Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

«Как же хорошо что у ему всему 16. и за юношескую сборную успеет поиграть и за молодежную».

— Хорош, — коротко кинул Николаев Стрельцову.

— Еще как хорош, — согласился тот, — самородок.

В это время Николаева увидел Иванов. Валентин Козьмич подозвал Владимира Юрина, в прошлом игрока «Торпедо», затем начальника команды, а теперь тренера, и тот сменил своего шефа в роли арбитра.

Сам же Иванов подошёл к Николаеву.

— Явился, стервятник! — улыбаясь, сказал Иванов своему тёзке и подал ему руку. Несмотря на возраст, рукопожатие у Николаева было крепким. — Мало тебе Дозморова, теперь, наверняка, за Сергеевым пожаловал!

— Что поделать, Валентин, работа такая. Кто ж виноват, что у вас с Эдиком такой талантливый молодой появился.

— Пойдем в мой кабинет, поговорим, — сказал Иванов.

Когда все трое пришли, главный тренер «Торпедо» сел в своё кресло, Стрельцов же с Николаевым с комфортом расположились на парочке диванов.

— Итак, Валентин Саныч, — начал Иванов, — тебе понадобился наш Слава.

— Верно, у меня на носу товарищеская игра с ГДР, у них. Потом, в октябре, еще одна с греками, тоже в гостях. Ну а потом Португалия. Как у Лобановского.

— Напомни, что там у вас по датам?

— Шестого играем с немцами, 12 октября с греками, а в Португалию летим восьмого ноября. Там у нас десятого товарищеский матч с «Маритиму», а 12 ноября уже игра с португальцами.

— То, что в ноябре у вас игры в Португалии, нам, как говорится, побоку. Последний матч сезона «Торпедо» сыграет шестого. Так что я, само собой, не против того, чтобы Слава сыграл в отборе к молодежному Евро. Но вот товарищеские игры, — Иванов сделал паузу, — ты меня буквально без ножа режешь, Валентин Саныч, — по голосу Иванова было понятно, что он очень недоволен.

— Ничего не могу сделать, Валентин, — Николаев развёл руками, — интересы сборной.

— Интересы сборной, ну да. А у нас важнейшие игры. Первого мы в Кишинёв летим играть с «Нистру», а пятнадцатого октября у нас выезд в Ташкент. Ты же наверняка перед игрой с ГДР игроков на сборы посадишь? — полуутвердительно спросил Иванов.

— Конечно, — сказал Николаев, — но чего вы, что ты, что Эдик, так распереживались? Слетает Сергеев в Кишинёв, у меня вся сборная, считай, первого числа играет. А вот когда вернется, то я жду его у себя. Трёхдневный сбор, а потом выезд. Всё как обычно. Да и вообще, неужели «Торпедо» так зависит от этого пацана, что ты, Валентин, боишься его даже на секунду из вида выпустить?

— Зависеть может и не зависит, но два очка Слава нам уже принёс. Так что он очень важная часть команды. Особенно учитывая то, что и Редкоус, и Суслопаров с Петраковым до сих пор травмированы. У нас, Валентин Саныч, очень большой дефицит нападающих. Сергеев в нашей ситуации ну просто спасение.

— Да никуда он от вас не денется! Сыграет с ГДР и вернется в ваше «Торпедо» в целости и сохранности.

— Хорошо, договорились. Я так понимаю, что время у нас поджимает. Славе же документы оформить надо.

— Верно, но проблем быть не должно. В федерации всё сделают как нужно. Чай не в первый раз.

— Это верно.

— И кстати, я говорил с Мосягиным (тренер сборной U-18), он от вашего парня тоже в восторге. Так что конец мая — начало июня у Сергеева будет очень насыщенным.

В ответ Иванов только кивнул. Потом он посмотрел на часы и сказал:

— Ладно, это дело будущего, пойдём, Валентин Саныч, я тебя познакомлю с парнем.

* * *

Игра с «Динамо» принесла мне не только второй гол в карьере и призовые, которых было даже больше, чем после «Жальгириса». Иванов накинул всем за победную серию, пять подряд «Торпедо» в этом сезоне еще не делало, так что полтинник сверху нам всем перепал. Плюс за голевую передачу еще пятьдесят. Итого четыреста рублей.

Нехило по советским меркам, впору начинать думать о том, куда потратить такие деньжищи.

Но материальный вопрос меня волновал сейчас постольку-поскольку. Куда важнее, что я получил вызов в молодёжную сборную. Притом её тренер, Валентин Николаев, сразу сказал, что хочет, чтобы я сыграл в трех товарищеских матчах и в одном официальном.

Притом все четыре за границей.

Ну как тут не вспомнить о моем разговоре с Олей и её тонких намеках на толстые обстоятельства. Само собой, что сейчас еще рано думать о «карьере курьера», но сам факт забавный. Буквально недавно мы с сестрой говорили о загранице и на те, такая оказия.

А вообще это хорошо, что Николаев меня заметил и лично приехал на торпедовскую базу, чтобы сообщить и мне, и Иванову о вызове в молодёжку. Это говорит о многом.

И что самое интересное, Николаев сказал, что и тренер юношеской сборной, Сергей Мосягин, тоже заинтересован во мне.

А в следующем году у нас в СССР состоится юношеский чемпионат Европы. На который я по возрасту вполне попадаю. Как и на чемпионат мира 1985 года, который тоже пройдет у нас.

Вполне неплохие перспективы, я считаю. Ну а то, что я уже могу считать себя игроком основного состава «Торпедо», делает ситуацию еще более интересной.

Вот только со всеми этими играми, как за клуб, так и за молодёжную сборную, у меня хорошо так провисает учёба.

Первого сентября, вместо того чтобы, как все нормальные старшеклассники, пойти на линейку в новой школе, я полечу в Кишинёв играть с «Нистру», а потом лечу в ГДР.

Не то чтобы меня это сильно огорчало, как-никак я делал то, что должен. Связал свою жизнь с футболом и двигался вперед. Но всё равно какое-то волнение, пусть и не очень сильное, у меня было.

Покопавшись в себе, я понял, что к чему. Какая-то часть оригинального Ярослава Сергеева, от которого, как я думал, остались одни воспоминания, не хотела расстраивать маму. Которая хоть и смирилась с тем, что её сын вместо нормального, с её точки зрения, образования выбрал футбол, но всё равно не могла не беспокоиться из-за этого.

Но поделать с этим ничего нельзя. Такова судьба всех молодых спортсменов, которые вместо учёбы соревнуются не только в пределах нашей страны, но и за границей.

Из-за грядущей поездки в ГДР мне, кстати, пришлось получать