Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

Раньше он бы без всяких сомнений принял бы его, чтобы поставить наглеца на место! Это, конечно, кончилось бы не слишком красиво, потому что ежи маленькие, их не боднешь, а от копыт, которыми ты хочешь их раздавить, они довольно ловко уворачиваются… какое-то время. В любом случае, сама схватка со стороны выглядела крайне непрезентабельно, а вот что Кум всегда ненавидел всеми жабрами души — так это непрезентабельность. В его великолепии не должно быть ничего подобного!

Поэтому на этот раз бык просто встал, слегка раздвинув бронированные ноги в разные стороны, а затем просто сурово воззрился на нахального ежа. Набычившись.

Ежа это не смутило вообще никак. Пыхтя и дергаясь, он продолжил свою атаку на высшее существо, определенно не имея ни совести, ни страха.

Кум ощутил подступающее раздражение. Ясность, недавно воцарившаяся в его большой прекрасной голове, начала уходить, уступая место праведной ярости существа, попранного в своих неизбывных правах. Королю бросали вызов! И кто⁈

КТО⁈

В этот момент, когда бык был на грани того, чтобы перейти к активным действиям и растоптать злосчастное оборзевшее животное, и случилось это — с окованных в металл рогов величайшего защитника деревни сорвалась тонкая ветвистая молния, попав точно в центр буйствующей ежатины! К подобному та отнеслась как положено, то есть, тоненько вякнув, наглый лесной мышеед подпрыгнул, приземлился на траву спиной, коротко посовал своими лапками, а затем затих, распространяя со своей колючей шерсти довольно вонючий дымок.

Пораженный Кум замер в глубокой задумчивости. Это он сделал? Он же сделал! Но как⁈ КАК?!?

КАК?!?!⁇!!

Он возжаждал еще! Он возжелал овладеть этой силой! Он потянулся к ней с чувством того, кто ИМЕЕТ ПРАВО!!

А что его остановит? Кум вот, стоит в ночи. Ёж вот, лежит в ночи. Всё, что надо уже здесь.

Осталось только овладеть!

Глава 11

Конский залом

Карлы, как оказалось, рассусоливать со мной не собирались, но попытались подойти к конфликту с прагматичной точки зрения. С утра, на краю леса, в котором стояла избушка молодой эльфийки, десяток бородатых мордоворотов начали косить посевы этой милой девушки, деловито набирая собранные травы в большие такие мешки. Разумеется, они задели установленные бдительной огородницей сторожевички, от чего моя башня изрыгнула гневно вопящую эльфийскую торпеду системы «земля — дно». Боль и унижение, испытанные бородатыми траволюбами, вряд ли поместились в их дневниках, которые карлы раньше не вели, но вполне могли начать после этого страшного для них утра. Наталис Син Сауреаль не сдерживалась от слова «никак», поэтому подземные трудоголики покинули лес лысыми как коленки.

От этого бомбануло всех остававшихся на стройке крепости карлов, и они, недолго думая, пошли предъявлять хрупкой скромной девушке всем своим кагалом. Та ожидала претензий возле своего жилища, на свежем воздухе, ласково поглаживая холку Кума.

Что тут сказать? Кричащие карлы не понравились лучшему быку Липавок, карлам не понравился бронированный бык. Дневники потребовали новых записей, всё-таки, несмотря на то что бородачи народ могучий, бык, весящий почти тонну, в этом проблемы не видит, а уж когда его прикрывает магия, так тем более. На обратном пути побитое воинство встретил я, любезно предупредив, что заклинанием облысения со мной девушка поделилась, так что при продолжении конфликта оно будет использовано в изобилии. На незваных посетителях леса — тем более.

Карлы ушли, но по их взглядам было видно, что теперь это всё для них личное. Очень личное.

Пожав плечами, я сел за свой письменный стол и накатал заяву графу Караминскому. Лишним это не бывает никогда. Вон Мойра в свое время по моему совету настучала во все возможные инстанции, теперь возле её лавки стоит пост стражи, а расположившийся неподалеку кабак внезапно заиграл скидками для местной полиции. Итог? Волшебница неожиданно оказалась под плотной охраной, а заодно и все её высокопоставленные клиенты узнали о неприятностях, которые грозили Эпплблум. И предприняли меры. Так что, господа, настучать никогда не лишне! Закон должен работать на вас!

Мозги, впрочем, тоже, поэтому я принялся окапываться. Так как моя магия теперь работала с некоторыми… осложнениями, окапываться приходилось по широкой дуге от башни, насыщая землю всякими вредоносными заклинаниями и закладками. Казалось бы, проку мало будет, ну засеешь ты поле разной гадостью, а как увидишь, кто на неё наступит? Профукаешь момент, считай «мина» не сработала!

Не тут-то было. Я закладывал не «мины», а «снаряды», связанные магическим поводком с вершиной моей башни. Энергозатратно, сложно, но теперь я мог чисто волевым усилием притянуть любой свой «клад», а затем отправить его в нужную сторону со всем почтением к приближающейся угрозе. К тому же, что очень немаловажно, уже разряженный от божественной силы ненастий. Ну или подорвать эту фигню на месте.

В перерыве от этого труда, я решил разобраться с вопросом лепреконов, временно поселенных в Великой Обсерватории. Там, почему-то, прежде чем получить доступ к десятку этих злобных карликов, я был вынужден выслушать много поздравлений от гремлинов, а также ряд осторожных вопросов на тему «когда будут дети?». Этого я совсем не понял, не подал виду, но твердо пообещал, что «как только — так сразу!». Зачем гремлинам дети не понимаю, но если я нашёл лепреконов, то рано или поздно найду и детей. Может, приживутся.

А вот с бойцами Сопротивления всё было… тяжко. Нет, так-то я их не собирался задерживать, отработают пятьдесят золотых на перемещение — и пусть идут на все четыре стороны, Орзенвальд перед ними открыт. Однако, им было некуда пойти.

— Нас бросили, — хмуро поведал мне один из этих посвежевших в среде волшебного мира типов, — Если мы вернемся живыми, то Генерал легко определит, каким именно образом мы выжили, заклеймит нас предателями. Такое уже бывало.

— Ты сейчас серьезно? — не поверил я.

— Волшебник, ты даже не представляешь, сколько таких как мы бежит из эльфийских лесов, — добавил второй лепрекон в уже зашитой и заштопанной одежде, — Нас изгоняют за провинности, шалости, мелкие и крупные прегрешения.

— Одних только фей за надоедливость, — добавил третий, понурясь, — Но их целые орды…

— В общем, у Сопротивления всегда хватает голов, — снова заговорил первый, — А вот магии… Если Аргиовольда не сняли, то он нас похоронит.

— А если сняли, то мы ему уже ничего не сделаем.

— Нам некуда идти, волшебник.

— Гремлины не хотят, чтобы мы помогали им.

Да вы, блин, издеваетесь… Вот нафига я такой добрый? Зарэзал бы их небольно тогда,