Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7 - Джин Соул

– Зачем? – поразился Ху Баоцинь.

Но Неясыть больше ничего не сказал, только сунул голову обратно под крыло и притворился спящим.

– Думаю, ему нравится Мироздание, – сказал демиург уже на обратном пути, – но он вынужден был бы разрушить его, раз уж он Разрушитель миров, потому и заперся. Разве это не повод не исполнять возложенную на тебя изначальную миссию?

– То есть, грубо говоря, он просто увиливает от исполнения служебных обязанностей? – уточнил серебристый лис.

– К счастью для Мироздания, – кивнул Владыка миров.

Ху Баоцинь неопределенно фыркнул.

– Что? – не понял Владыка миров.

– Не любят же, я гляжу, высшие сущности исполнять свои служебные обязанности, – ехидно заметил серебристый лис, подразумевая, конечно же, вовсе не Неясыть.

«Если бы в мои служебные обязанности входило наказать одного нахального лиса за дерзости, я бы с превеликим удовольствием приступил к их выполнению, хоть прямо сейчас», – подумал Владыка миров, прямо-таки мечтая оттаскать серебристого лиса за хвост.

Но в его служебные обязанности это, к сожалению, не входило, и упомянутый хвост безнаказанно мельтешил перед ним всю дорогу обратно до Сияющего чертога.

[899] Сны грядущего

Серебристый лис, обогнав демиурга, вспрыгнул на трон и улёгся, свернувшись клубком.

– Это моё место, – в который раз возмутился Владыка миров.

– У меня лапы устали за тобой таскаться, – нахально сказал Ху Баоцинь.

Но Владыка миров тоже притомился, путешествуя из мира в мир, потому сделал вид, что собирается сесть прямо на меховую подушку. Серебристый лис сейчас же соскочил с трона, огрызаясь по-лисьи. Демиург с бесконечно довольным видом уселся на нагретое место: хоть один раз последнее слово осталось за ним!

Ху Баоцинь в долгу оставаться не пожелал. Он не поленился пойти и изловить крысу, которая зазевалась, разглядывая сияющие письмена, и не заметила щелкнувшей над ухом лисьей пасти. Крыса сейчас же притворилась дохлой, но Ху Баоциню это было только на руку. Он взял её за хвост и швырнул прямо на колени Владыки миров, предвкушая, как тот развопится, увидев дохлую крысу, а если крыса ещё и тяпнет его за руку, так вообще будет замечательно!

Но, к превеликому сожалению, Владыка миров этой славной лисопакости даже не заметил. Он сидел на троне, откинувшись, запрокинув голову, глаза его была закрыты, руки свободно свисали с подлокотника…

– Помер, что ли? – осведомилась крыса, которой надоело притворяться дохлой. Она встала на задние лапы и подёргала демиурга за одежду.

– Заснул, – с досадой сказал серебристый лис. Все труды насмарку!

– Как думаешь, если я его кусну, он проснётся? – с надеждой спросила крыса.

– Стоит попробовать, – одобрил заманчивое предложение Ху Баоцинь.

Глаза Владыки миров приоткрылись, палец шевельнулся, и крысу подбросило вверх. Она кувыркнулась в воздухе несколько раз, описала великолепную спираль, орудуя всеми четырьмя лапами, как выходящий на финишную прямую пловец, и шмякнулась прямо на морду серебристого лиса!

Лисья ругань приятно ласкала слух.

– Не мешай мне, – велел Владыка миров, – я должен погрузиться в сон Грядущего.

– Хочешь проверить, так ли нерушим этот «вечный мир»? – уточнил Ху Баоцинь, отцепив наконец намертво вцепившуюся в него крысу и стряхнув с морды крысиные катышки. Крысы летать не любят, как оказалось.

– Нерушим, но есть допущения, – сказал Владыка миров, и в его глазах проступили зрачки. Они раздвоились, потом ещё раз, и ещё, и выстроились, как звёзды при параде планет. Это означало, что демиург собирается заглядывать в многовариантное будущее.

Ху Баоцинь уже успел выяснить, что может подглядывать за «снами Грядущего»: связующая нить делала его частью Сияющего чертога, а стало быть, и духовных сил, создавших эту сферу. Для этого нужно было прикусить нить и закрыть один глаз: левый – чтобы увидеть прошлое, правый – чтобы увидеть будущее. В основном сны демиурга навевали скуку, но этот должен был стать исключением, ведь он касался тех, кого знал и сам Ху Баоцинь.

Демиург видел, как в мире смертных начинаются и заканчиваются войны, появляются и исчезают царства. Ничего удивительного, люди всегда воюют, а нерушимый мир это не нарушает: воюют люди с людьми, а не с существами других миров. Но однажды появится царь, который остановит войны и объединит воюющие царства, такое уже бывало прежде, повторится и вновь.

Скажем, полубог Мин Ян – отличная кандидатура: его дед, Ли Цзэ, объединил десять царств, когда был всего лишь смертным, а полубогу под силу объединить и сотню, тем более что на его стороне боги войны. Хотя, если подумать, то вмешательство богов войны противоречит соглашению о нерушимом мире, так что пусть полубог справляется собственными силами. А впрочем, если ему поможет его мать, богиня войны Анъян, то нарушением договора это не будет: она в мире смертных проживает смертную жизнь и, следовательно, является его частью.

Чжу Вансян и Ван Жунсин проживут долгую жизнь, умрут и переродятся снова и наверняка разыщут друг друга, потому что знают способ сохранить воспоминания прошлой жизни. Нужно было бы сообщить об этом «артефакте» Вечному судии, но… с какой стати демиургу выполнять за Юн Гуаня его работу? Допущение это или попущение – пусть Вечный судия решает сам. На Мироздание в целом эти двое не влияют, а значит, они не забота Владыки миров.

Заберёт ли Анъян с собой Мин Лу, когда настанет время возвращаться в Небесный дворец? В былые времена небесные жёны и мужья оставляли смертных спутников жизни и улетали на Небеса, чтобы никогда уже не вернуться. Покинутые жёны и мужья обычно плохо кончали – умирали с тоски или забирали собственные жизни. Если у них было достаточно заслуг, то они могли вознестись вослед, но такие случаи необыкновенно редки, по пальцам пересчитать можно. А Мин Лу подвигов не совершал, не считая того, что добился богини войны – вполне себе достижение для смертного. И если Анъян не прибьёт его прижизненно за то, что он сделает ей второго ребёнка, то, вероятно, у него будет шанс стать одним из жителей Небес: его сын – полубог, замолвит за отца словечко.

Ли Цзэ и Су Илань вернутся на Небеса и сыграют свадьбу. А там далеко ли священной змее до нового бога? Змеиный бог на небесах уже есть, но Су Илань может стать богиней белых змей или богиней змеиных орхидей – божеством, которому будут поклоняться белые змеи мира смертных. Характер у неё сварливый, с ним под силу справиться только рассудительному старшему богу войны. А перерождённые в богов демоны не такая уж и редкость на Небесах.

Тайлун,