Спасение злодея по ошибке - Feng Yu Nie

Ухуань уже использовал Таблетку Детоксикации, чтобы нейтрализовать большую часть яда. Сун Цинши, размахивая Подземным Огнем, извлек из него все обычные яды. Однако Ань Лун провел обширное исследование ядов Гу, и яды некоторых из них были похожие на грибковые заболевания. Их нельзя было устранить с помощью Призрачного Огня Подземного Мира. Их нужно было медленно лечить с помощью лекарств.

И он сам помог улучшить эти грибковые заболевания… Сун Цинши вспомнил прошлое, и в груди у него вспыхнула боль. Он быстро обработал раны Юэ Ухуаня, намазав их толстым слоем мази и обернув слоями марли.

Гром прекратился, но шум дождя был все таким же безумным. Атмосфера в комнате была гнетуще тяжелой.

Сун Цинши наконец-то справился с последней раной. Он поднял голову и искренне извинился:

— Мне очень жаль.

Юэ Ухуань ошеломленно замер.

— Это моя вина. Я не должен был заставлять вас двоих путешествовать вместе, — с трудом объяснил Сун Цинши, — Я должен был этого ожидать. Как можно так легко устранить вражду? Как можно так легко подружиться? Несовместимые люди просто не должны собираться вместе… Я преподам Ань Луну хороший урок, а потом заберу тебя обратно. В будущем я разрешу ему писать только письма. В Долину его не пустят, и с тобой ему встречаться не разрешат.

Романы были обманом. В этом мире не существовало такой хорошей вещи, как дружба, возникшая в результате обмена ударами. Все это было его наивной глупостью, его собственным желанием.

Сун Цинши чувствовал себя настолько виноватым, что в душе злобно ругал себя. Он ненавидел тот факт, что слов, которые он знал, было слишком мало, и его проклятия были недостаточно яростными.

Юэ Ухуань опустил глаза феникса и прошептал:

— Учитель, я должен сказать вам кое-что очень важное.

…

Сун Цинши опустился в кресло. Невидящим взглядом он уставился на постепенно бледнеющее за окном небо. Темные тучи все еще не разошлись, хотя дождь уже ослабел и лишь слегка накрапывал. Казалось, он никогда не остановится. Сырость пропитала все вокруг, заставляя людей в комнате зябко ежиться.

Он чувствовал себя так, словно очнулся от очень странного сна.

Юэ Ухуань уже рассказал ему всю суть дела и спокойно ждал его решения.

Сун Цинши медленно закрыл глаза. Он снова и снова проверял свое тело ментальным зондом, ища следы травм. Он потратил много времени на поиски и, наконец, поймал мертвого Гу в своем мозгу. Этот Гу был очень маленького размера, его цвет почти не отличался от цвета плоти и крови. Рана не болела и не чесалась, поэтому его невозможно было обнаружить.

Это был тот самый нападавший, который чуть не лишил его жизни.

Если бы не Система, оперативно отправившая назад фрагмент его души из другого мира и снова восстановившая его тело, он бы уже умер.

— Я ничего не помню, — Сун Цинши смотрел на Гу на своей ладони, поглаживая лоб. Он долго пытался вспомнить и наконец сказал, — Я не помню, чтобы он испытывал ко мне такие чувства, и не помню, что тогда произошло…

Юэ Ухуань сказал:

— Учитель, не печальтесь. Он, наверное, полагался на статус вашего друга и напал на вас, когда вы ничего не подозревали.

Призрачный Огонь Подземного Мира внезапно появился в воздухе, превратившись в прекрасный черный лотос.

— Ухуань, ты помнишь? — Сун Цинши взял черный лотос в обе руки и тихо прошептал, — Мой Призрачный Огонь будет автоматически атаковать при появлении любого убийственного намерения. Этого… Ань Лун не знает.

Если бы у Ань Луна было хоть какое-то убийственное намерение по отношению к нему, он бы точно заметил. Гу в его мозгу также должен был быть уничтожен Призрачным Огнем…

Битвы между двумя культиваторами уровня Зарождающейся Души хватило бы, чтобы сравнять с землей целую гору.

И все же он был спокойно убит.

Почему?

В сердце Юэ Ухуаня зародилось дурное предчувствие. Что-то выходило из-под контроля…

— Я не помню, что произошло в тот момент, но после того, как я вытащил Гу, я вспомнил, в каком состоянии я был, когда умер. Не было ни обиды, ни злости, — Сун Цинши подумал, что это смешно. Ему хотелось рассмеяться, но он не смог. Он опустил голову и тихо сказал, — Ухуань, возможно, я умер добровольно…

— Не говорите ерунды! Это невозможно! — Юэ Ухуань крепко сжал его плечи и испуганно спросил, — Почему?

— Я не знаю, — Сун Цинши просто не мог вспомнить ту сцену. Это уже было крайне болезненно, — Даже если он не считает меня другом, но… я не могу лгать, я не могу обманывать себя, я не могу обманывать его чувства. В то время я не мог дать ему то, что он хочет, но… я мог отдать свою жизнь. Потому что в этом не было ничего важного, и даже если бы я умер, никто бы не огорчился.

Каждый день он в одиночестве совершенствовал лекарства, в одиночестве читал, в одиночестве проводил исследования. Он культивировал сам по себе и одиноко наблюдал за облаками…

Не было никакой разницы, жив он или мертв, и это никого не волновало.

Его душе, оказавшейся в другом мире, было еще хуже. Различные тяжелые болезни, вызванные его несовершенством, его безнадежное будущее приносили огромную боль его семье. Все заставляли себя улыбаться перед ним. Но разве можно философски относиться к подобным вещам? Поэтому родители тайно проливали слезы за его спиной. Чтобы заботиться о нем, его сестра отказалась от своей мечты и взвалила на себя тяжелую ношу. Он стал причиной бесчисленных бед для всех. Он мог только учиться быть сильным, учиться быть храбрым, чтобы все думали, что ему все равно. Но лежа на больничной койке, он понял, что его смерть — это единственный способ для всех освободиться от боли и вновь обрести счастье.

Попрощавшись с тем миром, он больше никогда не тосковал по своей семье.

Никому не нужно было, чтобы он жил.

Никому…

Юэ Ухуань был крайне поражен. Он никогда не думал, что Сун Цинши, который всегда мягко подбадривал его, хранит такие мысли в своем сердце. Впервые он обнаружил, что не понимает этого простодушного человека.

Нет, это невозможно… Юэ Ухуань немного запаниковал. Он чувствовал, что что-то выходит из-под контроля.

— Не волнуйся. Это было раньше. Тогда я еще не знал тебя, — Сун Цинши заметил, что с ним что-то не так, и быстро успокоил его, — После знакомства с тобой у меня в сердце появилась цель. Я больше не буду совершать таких глупостей. Я хочу всегда сопровождать тебя, чтобы у меня больше не возникало таких