Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

– Я скажу правящей королеве, что вы устроились.

Поскольку все уже и так наплевали на обряд приветствия, и никто не смог бы упрекнуть Луна в том, что это он все испортил, он решился спросить:

– Высота, а других гостей здесь нет? К вам собиралась прилететь королева из Тумана Индиго.

Воительница потрясенно уставилась на него, но затем ответила:

– Нет, консорт. К сожалению, никто больше не прилетал.

К горлу Луна подкатил ком. Он и в самом деле думал, что воительница сейчас скажет, будто Нефрита здесь; или была здесь и ее отправили восвояси; или сказали ей вернуться позже, или еще что-то.

Сбитая с толку, Высота прибавила:

– Но в последние несколько дней погода была почти нелетная. Возможно, они задержались в пути.

– Уверена, что так и есть, – сказала Буря. Ее голос звучал спокойно, но шипы дрожали от гнева. – Спасибо.

Высота кивнула, бросила еще один взволнованный взгляд на Луна, а затем ушла.

Звезда повернулась к Луну и с упреком сказала:

– Ты с ней заговорил. Разве ты не знаешь…

– С ней все говорили, – рыкнул в ответ Лун.

Звезда попятилась, остальные воины вздрогнули и настороженно посмотрели на него. Буря только набрала в грудь воздуха, собираясь что-то сказать, но передумала и уложила шипы. Чуть помолчав, она произнесла:

– Скорее всего, это неважно. Если их королевы не выходят к гостям, то обвинить в грубости нас они точно не смогут.

Лун понимал, что выдал своим вопросом гораздо больше, чем хотел. Злясь на себя, на Звезду, на Бурю, на всех и вся, он подошел к очагу и швырнул походный мешок на скамью, что стояла у боковой стены. Его мысли лихорадочно сменяли друг друга; сначала он думал: «Нефрита солгала мне», – потом: «По дороге сюда что-то случилось, и Нефрита, Звон, Елея и все, кого они взяли с собой, погибли», – потом: «Перед их отлетом что-то случилось в колонии, и они все погибли».

В комнате повисла неловкая тишина.

Долгое время все молчали, затем Звезда откашлялась и негромко сказала Буре:

– Значит, у этого двора и правда два основных рода.

– До меня доходили подобные слухи, – сказала Буря. – Но до сегодняшнего дня я им не верила.

Награда посмотрела на Луна.

– Если он и правда единственный консорт из последнего выводка правящей королевы, то почему же она не вышла?

Тогда Рывок вставил:

– Она его увидела.

Шквал хохотнул, решив, что это шутка, а Звезда устало посмотрела на Рывка.

Однако тот запротестовал:

– Я серьезно. Королева собралась войти в зал, увидела его и ушла.

Остальные притихли. Лун похолодел и уставился на Рывка. Затем сказал:

– Ты лжешь.

Рывок вздрогнул, но ответил:

– Нет. Я ее видел. Она была темно-зеленая, это я точно разглядел. И смотрела прямо на тебя.

Лун отвернулся, чувствуя, как каждый нерв в его теле натянулся, как струна.

Никто ничего не говорил. Наконец Буря неловко повела шипами и произнесла:

– Рывок, хватит.

В тишине Лун услышал шаги, донесшиеся из коридора. На миг он понадеялся, что это Нефрита и она просто опоздала. Затем в комнату вошла Высота и несколько арборов.

Они принесли блюда с сырым мясом и корзинки с фруктами и хлебом. Воины Бури сразу же оживились.

Арборы положили еду у очага, поставили на горячие камни чайник, а затем почти все ушли. Высота вежливо кивнула Буре и Звезде. За ней остались стоять трое арборов: одна пожилая женщина, терпеливо ждавшая на своем месте, и двое юношей, которые вытягивали шеи и пытались выглянуть у Высоты из-за спины. На них были красновато-коричневые и серебристо-серые балахоны, наверное, спешно накинутые поверх обычной одежды, как это случилось в Тумане Индиго, когда к ним нагрянули нежданные гости. Один из юношей увидел Луна и толкнул второго локтем. Они таращились на него, пока пожилая арбора не заметила и не зашипела на них. Пристыженные, оба отошли к выходу.

Снова обратившись напрямую к Буре, Высота сказала:

– Правящая королева нашего рода спрашивает, не желает ли консорт остановиться в отдельной опочивальне.

Теперь все уставились на Луна. «Ну конечно», – с горькой усмешкой подумал он. Он мог выбрать между гостеприимством королевы, которая испытала отвращение от одного лишь взгляда на него, и Бурей с ее шумными, тупыми воинами. Он ответил:

– Нет.

Буря повернулась к Высоте и перевела:

– Консорт благодарит правящую королеву за ее предложение, но вежливо отклоняет его.

Высота нахмурилась. Стоявшие за ней арборы испуганно переглянулись. Воительница поджала губы, явно соображая, что же ответить, и наконец произнесла:

– Ясно. Я передам королеве его ответ.

Высота ушла, и трое арборов неохотно потащились за ней. Лун слышал, как, выйдя в коридор, они начали шепотом препираться, но слов разобрать не смог. Все, кто остался, неловко молчали, пока наконец Буря не опустила шипы.

– Мы в сухости, у нас есть еда и, надеюсь, горячая вода в купальнях. Пользуйтесь этим, пока есть такая возможность. Если ничего не случится, то надолго мы здесь не задержимся.

Она обращалась не к Луну. Тот подошел к скамье, которую выбрал, лег на нее, положил под голову походный мешок и повернулся к остальным спиной. Он старался не обращать на них внимания, а они тем временем поели, поговорили, затем посетили умывальню и наконец улеглись спать. Одеяла были мягкими, и от них пахло свежей зеленью, словно их совсем недавно сушили.

Путь отсюда до Тумана Индиго был неблизкий, и даже Нефрита, закаленная в путешествиях, могла быть ранена или погибнуть. А еще она, в отличие от Бури, не знала Пределы; она не смогла бы найти малоизвестные дворы вроде Бирюзового Моря, не знала бы, где просить помощи и укрытия. Если, конечно, она вообще вылетела из Тумана Индиго.

Раздираемый отчаянием и страхом, Лун почти не спал. Он слышал каждый шорох, который издавали воины, каждый вдох, каждый едва слышный шум, доносившийся из коридора. В какой-то миг он все же задремал, но быстро пробудился, уверенный, что кто-то – или что-то – притаилось в коридоре, замерло и прислушивается. Лун не шевелился и долгое время почти не дышал, напрягая все органы чувств. Наконец он повернул голову ко входу, но там никто не стоял, и на полу не было даже тени. Вскоре ему показалось, что он услышал один-единственный шаг, а затем ощущение того, что за ним следят, постепенно улетучилось.

Когда солнце начало подниматься, Лун испытал облегчение. Он встал и, пока Буря и ее воины еще ворочались, пошел в умывальню. Та была огромной. В ней могло поместиться двадцать или даже тридцать раксура. Небольшие купальни подпитывались ручейками воды,