонилась ближе ко мне: – Хорошо, что Сифская королевой не станет, ее во дворце никто уже лет пять как не любил. В спину что только не болтали, да ей и в лицо проклятья частенько прилетали. Мол, заняла, краля, тепленькое местечко и ни туда, ни сюда. Куда такое годится? Либо вали на все четыре стороны, либо уже замуж выходи.

– Так кто в итоге тянул со свадьбой?

– Может, оба. Хотя Катарину винили во всем, король-то, раз не торопился гнать ее в шею, явно был заинтересован в девушке. Она, конечно, богата даже по меркам венценосных, но казна вроде у нас не пустая, его величество не голодал. А вел себя, словно последний кусок хлеба вот-вот доест, свет клином на этой баснословно богатой Катарине сошелся. Ну неземная она, это да. Ты ее видела? Волосы черные, густые, блестят; глаза зеленые, ресницы длинные, губы алые; высокая, тонкая, звонкая! Одним словом – не человек. Длинноносый король рядом с ней совсем уж терялся… – Эли вдруг испуганно прикрыла рот ладошкой. – Ой, все! Не слушай меня больше! Нельзя так о мертвых, да и о живых королях только в положительном ключе, как говорится…

Вся эта ситуация с помолвкой меня заинтересовала, конечно.

Рас видел тайны пламенного короля, возможно, эта помолвка – как раз одна из них.

– А что с королевскими пассиями?

Эли вновь подпрыгнула:

– Точно, совсем забыла сразу рассказать! Представляешь, тут глухо! Это же дворец, где все, всех и по-всякому… в общем, ничего не утаить. А к королю никто не шастал. Я ведь только сейчас это осознала… неужели он и впрямь так Катарину свою любил, что ждал годами, да еще и на других не посматривал? Так вообще бывает?

– Разумеется, – заверила я девушку.

Особенно, если в спальне есть сразу несколько порталов. Можно навещать любовниц или приглашать их к себе сколько душе угодно, никто не заметит этих шатаний. Хотя… нет, девушки обычно разговорчивы, кто-нибудь прихвастнул бы победой. Значит, все же любовь. Или демоны знают, что еще.

Хотя Рас о любви упоминал, все сходится.

Кроме этой растянутой во времени помолвки.

Пользуясь возникшей заминкой, Эли тут же взялась рассказывать о последних событиях ее веселой жизни во дворце. До целительства ее все никак не допускали, но она не намерена вешать нос. Всю зиму за ней ухлестывал какой-то «ухмыляющийся слизень», но, похоже, ухмылялся он как надо, потому что Эли собралась за него замуж. Очень внезапно они дошли от слизня до замужества.

В поток бесконечных историй о будущем женихе (имя Эли так и не назвала, предпочитая ласковое прозвище) пришлось прорываться едва ли не с боем. Раза с двадцатого мне удалось вернуть разговор в прежнее русло, то есть, к дворцовым сплетням и козням.

На очереди томился королевский дядюшка.

– Хмырь, – тут же охарактеризовала его Эли. – Кстати, вчера Алекс приходил, мы тоже болтали… смотрю, у вас все стабильно, друг за дружкой так и шастаете. И тебе я скажу то же, что и ему: одна моя подруга по секрету поведала, что до рокового случая со свадьбой на служанке Фарошка-младший – как его все звали – слыл похотливым мерзавцем. Ходил, зажимал всех по углам, кого по заднице хлопнет, кого ущипнет… конечно, девахи сами лезли, брат короля все-таки, это тебе не слизень какой-то, но Фарон совсем уж девушек не уважал, имен не запоминал и так далее. Так себе портретец. И вдруг остепенился, да со скандалом.

– А об отношениях с его величеством что известно?

– Да ничего, жил Фарошка-младший далеко, не высовывался. Только сейчас вылез. Алексу, кстати, это очень не понравилось…

Мы с Эли проболтали почти до обеда. После я навестила других старых знакомых среди прислуги и стражи. По крупицам выведывала все о последних днях почившего короля. Каждый слух, каждая мелочь… вот только выходило, что пламенный король