Фантастика 2026-57 - Марина и Сергей Дяченко

Вытачивать ледяную скульптуру – занятие для терпеливых. Особенно сложно ей рисовать глаза и ноги. Ноги должны быть устойчивыми, а не то сделает статуя шаг и рухнет, разобьется на десятки бесполезных осколков. Глаза тоже важны. Если нарисуешь их плохо, то ожившая скульптура первым делом начнет тереть ладонями лицо и наверняка обломает себе не руки, так голову. Какой же морозный слуга без головы? От него не будет толку. А так – может набрать свежего снега и починить иглу, дом то есть. То же самое насчет долбления наста. Жителям деревни каждый день приходится долбить наст, чтобы добраться до вкусных корешков и подледных грибов. Потом дыру засыпают снегом – иначе все растения погибнут от стужи, они же теплолюбивые. А на следующий день надо искать другие пищевые метки и долбить в плотном снегу новые уступы. Вот эта работа тоже годится для статуи, жаль только, что ее хватает ненадолго: лед – материал непрочный, камень куда тверже. Управление ледяным големом – любимая забава для детей йотунов. И одна из ступеней их обучения в познании магии стихий. После Льда идет Воздух, Вода, Твердь и Огонь.

Верг Ветер с младшим братом Снари Инеем как раз пытались заставить статую сделать первый шаг, когда нагрянули эльфы. Какие у них были жуткие прозрачные глаза! Несколько эльфов гарцевали на единорогах, пока остальные стражники сгоняли жителей деревни в одну толпу. Рогатые лошади приплясывали, верно, от холода, да и их седоки тоже зябко кутались в меховые парки. Йотуны любят жить там, где вечный мороз и очень чистый воздух. А кроме них в таких краях мало кто любит жить.

Эльфы собрали всей жителей деревни и остались очень недовольны. Потому что в кольце их копий стояли только женщины, ребятишки и несколько древних, как сами Ледяные горы, стариков.

– Где ваши мужчины? – злобно закричал один ясноглазый. – Почему здесь нет ваших мужчин?

А йотуны молчали в ответ. Им было невдомек, зачем сердится этот эльф на замерзшем от морозного ветра единороге. И почему он пришел сюда задавать свои глупые вопросы. Йотуны не любят вопросов, особенно от малознакомых эльфов.

Тогда другой ясноглазый рукой сделал товарищу жест помолчать и спросил необычайно добрым и ласковым голосом:

– Они что, ушли воевать за Шенк? Да?

– Дался вам этот Шенк! Почему вы поддерживаете нелюдей, служите им? Почему вы идете против человеческого альянса? – не унимался сердитый эльф.

Тогда Марги Вьюга дерзко ответила надоедале:

– Шенк никогда не лжет. Вот почему.

И все йотуны заулыбались. Как лихо она отбрила этого пустозвона. А если улыбаются йотуны – вокруг них начинают мягко кружиться пушистые снежинки. Вот и сейчас, снежинки стали водить хороводы около ног жителей деревни.

Эльф со злым голосом рассмеялся:

– Мы тоже не лжем. Хотите проверить? Пожалуйста. Эта женщина сейчас умрет.

Он протянул руку, и в ней как-то сам по себе возник сверкающий клинок. Миг – и голова Марги Вьюги слетела с ее плеч. Кровь и тепло начали с паром выходить из ее тела.

– Вот. Видели? Я же обещал, что она умрет. И не солгал.

Тогда старый Реги Заморозок поднял в ответ свою высохшую ладонь. С треском из нее выросла длинная и острая ледяная сосулька. И ее конец пронзил сердитому эльфу глаз, а потом вышел с другой стороны его головы. Так вышел, что слетела меховая шапка и из ясноглазого тоже начало уходить тепло. Перед смертью Реги Заморозок успел сотворить сильный буран. За секунду до того, как его убил тот другой эльф, с ласковым голосом. Буран закружил, заклубился над всеми и укрыл в снежной круговерти и ясноглазых, и йотунов.

Братья Верг и Снари нырнули в спасительный буран и побежали. Они неслись к свежей пищевой полынье, ее только сегодня засыпали мягким снегом, и он еще не успел затвердеть. А сзади уже зажглись жуткие огни. Это была магия эльфов, что творила скверное тепло и убивала холод. Братья нырнули в полынью с головой, а старший из них – Верг Ветер – сотворил над ними толстую ледяную корку. Его уже научил этой ступени стихий Реги Заморозок. Они умели делать себя, как лед, чувствовать льдом и не дышать. Очень долго. А потом выбрались и узнали, что кроме них спаслось всего лишь несколько человек из целой деревни. Тогда братья решили, что тоже пойдут воевать за Шенк. Потому что Шенк никогда не лжет и никогда не убивает йотунов.

Командир стального монитора «Возмездие-2», Верг Ветер, вел свой корабль прямо через хаос обломков, что остались от самой большой батареи Лиги. Стихия Огня – самая непокорная из стихий. Напоенные ею ядра катапульт уничтожили врагов за считанные мгновения. Остальные батареи еще огрызались беспорядочной стрельбой, ими должен был вскоре заняться второй монитор, вернее первый, потому что он назывался «Возмездие-1». Им командовал младший брат Верга – Снари Иней. Они хором выразили свое согласие встать во главе этих железных ковчегов. Адмирал Мирра Банши выкликала добровольцев. Неужели они с братом могли не вызваться? Прямо впереди лежал лагерь ненавистного врага, в котором кроме воинов тоже, наверное, находились женщины и дети. И йотуны вели бронированные суда прямо туда, ближе к большой деревне Лиги, на расстояние выстрела своих онагров.

Мониторы приводились в движение вращением пары гребных колес, спрятанных в корпусе. Внутри каждого из них располагался широкий барабан, по которому без устали бежала толпа зомби. Они толкались и напирали вперед, чтобы достать еду, подвешенную снаружи их темницы. Хмурый орк, что сидел рядом в кресле оператора, периодически вставал и швырял мертвецам кровавый кусок мяса из объемистой сетчатой сумки. Зомби грызлись, хватали пищу и бежали за новой порцией. Они бежали, а колеса крутились. Если нужно было сменить курс, под один из барабанов орк втыкал толстый железный стопор и перевешивал сумку с едой на другую сторону.

Когда монитор со скрежетом днища, похожего на суповую тарелку, проходил над подводными скалами, он потерял несколько лопастей, но их все равно оставалось достаточно для того, чтобы продолжать движение. Впереди лежал берег. И крепость Лиги. Шкивы онагров натягивали шесть дюжих троллей, они же заряжали катапульты снарядами. Весь экипаж «Возмездия-2», как и команда другого монитора, состоял из штрафников. Им, после войскового трибунала, и так светила казнь за совершенные преступления, но участие в боевой операции дало приговоренным возможность смыть позор кровью. Только зомби и йотуны не были осужденными. Горные великаны пошли в бой добровольцами, а мертвецов особо никто не спрашивал.

Берег приближался. Верг Ветер оставил