"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

Ну-ну, будем на это посмотреть! Кстати, о позитивном взгляде! Нет нерешаемых проблем, есть неприятные решения. И если Кощей решил насильно сделать меня своей супругой, то кто мне помешает поменять свой статус жены на вдову? Желание осуществить этот план присутствует, причем в огромных объемах! Способ осуществления я еще с детства помню! Остаются пустяки: найти единомышленников и в ходе морской прогулки до острова Буяна попортить швейный инвентарь в виде иглы. Все мероприятие займет от силы пару-тройку дней.

— Маша, а что ты так плотоядно улыбаешься? — насторожился Горыныч.

— Да вот прикидываю, настолько ли ваш Кощей бессмертный, чтобы на мне жениться?

— Щмаша, с щтакой щфилософией ты щвек в щдевках щпросидишь! — назидательно напомнил Соловей.

— Посидела бы, да не дают. То один замуж тянет, то другой. Спасу нет! — пожаловалась я, зевая. — Ладно, вы расхищать сокровищницу будете или нет? А то спать очень хочется!

Соловей с динозавриком переглянулись и рванули к пещере открывать злополучную дверь. Они бились в нее, палили огнем, пытались снести свистом, пинали, грызли, угрожали, но валун стоял на своем месте и не шевелился.

— Может, вы волшебными словами попробуете? — не вынес мучений друзей Костя и влез в процесс с подсказками.

— Щим, щим, ощткройся! — прокричал Соловей и что есть мочи хлопнул себя по лбу.

Валун даже не скрипнул.

— Да дверь просто твоих слов не разобрала, — не стал унывать Змей и попробовал сам. — Сим, сим, откройся! — и хлопнул в лапы.

Не помогло! Но друзья так просто не сдавались, снова и снова повторяли волшебную фразу и хлопали в ладоши, накал страстей повышался, а валун стоял на месте немым укором.

— Наигрались? — спросила я минут через сорок ритуальных танцев у входа в пещеру.

Горыныч и Разбойник изрядно выдохлись, поэтому уселись на землю, облокотившись на неуступчивую глыбу.

— Щкажется, да! — признался Соловей.

— Может, домой полетим? А повторить попытку вы сможете в любое удобное для вас время! — профессионально уговаривала я.

Такое наглое пренебрежение к чужому добру вызвало у моих соучастников немалое восхищение!

— Да, щграбить щбессмертного щбудем не щторопясь, щвдумчиво и с ущдовольствием! — потирая руки, предвкушал Соловей. — Щвсе щравно ущнести щничего не щможем щбез его щпозволения, но щвскрыть его щокровищницу щбудет щвосхитительно!

— А что значит «без его позволения»? — насторожилась я.

— У Кощея все его богатство заговорено от воровства, и если даже самое малое колечко покидает эту пещеру, то ему сразу становится известно, — пояснил мне Костя.

— То есть, я вынесла эту монетку с его позволения? — радостно начала осознавать я.

— Ну и чего ты веселишься? Знаешь, что он теперь о тебе думает? — ворчал Змей.

— Знаю! Кощей думает, что я категорически не гожусь ему в жены! Какая прекрасная ночь! — торжествовала я.

— А ты щдогадываешься, щкакую щмонетку ущкрала? — хитро прищурившись, интриговал Разбойник.

— Нет, — насторожилась я.

— Эта щмонетка щпомогает ощпределить щложь от щправды. Ещли ее щдержать во щвремя щразговора в щруке, то от щлжи она щнагревается! — обрадовал меня Соловей.

Вот что я за лопух, такой полезный артефакт в кармане был, и тот проворонила? Но сожалеть о содеянном поздно, вернула и вернула.

— Вот ненормальная, — очередь что-то мне выговаривать теперь перешла к Константину, — сначала обокрала, потом вернула. Коэффициент полезного действия твоей деятельности равен нулю, зато радость зашкаливает!

— КПД, говоришь, у меня нулевой! А что у Вас за образование, Константин, что вы такими терминами оперируете? — сделала я стойку.

— Домашнее у меня образование, и у Кощея кой-чему научился, — вкрадчиво вглядываясь мне в глаза ответил парень.

— Ну-ну, монетку, ложь определяющую, я вернула, поэтому можешь без зазрения совести врать дальше, — насупилась я. — Ну, а коли мы Форт Нокс сейчас взрывать не будем, предлагаю по домам, спать очень хочется.

— Щвзрывать! — радостно заговорил Горыныч. — Мы щбудем ее щвзрывать! Щмолодец, Щмаша!

— Нет, нет! — замахала я руками, взбираясь на спину Змея. — Не нужно меня делать соучастницей противоправных действий. Дальше без меня, пожалуйста.

— Ты уже соучастница, — повернувшись, ехидно заверила меня правая голова Горыныча. — Наводчицей значишься.

Я закатила глаза. Ну, никому доверять нельзя: одни бессовестно интригуют, другие так и норовят вовлечь в криминальную деятельность.

В этот раз летела посередине и одна. Соловей и Костя заняли крайние шеи. Горыныч парил неспешно и плавно. Сквозь судорожное цепляние за бархатные чешуйки удалось даже разглядеть пейзаж, звездное небо и яркую луну.

Глава 27

Во дворе замка я распрощалась со Змеем и Разбойником, и Костя повел меня к моей спальне. Честно говоря, одна бы я точно заблудилась. Мы шли не спеша, взявшись за руки.

— Костя, а почему я тебя днем не вижу? — спросила я.

— Дела. С присоединением новых земель столько всего уладить нужно, — посетовал парень.

— Понятно, — грустно вздохнула я.

Он остановился и нежно меня обнял.

— Я по тебе очень сильно скучаю, но даже на минутку вырваться не могу. Спорные территории — это всегда сложно! — уткнувшись мне в макушку, рассказывал кареглазенький.

Я прижалась к его груди и почувствовала, что страхи и напряжение дня меня отпускают, а от возможности понежиться в его объятьях, теряю голову. Теряю, но искра сознания еще теплилась во мне.

— Костя, а посол к Ждану Годиновичу приезжал в тридесятое царство тоже о спорных землях договариваться?

Парень замер, перестав гладить меня по спине и настороженно ответил:

— Да. Он участвовал в первом этапе переговоров, после того, как посольство вернулось, переговоры ведем теперь мы с Соловьем и Горынычем. Финальную точку в них поставили вы с Елисеем.

— А чем тогда сейчас занимается наш талантливый переговорщик? — собирала я информацию.

— С посольством уехал на новые переговоры о спорных землях в Шамаханском царстве, — четко отвечал мне Костя.

— Он там тоже детей воровать будет? — накручивала я себя.

— Как получится, — пожал плечами секретарь Кощея Бессмертного.

Я не выдержала и стукнула его по груди:

— Детей воровать нельзя! — зло цедила я. — За это нужно наказывать, подвешивать за причинное место к позорному столбу. У вас позорные столбы имеются?

— Да! — подняв руки вверх, ответил парень.

— Почему простаивают? — негодовала я.

— Машенька, успокойся! Больше твоего Ваню никто украсть не посмеет, — успокаивал меня Костя.

— Потому что самые отъявленные воры детей у Кощея в подчинении?!! И надобности в воровстве моего ребенка больше нет! Ведь благодаря краже мы теперь тут. Кого еще злыдень к себе заманит таким способом? Ребенок-заложник — беспроигрышный вариант, — меня несло, причем сильно.

Я, пыхтя, как паровоз, вырвалась из объятий Кости и рванула вперед по коридору. И только хотела свернуть за угол, как сильные руки перехватили меня