Космика: Падение с Земли 1-8 - Александр Владимирович Тюрин

Горячая волна плеснула внутри головы Почкина, как по корыту и, отвердев, застыла колом в горле.

“Жизнь присутствует всеми необходимыми пульсами в этом теле. Ты видишь движение грудной клетки? — несколько успокоил объемный голос. — А теперь сделаем так, чтобы нам ничто не мешало.”

Последний цепкий взгляд Почкина ухватил тонкую жалостливую линию девчоночьей руки. А еще запечатлел перекрестье узеньких бедер, которое в других обстоятельствах могло вызвать силу притяжения в нижней части живота, но сейчас — лишь томление сердца. Наступят ли эти другие обстоятельства?

— Ну так, что вы поделываете, богиня? — Почкин собрал все ручейки воли в одно русло.

“Не слишком вежливо переться напролом… Ладно уж. Я поделываю квибсеров. Пеку людей так сказать.”

— Не слишком настоящих. — Почкин нашел силы покритиковать.

“Когда я вдыхаю в них душу, им не кажется, что они какие-то буратинки. Особенно, если настроить умишки моих отпрысков на что-нибудь не слишком сложное и приобщить к какому-нибудь большому делу. Потом, правда, личность у моих исчадий немножко распадается, они начинают шизофренировать и засыпают. До той поры, пока в них не вдувают новую душу. А что им делать, когда истощается тяга к жизни?”

— Я все-таки не могу поверить, что мы с вами, богиня, просто так общаемся.

“Мы с тобой не просто так общаемся. — “успокоила” субстанция. — Глянь-ка под нос, герой.”

Батюшки — и у него пуповинка. Скользкий слизистый проводок пролегал из стенки вакуоли прямо в ноздрю. И куда-то дальше.

“Да, прямо в речевой центр мозга. Потому-то я и говорю на твоем языке”,— пояснила богиня-хирургиня.

— Так отчего же истощается тяга к жизни у синтетических людей? — переключился с неприятной темы Почкин. — Или это секрет?

“Если вопрос поставлен, надо отвечать. Но так, чтобы никто не понял ответа. Душа — это своего рода батарейка, только четырехполюсная и с линейными зарядами, она дает искру в энергетическую систему человека. Нормальный белковый организм обратной волной подзаряжает “батарейку”, а вот полимерное тело, увы, нет.

— Я врубился. Как-нибудь понял, что это начальство на Космике постаралось,— гордо объявил Почкин. — Значит, им не надо прочной души. Но что им надо тогда?

“А я почем должна тебе говорить?”

— Так я ж могу подумать, что вы чего-то не знаете, богиня.

“Думай как хочешь, мне какое дело… Ну, ладно, внемли… У них там каких-то устаревших мутантов из специализированных каст должны поменять на моих синтетических ребятишек. Мои-то не боятся ни радиации, ни ускорения.”

— Богиня, а кого все-таки собираются отправить на пенсию?

“На пенсию никого. Эти мутанты, штурмана, которые тоже не боятся ни радиации, ни ускорения, похоже, на мыло пойдут… Создавали-то их на базе человеческого генома, но лишь как живые разумные машины. С помощью других живых машинок, дрессированных вирусов, которые помогали человеческим гаметам вырасти в монстров, полезных для народного хозяйства. А сейчас эти самые хвостатые-зубатые-зеленые штурмана оборзели слишком, права стали качать, вынь да положь  за чужой счет; в общем, ведут себя как евреи.”

— Вы, богиня, откуда такое слово знаете? В Космике, я слышал, различие племен утрачено, там любой негр с помощью эндогенного вируса “Блонди-Т” может превратить себя в белобрысую бестию, а вирусом “Негатив-Ультра” очернить себя обратно. У нас же на Земле, иудейская нация куда южнее Темении живет. Говорят, что на острове каком-то, водой от магометан отгородилась, и в море том левиафаны плавают, которые корабли харчат.

“Вот-вот, а в Космике водой не отгородишься”,— скверно выразилась богиня, будто служанка какая-нибудь. И стало ясно, ее воспитанием давно никто не занимался. Или, что господин Проектировщик привил ей собственные дурные манеры. Несмотря на явные пробелы в моральном облике, студневидная дама чувствовала свою материнскую значительность и явно претендовала на большее.

“В общем, надоело мне синтетиков клепать, хотя я вроде на это дело настроена. Осточертел мягкий полимерный синтез по матрицам, копирование информации в пластиковые мозги, прошивание энергетических каналов в пластиковых организмах… Потому я устроила так, чтобы ты сюда попал. Это я ведь дала Кологривову степень свободы, а уж он сработал как следует. Шустрый оказался малый. Ну, спрашивай теперь, чего мне от тебя надо?”

— Ладно, ладно, чего тебе надо, богиня? — подчинился Почкин.

“Я больше не хочу делать синтетиков с расползающейся душонкой. До меня дошли сведения, что у Бога была Премудрость, София, Хокма, помощница при творении. Помогать Ему в творении хочу, лепить то, чего не было, что мне кажется наиболее интересным. А душа у всего сотворенного моя будет.”

И студневидная богиня устроила экскурсию по своим вакуолям, как музейным залам. Там были существа, похожие на большие тюльпаны, естественно хищные, умеющие легко расщеплять углеводороды, жиры, белки. И квазиживые прозрачные пленки, которые должны были упаковывать и поглощать тех, кто случайно наступит на них. И квазиживая органика, что принимала облик стульев и кроватей, готовясь поживиться тем, что попадет в ее узы. И другая продукция такого же свойства. Особенно понравился, если можно так выразиться, господину Блюстителю “зеркальщик”. Эта тварь с помощью ионов серебра одному своему боку придавала отражательные свойства. Планировалось, что будущая жертва подойдет к этому боку как к зеркалу и займется прихорашиванием. А в один ответственный момент собственное отражение превратится в страшную морду, которая плюнет из “зазеркалья” клейкими быстро застывающими струйками. С помощью этих струек жертва будет облеплена и утянута в пластиковое чрево на расщепление.

— Ну, что сказать, богиня. Свежо, оригинально, умно. Я бы даже сказал остроумно,— добавил господин Блюститель со вздохом. — Все необходимое присутствует в ваших исчадиях, и катаболизм и анаболизм, и инстинкты.

“Спасибо на добром слове. Теперь ты будешь отправлен мной на Завод, если точнее, туда, где извлекаются пси-структуры из замороженных человеческих тушек. Нужно прикрыть эту лавочку. Кроме того, ты сможешь найти там своего приятеля и привести его в движение. Управишься с порученным дельцем, будем считать, что послужил мне. Отдам тебе тогда и девчонку. Все.”

Задание на