Фантастика 2026-57 - Марина и Сергей Дяченко

– Волшебно, мастер Галвин! Вовсе вонять перестало. А даже чем-то тянет таким… цветочно-пряным! Дошло до того, что поварята возле отхожего места лавочку себе поставили. Возле печей жарко, так они теперь ходят к помойке, прохлаждаются.

– Вот и ладно. Насчет завтрака не рвись, я сейчас в посольский дом ракшей пойду, а оттуда уже тронусь. Некогда мне сегодня завтракать.

– Так я скатаю вам дорожный узелок и положу на сиденье трицикла. Не задержу, я быстро!

– Хорошо, Майброд, – улыбнулся Галвин.

Оставалось только нанести визит пророку Брейгису. И забрать от него очень важный груз. То, над чем Громмард трудился последние месяцы, всего себя отдавая процессу. Никогда в жизни он так не переживал за результат, как во время этой новой работы. И неудивительно – от итога его трудов в Фаркрайне теперь зависело если не все, то очень многое. Знания Варрена оказались не вселенским светочем, но узконаправленным лучом, который бьет точно в цель. Собственные навыки Галвина пригодились в качестве запала и источника питания, что поддерживает силу луча. Этой энергии как раз хватило на то, чтобы сотворить глобальное заклятие, подобное эльфийскому. Одно-единственное, но включившее в зону своего охвата почти все под небом Таашура. Оно затронуло не только Магию, оно распространилось и на Механику, впервые в истории мира связало между собой процессы двух извечных антагонистов. И предназначалась работа Галвина тоже двум противоположностям. Шенку и Лиге.

Гном уже повернулся, чтобы зашагать к храму демонов, когда увидел, как во внутренний двор гостиницы входит сам Брейгис. Его наставник, несмотря на старческую дряхлость, поднялся сегодня со своего ложа. Он хотел таким образом выразить уважение к ученику и благословить его на трудные и ответственные свершения.

С возрастом на синей коже ракшей появляются желтые прожилки. Лицо Брейгиса напоминало перезревший лимон. Нет, на нем не было заметно дряблости, по щекам не пролегла густая сеть морщин, как на лицах старых гномов, но сами кожные покровы напоминали не живую ткань, а высохший и выцветший на солнце пергамент. В руках пророк держал прямоугольный ларец из дымчатого кварца. Тяжесть ларца заставляла конечности Брейгиса трепетать от напряжения, но старец не сдавался, полный решимости лично передать своему ученику столь важную и драгоценную ношу. Галвин, видя его усилия, бросился навстречу. Когда он принял у феоманта каменную шкатулку, то увидел на лице Брейгиса смущенное облегчение.

– Не нужно было, – мягко упрекнул гном наставника. – Я бы сам заскочил его забрать.

– Даже не понимал, насколько он тяжелый, пока не вышел за ворота, – признался демон. – Структура стабильна. Я вновь сделал пробы. Ты замечательно его сработал, мой приемный сын.

Галвин убрал ларец в багажный ящик трицикла и дурашливо расчесал пятерней кудрявую русую бородку.

– Был я алхимиком, инженером, артиллеристом. Чего только не освоил, чего только не изучил. Когда на меня свалились способности Варрена, решил, что теперь все по плечу. Вот только разберусь с ними, и обязательно начну выдавать такие изобретения, что мир вздрогнет от счастья. А оказалось, что все ради одного-единственного заклятия… Даже обидно как-то…

– Это не заклятие, это – система.

– Да я понимаю…

– Высшие эльфы могут творить всеобщие свитковые заклинания. Но их сила касается только одной стороны, принимающей обязательства. Это больше печать стряпчего, чем реальная мощь. А ты соорудил нечто намного большее. Я очень горд за тебя, мой приемный сын.

– Да я и сам в полной прострации от того, что все получилось.

– Иначе и быть не могло, потому что такова твоя судьба, Галвин. Она есть у каждого. Просто нужно внимательно прочесть те невидимые письмена, которые рисует для тебя судьба, понять ее послание. Ты прилежно выучил свои уроки, мой дорогой сын. Мы с мастером Торвоблом вскоре будем вместе с радостью следить за твоими успехами из призрачного мира ушедших душ. Ты не подвел своих наставников, Галвин, ты оправдал все наши ожидания.

– Э-э-эх, а мне сдается, что самое важное еще впереди.

– Ты справишься. Тебе пришлось побыть ученым, инженером, воином. Теперь побудь немножко политиком.

– Уж больно противная должность. Шучу, шучу, я понимаю, что без этого не обойтись.

– Как поживает твой друг? Не хандрит?

– Куда там! Столько забот! Ему и спать-то некогда. Я навещал Шакнара на прошлой декаде. Напились, как водится, побузили. Все-таки какое-никакое отдохновение. Они уж, верно, выдвинулись пару дней назад. Буду догонять.

– Какие таланты скрывались в этом орке, – Брейгис покачал головой, признавая заслуги Шакнара. – Вот кому судьба назначила быть наставником. Чтобы мы делали, если бы не он? Да и остальные его молодцы… Были у нас сомнения, что Шакнару удастся убедить своих воинов. Но оказалось, что верность вожаку у калимдорцев во много крат превышает верность Шенку.

– Даже не вожаку, – поправил Галвин демона. – А народу. Шакнару удалось показать им другой путь. Солдаты после Бегенча сами поняли, что можно иначе распорядиться собственной жизнью. Теперь они делают это для всего племени, что осталось на той стороне Петронелльского моря.

– Целое стойбище отстроили неподалеку от Скаллена, – улыбнулся Брейгис.

– Ага, туда за ними перебрались их гоблинские подружки. Такой гвалт стоит, слышали бы вы! Это конечно, весело, но уж больно шумно.

– Караннон уже провел через управы вольных городов проект с целью предоставить калимдорцам землю неподалеку от Армакода. Там степи, предгорья Тунвельского кряжа. Для тех, кто решит остаться в Фаркрайне, это будут почти что родные места. Тем паче, что население Армакода – наполовину орки.

– Щедро.

– Народ без своей земли превращается в саранчу. Поверь, мы, ракши знаем об этом лучше, чем кто-либо.

– Насчет места сражения имеются догадки?

– Там несколько подходящих участков. Но мы не собираемся гадать. Мы узнаем точно.

– Лига может и не пойти на контакт. Бельтран скрытен и хитер, как болотный бес.

– На Лигу мы и не рассчитываем. Караннон отправил эмиссаров к Шенку. Нелюди не станут таиться.

– Тогда – все. Прощайте, отец. Мне пора.

– Ты легко найдешь дорогу?

– Шакнар оставит для меня на тракте дозорных, они подскажут повороты к его стоянке.

Когда «Ревун» выезжал за ворота постоялого двора, Брейгис приложил ребро ладони посередине груди. Знак духовного братства ракшей. Галвин ответил ему тем же и повернул на себя ручку газа.

* * *

За спиной Моглора, как бывало и ранее, гарцевали на холодных конях два лича силы. Плечи и грудь порождений магии Смерти были закованы в черные латы из особого сплава. Эти доспехи поддерживали крохотную искру Жизни, что тлела в их телах. По стыкам лат пробегали ярко-зеленые искры, они роились будто живые светлячки, но не светом веяло от этих царственных мертвецов,