"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

ему, чтобы он тебя пожалел, это было бы неважно. Я жил с земными обитателями; все, что я говорил или делал, было ложью. Но, возможно, ты сказал ему правду и боялся, что он обо всем расскажет нам. – Это было лишь предположение, но Лун увидел, как Раскол напрягся всем телом.

Раскол обнажил клыки.

– Ты думаешь, я собирался молить вас, чтобы мне позволили присоединиться к вашему двору? Судя по тому, что я слышал, он настолько близок к вымиранию, что им пришлось принять консорта-одиночку.

Лун на это не клюнул, а лишь больше убедился в том, что он на верном пути.

– Нет, я думаю, что ты хочешь найти новую общину раксура и втереться к ним в доверие, потому что тебе надоело убивать земных обитателей.

Во взгляде Раскола не было почти ничего, кроме насмешки. Он сказал:

– Они же всего лишь земные обитатели.

– А арборы – всего лишь земные обитатели, которые умеют перевоплощаться. Ты ведь именно их и убивал в своем старом дворе, пока они тебя не вычислили?

Раскол покачал головой, все еще с насмешкой, а затем бросился на Луна. Лун этого ждал. Он увернулся от когтей Раскола и ударил его по лицу с такой силой, что оглушил. Затем он схватил воина за горло и опрокинул на спину, впечатав в землю. Опустившись к самому уху Раскола, Лун сказал:

– Продолжал бы ты лучше охотиться на беззащитных земных обитателей, а с дикими консортами не связывался.

Раскол всхлипнул, настолько наигранно, что Лун чуть не вырвал ему глотку прямо на месте. Тогда воин сказал:

– Я уйду. Ты никогда больше меня не увидишь.

– Если увижу, то прикончу тебя. – Лун рывком поднял его на ноги и отшвырнул в сторону, в глубь леса. Раскол перевернулся в воздухе, приземлился на корточки, в последний раз оглянулся, а затем бросился прочь, за деревья.

Лун повернулся к остальным и только сейчас увидел, что все они собрались на травянистом пляже и смотрели на него. Даже Утес спрыгнул с древа и стоял вместе с ними в земном облике.

Корень сказал:

– Я что-то не понял. Я думал, Раскол – хороший одиночка, как Лун.

Песня со стыдом прикрыла глаза рукой. Вьюн сказал Корню:

– Помнишь, я запретил тебе разговаривать?

Корень зашипел на него, но Лун не обратил на них внимания. Нефрита, похоже, была чем-то обеспокоена, и он сомневался, что дело в неслучившейся драке. Она сказала:

– Мне стоит спрашивать?

Лун пожал плечами и встряхнул шипами, чтобы снять напряжение в спине.

– Елея была права.

Нефрита посмотрела на Елею, и та тоже пожала плечами. Она сказала:

– Я всего лишь сказала, что этот одиночка – не такой, как он.

Нефрита согласно повела шипами и улыбнулась Елее.

– Хорошо. – Она повернулась к остальным. – Идите сейчас, если хотите вернуться до темноты.

Все неохотно разошлись. Елея взяла Звона за запястье и повела прочь, говоря:

– Мы с тобой сложим костер и заварим чай.

Лун видел, что Поток разрывается между желанием что-то сказать и пониманием того, что Нефрите это не понравится, а Жемчужина не сможет защитить его еще несколько дней. Наконец воин закинул руку Дрейфу на шею и утащил его в сторону.

– Хочешь сказать: «Я же тебе говорил»? – спросил Лун Утеса. Утес лишь закатил глаза и, отвернувшись, пошел обратно к своему дереву.

Нефрита шагнула к Луну. Когда он принял земной облик, она обняла его за талию и притянула к себе.

– Знаю, тебе было непросто это сделать, – негромко сказала она.

Лун наклонил голову, и они соприкоснулись лбами. Ему действительно было непросто прогнать Раскола, даже зная, кем воин был на самом деле.

– Он оказался не тем, кого я надеялся в нем увидеть.

Глава 19

Лун и Нефрита проводили Утеса на рассвете следующего утра, дав воинам поспать подольше. С широкой ветви исполинского древа они видели, как розовые и золотистые лучи восходящего солнца отражаются от тонких лоскутов облаков. День снова обещал быть ясным и летным.

Утес сладко потянулся, зевнул и сказал Нефрите:

– Только не думай, что я не знаю, зачем вы отправляете меня вперед.

Нефрита кивнула.

– Чтобы Жемчужина сорвалась на тебе, а не на нас.

Лун знал, что они правы, но не удержался и сказал:

– Мы вернули семя. Какой ей смысл на нас срываться?

– Здравый смысл вообще королевам не свойственен, – сказал ему Утес и кивком указал на Нефриту. – Привыкай.

Нефрита сложила руки на груди и в упор посмотрела на него.

– Я тебя умоляю. От тебя это слышать просто смешно. – Она помедлила, глядя на мешок с урной и аккуратно завернутым семенем. – Не давай Жемчужине проводить прощание с Цветикой без нас.

Утес без особого труда взвалил на себя тяжелый мешок, хотя вместе с урной тот достигал в высоту почти четырех шагов. Он сказал:

– Не дам. – С этими словами он прошел по ветви к месту, где та кренилась вниз под собственной тяжестью, и спрыгнул с нее. В полете Утес перевоплотился, расправил крылья и захлопал ими, чтобы подняться выше. Могучие взмахи понесли его прочь, в глубь леса.

Глядя на то, как он исчезает в зеленых тенях, Лун вдруг подумал о том, что даже не знает, как раксура поступают с усопшими. Он слышал от остальных, что в старой колонии погибших похоронили внутри пирамиды, вытащив перед этим оттуда тела Сквернов и бросив их на берегу реки на растерзание падальщикам, но он не знал, как поступали с ними в обычных обстоятельствах. Лун спросил:

– А что будет на прощании с Цветикой?

Он не очень удачно сформулировал вопрос, но Нефрита его поняла.

– В старой колонии мы хоронили усопших в саду. Но здесь… В летописях говорилось, что внизу, в корнях древа, есть место для захоронений арборов и воинов. Урны с королевскими окрыленными обычно закладывали прямо в древесину – я не знаю как – и заставляли древо обрастать вокруг них. Кажется, мы утратили эти знания и больше не сможем так делать.

Утес говорил что-то подобное, когда они нашли урну в коллекции Ардана. При мысли об этом Лун вспомнил, как же сильно ему хотелось вернуться в древо.

– Мне все равно, как сильно будет свирепствовать Жемчужина. Я жду не дождусь, когда мы вернемся.

Нефрита улыбнулась ему.

– Тогда буди воинов – и полетели.

Они все же не стали сильно подгонять воинов, а старались находить места для лагерей до темноты и спали до самого восхода солнца. Одним вечером