Система: Код Чёрного Свидетеля — Каждому спасению назначена жертва 1 книга - Лидия Касьянова

— Он добавил добровольный выход, — сказала ведьма. — Если преподаватель уйдёт раньше необратимого конфликта, заклятие не станет его преследовать.

Том посмотрел на линию.

— Полезное ограничение.

— Вы могли добавить его сами.

Он промолчал.

— Почему не добавили?

Том опустил обожжённую руку.

— Я думал о невозможности возвращения.

— Маска предложила?

— Нет, — ответил он после паузы. — Это было моё решение.

Портреты замолчали.

Том извлёк Атлас. Часть линий осталась соединена с узлом, образовав удалённый доступ, а медицинская кровать светилась зелёным.

— Альбус идёт? — спросил Том.

— Пытается открыть кабинет сверху, — ответила ведьма. — Фоукс не позволяет разрушить вход силой.

На одиннадцатой ступени давление Немоты уже не ощущалось.

[Удалённый доступ активен.]

[Следующая смена преподавателя станет первой точкой данных.]

[Кассиан Вейр запрашивает доступ к конструкции.]

— Отказать.

[Запрос основан на увеличенном доверии Хранителей.]

— Отказать.

[Подтверждено.]

— Этот доступ можно было обменять на сведения о первом преподавателе, — сказала Маска.

— Тогда Кассиан получил бы механизм.

— Он знает канонический результат.

— Но не ограничения.

— Они ослабляют полезность для канона.

— Поэтому он их не получит.

Наверху кабинет вернулся к современному виду. Часы показывали три восемь и шли нормально.

На стенах появились портреты директоров.

— Мы останемся до прихода Альбуса, — сказала ведьма.

— Передадите всё?

— Да.

— Включая прогноз и мой отказ снять заклятие?

— Да.

— Хорошо.

Ведьма нахмурилась.

— Хотите помочь обвинению?

— Хочу, чтобы Альбус знал цену.

— Чтобы чувствовал ответственность за отказ?

Том помолчал.

— Да.

— Значит, заклятие всё ещё наказание.

— И защита.

— Что школа запомнит главным?

— Оба мотива.

Он задержал взгляд на руне.

— А история выберет тот, который сумеют доказать.

За дверью послышались быстрые шаги. Том открыл шкаф с манекенами и коснулся знака Атласа, но Тихая дверь не появилась.

[Доступ задержан: школьная причинность фиксирует первое следствие заклятия.]

На столе возникло письмо Дамблдора. Чернила ещё не высохли: директор официально отказывал Лорду Волан-де-Морту, ранее известному как Том Марволо Реддл, в должности до конца текущего учебного года.

Руна приняла формулировку.

[Кандидат вошёл в контур через признанный отказ.]

[Первое обновление завершено.]

— Заклятие использовало твой отказ как первую точку, — сказала Маска.

— Я не был преподавателем.

— Был признанным кандидатом.

Том сложил тёплое письмо.

— Вы сохраняете его, — заметила ведьма.

— Это первый документ работы заклятия.

— И личный документ.

— Да.

— Опять не разделяете.

— Нет.

Тихая дверь появилась в шкафу. Том вошёл между манекенами и оглянулся: портреты оставались на стенах, часы шли, а на кафедре светился знак одного учебного года.

Дверь кабинета распахнулась. Дамблдор вошёл с палочкой, Фоукс возник над его плечом.

Через удалённую связь Том увидел, как директор остановился у кафедры. Феникс коснулся клювом руны и резко вскрикнул.

— Он стабилизировал узел, — сказала ведьма.

Дамблдор побледнел.

— К-какой ценой?..

— Одним учебным годом каждого следующего преподавателя, — ответила она и указала на руну. — Он видел доступные последствия и всё равно оставил механизм.

Дамблдор положил ладонь на линию, но школа не пропустила его внутрь.

— Почему?..

Ведьма закрыла книгу.

— Потому что он решил, что меньший ущерб даёт ему право, — сказала она. — И хотел назначить цену вашему отказу.

Дамблдор закрыл глаза. Фоукс усилил линию добровольного выхода, не меняя остальную структуру.

Тихая дверь закрылась.

Том оказался в заброшенной лечебнице. Письмо Дамблдора сохраняло тепло Хогвартса, а страх директора, прошедший по удалённой связи, снова сделал лицо Волан-де-Морта менее человеческим.

— Узел спасён, — сказала Маска.

— Да.

— Ученики не назначены намеренной ценой, смерть ограничена, решение эффективно.

Том развернул письмо.

— Видения всё равно меняют описание.

— Но не результат.

— Нет.

— Тогда защита Системы была бы полезна.

— Она позволила бы назвать механизм чистым.

Маска посмотрела на него.

— Он не чистый.

— Знаю.

— Тогда чего ты боишься?

Том снова сложил письмо.

— Что всё равно доволен его точностью.

В Атласе появилась запись:

«Защитный узел Хогвартса: 87 процентов.

Следующая смена: не определена».

Том закрыл футляр. Из школьного контура пришёл последний сигнал: Фоукс продолжал расширять возможность добровольного ухода.

Том не стал ему мешать.

Он натянул перчатку на обожжённую руку. Кожа прилипала к ткани, поэтому пальцы пришлось вводить медленно, по одному; несколько раз он резко втягивал воздух сквозь зубы, когда материал задевал ожог.

За окном начинался день. В Хогвартсе часы кабинета Защиты уже отсчитывали первый из будущих учебных годов.

Глава 29. Обет на коже

Дождь с полудня заливал поместье Малфоев. Том вошёл через Тихую дверь в западной галерее, где ниша старого портрета скрывала маршрут Атласа.

Абраксас ждал у окна в серой мантии и перчатках из драконьей кожи. Титул он не произнёс, пока Том не снял капюшон.

— Ты выглядишь хуже, чем неделю назад.

— Ты видел фотографии комиссии.

— На них нет человека, с которым я учился.

Том посмотрел на его руки.

— Зачем перчатки?

— Документы начали запоминать владельца.

На столе лежали три металлические пластины, чёрная чаша и пергамент с первым вариантом знака. Каждый предмет был отделён от дерева тканью.

— Ты уже проверял руны.

— Увидел подчинение, канал вызова и наказание за прямое предательство, — спокойно перечислил Абраксас. — Ещё есть участок, который слишком старательно выглядит пустым.

— Остальным сообщил?

— Они считают непонятное доказательством древности.