"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

Вот и сегодня ей удалось поспать аж восемь часов! Дела магическим образом пошли спокойно. И по всем прогнозам после объявления Миши героем Империи дела пойдут еще лучше. Она уже узнала, что в Москве есть новый вид лошадей. На этом тоже можно подзаработать, а уж с фамилией Кузнецов в партнерах ценник стоит увеличить в два раза.

Надя встала, умылась и, продолжая утренние ритуалы, взяла с тумбочки свой ежедневник. Дел сегодня было полно. Договориться с администрацией на ремонт дорог до поместья. Потом заглянуть в суд, проверить, как там обстоят дела. Далее встреча с княгиней Есениной, которая тоже что-то хотела. Да и еще приехал Прохор, которого Надя не видела уже очень давно.

Подойдя к зеркалу, она покрутилась, проверяя, не сильно ли изменилась с момента, как они виделись в последний раз? Потрогала бока, ягодицы… Кажется, не поправилась.

— Еще бы… — фыркнула она. — С такой работой поправишься…

Но хоть Надя и ворчала, она была очень рада своему месту. Все же редко у кого получается поднять такой старый род с самых низов. Обычно наследники разоряют и тратят все, что накопилось за долгие годы. Но Миша был не таким. Ему как будто всего мало. Он хотел больше влияния. Больше силы. Хотя сам говорил, что ему достаточно обеспечить максимальную безопасность своей семье. Ничего больше.

От этого они и двигались. Сперва семья, потом близкие люди, город и… дальше не загадывали.

Успокоившись, Надя накинула махровый халат, шлепки и спустилась в столовую.

— Наденька, доброе утро, — помахала ей лопаточкой для блинов Маруся.

Трофим в углу отсалютовал ей чашечкой кофе. Он как всегда читал утренние газеты.

— Всем доброго утра! — кивнула Надя. — Я сегодня приеду поздно, сразу предупреждаю.

— Кого-то возьмешь? — не отвлекаясь от газеты, спросил Трофим.

— После последнего раза рыцарям в администрацию запрещено входить, — вздохнула Надя.

На кухню зашли Боря с Кицуней. Они уже были примерно одного роста и смотрелись очень гармонично. За ними вошла Настя с мешком картошки. Для нее это было легкой ношей.

— И Кицуню? — продолжил Трофим.

— Не стоит, — посмотрела на лисенка девушка. В это время он вылизывал… что-то он там вылизывал. — И предупреждая твои слова, Любавку тоже.

— Хех, — произнесла Маруся. — Она тебя сделала.

— Да я не претендовал, — пожал он плечами. — Тогда сама выбирай. Данила еще свободен, так что вам нужно забрать одних бойцов.

— Зачем мне автобус гвардейцев? — спросила Надя. — Вечером у меня две встречи, и одна с молодым человеком…

— У-у-у, — хором произнесли Маруся, Боря и Настя.

— А я не поняла, что за реакция? Я баронесса в самом расцвете! — она поправила локон и, задрав нос, пошла из кухни. Еще не хватало, чтобы над ней подшучивали.

В итоге выбор пал на машину гвардейцев. Когда она будет с Прохором, то отпустит их. Вернувшись в комнату, она начала переодеваться, но телефон на кровати завибрировал.

— Слушаю.

— С вами говорит граф Меладзе Серафим Валерьевич! — сказал мужчина и замолчал.

— Не сказать, что рада, но здравствуйте.

Надя закатила глаза и села в кресло. Разговор обещал быть долгим.

До этого ей названивали то юристы, то адвокаты, то какие-то еще помощники этих двух сынков Меладзе и Леонтьева. Они то угрожали, то просили, то предлагали деньги, то еще что. И требовали часть Сахалина.

— Я не собираюсь больше с вами церемониться, — продолжил спокойным голосом Меладзе-младший.

— Верно. Как я говорила многим вашим людям, мы встречаемся в суде. Первой инстанции, второй и так далее. Пока вы, наконец, не успокоитесь. В конце концов, никакой закон не встанет на вашу сторону.

Надя не собиралась с ними сюсюкаться. Яблоко от яблони недалеко падает.

— Остра на язык! — цокнул мужчина. — Ну ничего, тебе недолго осталось.

И положил трубку.

Надя закатила глаза. Уже не первый раз ей доводилось слышать такое, но дальше слов никогда не заходило.

Она переоделась, объяснила Даниле маршрут, и они выехали. За ними последовала неприметная машина сопровождения, в которой сидели четыре человека.

До администрации они доехали с ветерком, как любил говорить Данила. Там Надя сделала все дела, потратив четыре часа на бумажную волокиту. После вышла и отписалась княгине Есениной, что приедет чуть раньше. Та предупредила, что, наоборот, может опоздать, но минут на двадцать максимум.

В итоге, сев в машину, Надя заглянула в ежедневник.

— Данила, поехали пока в магазин одежды. Надо платье на вечер.

Через десять минут машина припарковалась у дорогого бутика, и Надя довольная свободной минуткой забежала внутрь.

* * *

Через два часа.

Поместье Кузнецовых.

Трофим закончил уборку кабинета и вернулся в гостиную, чтобы сделать перерыв и посмотреть любимый сериал. Помимо него там уже находились рыцари, Маруся и Боря. Настя кашеварила на кухне, пытаясь сделать пюре. Не любила она этот сериал.

Когда Трофим занял свое излюбленное место в кресле, у него зазвонил телефон.

— Да, Данила, что случилось?

— У нас проблемы! Надя пропала! Она зашла в магазин. Мы парнями стояли на улице. Никто не заходил больше. Прошло два часа. Она не появлялась. Я зашел внутрь, а там ее нет. Продавщица сказала, что она ушла.

— Сколько прошло времени? — голос Трофима стал твердым как сталь. В гостиной повисла тишина.

— Пять минут. Ребята уже оцепляют район!

Данила реально нервничал.

— Понял. Высылаю парней, — после чего Трофим положил трубку и набрал новый номер. — Парни. Две минуты на сбор. Пятьдесят человек. Двадцать маневренных и быстрых машин, — и отключился.

Все в гостиной смотрели на него с интересом.

— Что такое? — спросила Маруся.

— Надя пропала. Возможно, похищение, — Трофим посмотрел на рыцарей. — Вы остаетесь тут. Посейдон возьмет периметр.

— Понял, — ответил голос с кухни.

Через две минуты Трофим и Маруся уже стояли на крыльце и смотрели на колонну автомобилей с гвардейцами.

— Надо позвонить Михаилу, — сказала Маруся.

— Да.

Они сели в машину, и Трофим набрал Михаила.

— Слушаю, Трофим. Звонишь сообщить, что Надя пропала?

Обычно спокойный помощник на секунду завис, не понимая, как так произошло, что он узнал про это до звонка. Потом вспомнил про Посейдона.

— И нет, мне не Посейдон сказал, — словно читая его мысли, проговорил Михаил. —