"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— Где ты только таких слов нахваталась? — улыбнулся я.

— Маша, какое красивое платье! — произнесла графиня Кантемирова-Пожарская. — Кто же у тебя дизайнер? — и сделала вид, что удивлена.

— Вам ли не знать, — наклонив голову набок, сказала Маша.

Ну отлично. Кажется, девчонки давно знакомы друг с другом, так что я незаметно смог от них улизнуть. Эти разговоры о шмотках меня не интересовали, так что, взяв бокал шампанского, я вышел на балкон. Оттуда открывался отличный вид на Красную площадь. На сцене уже кто-то выступал. Да и сама атмосфера была праздничной.

— О! А ты чего один? — услышал я знакомый женский голос.

Ни здрасьте, ни привет. Катя Романова была, как всегда, в своем репертуаре.

— И тебе привет, — кивнул я. — А я то думал, где главный представитель общественности. Почему не была на награждении?

— Зачем? Там же скукота полная! Или ты испытал прилив веселья?

— Ну да, было нудновато…

— Зато посмотри, сколько медалей ты получил! Папа, хоть и не говорит тебе это в открытую, очень горд тобой. Все же ты потомок его старого друга, — сказала Катя, подходя к борту балкона. — Кстати, а не хотите ли с Машей потом сходить пофоткаться с артистами? Я пригласила самых известных!

— Да? А чего, так можно было? — искренне удивился я. — Не, ну я, конечно, не против… Только не особо разбираюсь в местной музыке.

— О-о-о-о… — протянула она.

Тут к нам на балкон вышли Алиса с Машей. Они о чем-то болтали и хихикали.

— О, Катенька! — увидела царевну Маша и полезла обниматься. — А я все гадала, где ты!

— Маша, дорогая, твой муж вообще не шарит за музыку! Я, между прочим, пригласила самых топовых! — подняла она палец. — Папа не поскупился и выделил бюджет.

— И кто же у нас сегодня будет? — подошла к краю балкона Алиса и с замиранием посмотрела на огромную толпу внизу. — Высоко… Сколько народу…

— Кажется, она впервые на таком мероприятии, — сказала Лора. — Буду за ней приглядывать.

Катя слегка заинтриговала группами, так что я присоединился к расспросам:

— Так и все же, кто в Империи самые популярные?

— Ой, ну ты деревня, Миша, — вздохнула Катя. — Вон, они как раз выходят.

Болванчик незаметно сорвался с руки и детали разлетелись в разные стороны. Парочка подлетела к сцене.

И честно сказать, я слегка офигел, когда увидел их. На огромном экране появилась картинка.

Толпа буквально взорвалась криками! Даже пришлось немного убавить громкость у Болванчика. Яркость постепенно нарастала, и я увидел артистов.

У микрофона с гитарой стоял высокий блондин в красной рубашке. Верхние пуговицы расстегнуты, обнажая мышцы. Солист выглядел загорелым и вполне в форме. Лора сделала легкий анализ и оказалось, что он маг и довольно неплохой.

За его спиной из сумрака появились другие участники. На барабанах сидел мужик в маске петуха. На второй гитаре такой же в маске кота. На контрабасе пес, а осел стоял за вторым микрофоном.

— Миша… Это то, о чем я думаю? — прошептала Лора. — Это же шутка, да? Просто совпадение?

— Охренеть… — вырвалось у меня.

Огромный экран за артистами потух и появилась надпись желтыми буквами:

«Бременские музыканты. Новый альбом!»

И новый всплеск эмоций от толпы. Люди с банкета тоже вышли на балкон, чтобы послушать концерт.

— Ладно, признаю, это круто! — кричала Лора, прыгая под музыку.

А что тут сказать — было реально круто! Вживую послушать «Луч солнца золотого» того стоило.

* * *

г. Оксфорд.

Великобритания.

На втором этаже огромного особняка проходила студенческая вечеринка. Подобные тусовки собирались раз в месяц, и за все время они стали престижнейшим мероприятием.

Каждый хотел попасть сюда. Приглашения раздавались после тщательных проверок. Единственным дресс-кодом была белая одежда, но и это чисто символически. За закрытыми дверями могло происходить что угодно, и все об этом знали. Поэтому сюда хотели попасть. Это было своего рода знаком качества.

Во главе находились два русских студента — Меладзе и Леонтьев. Золотая молодежь, как ее называли на родине.

— Эй! Серафим! — выкрикнул из огромного джакузи Леонтьев. — Тащи свою задницу сюда! Тут по телику показывают Кремль!

— Вы еще печетесь о своей родине? — поинтересовалась полуголая блондинка, сидящая рядом в бурлящей воде.

— Не твое дело, что нас печет! — фыркнул Меладзе, подходя с кружкой пива. — Свали-ка!

Девушка без промедления вылезла и исчезла. Никто не хотел попасть к ним в немилость.

— Ну чего там? — спросил Серафим.

— Да вон, награждения! — кивнул Леонтьев. — Там и этот ублюдок Кузнецов будет. Хоть посмотрим на него.

— Хрен с ним, сделай погромче, — Меладзе повернулся к бару и крикнул одной из официанток. — Э! Еще принеси бухла!

«… что насчет орденов и наград… Думаю, отдохнуть пару дней в Великобритании. Спасибо за внимание,» — закончил речь Кузнецов.

— Мне не послышалось? — с легким испугом посмотрел на друга Леонтьев.

— Не-а, — пожал плечами Меладзе.

Оба ненадолго зависли. Они никак не предполагали, что их вычислят. Все же данные о месте учебы университет не выдает. Откуда Кузнецов вообще узнал?

— Может, совпадение? — произнес Меладзе.

— Да ну нахрен, какое совпадение⁈ Ты чего, тупой? Он хочет приехать к нам!

— Ну подумаешь, мы похитили какую-то девку… За нее лично впрягаться… — выскочил из джакузи Меладзе.

Им уже было не до вечеринки. Настроение вмиг улетучилось, и впервые два наследника княжеского титула ощутили животный страх неизбежной кары, которая может настигнуть их в скором времени.

Меладзе подошел к диджею и выхватил микрофон.

Толпа повернулась к сцене, ожидая речь. Обычно после нее начиналась закрытая часть, и все были в предвкушении, но вышло наоборот.

— Внимание! — громко произнес Меладзе, и ладошкой ударил пару раз по микрофону. — Спасибо что навестили нас и выпили все спиртное. Серьезно, если устраиваешь вечеринки, то неизбежно соберешь нахлебников. Всем хочется урвать кусочек. Вы все приживалы, лицемеры, двуличные друзья, прихлебатели и льстецы, которые улыбаются сквозь зубы только ради того, чтобы попасть на закрытые вечеринки! А теперь пришло время валить. Улыбаться не надо, расходитесь! Тусовка окончена!

Народ не сразу осознал, что их выгоняют, и только когда охрана начала всех теснить к выходу,