Фантастика 2025-159 - Алексей Небоходов

— Да, господин Вэнь! — дружно ответили студенты.

Я усмехнулся. Старый генерал в своём репертуаре! Он всю жизнь провёл в окружении учеников. И сейчас не удержался от того, чтобы преподать молодому поколению пару магических уроков.

Нужно будет это использовать…

Ученики благодарно кивнули Цзян Вэню и поспешили в Академию. Мы же всей толпой погрузились на моих драконов.

Пришло время возвращаться в Обречённое поместье…

* * *

— Учитель… То есть… — Яхонтова была настолько взволнована рассказом Ланцова, что едва могла говорить. — Получается, вы всё это время были в той ужасной Бреши⁈

— Да, моя милая. — Ланцов использовал технику ментального контроля на пределе возможностей. Лицо Одинцовского изменилось, обретя черты Бориса Илларионовича. Даже его энергетический рисунок в точности повторял рисунок великого мага. Такая мощная техника требовала огромной силы, но Ланцов был к этому готов. — Всё верно. Император бросил меня в Водоворот в надежде, что я умру там от голода и жажды. Но он меня недооценил…

— Вот же глупец! — В глазах Яхонтовой мелькнула ярость. — Этого мальчишку давно пора гнать с трона! Он не имел и малейшего права к вам прикасаться!

Собравшиеся в комнате ученики одобряюще зашептались. Их ладони непроизвольно сжимались в кулаки, а энергия вокруг кипела от ярости.

Увиденное Ланцову нравилось. Он до последнего не был уверен, что ученики добровольно соберутся на встречу. Но они его не забыли. Они все были здесь и внимали каждому его слову.

Теперь же пришло время перейти к самому главному. К тому, из-за чего они все здесь и собрались.

— Итак, мои верные ученики и ученицы… Я хочу задать вам главный вопрос! — Голос Ланцова прокатывался по комнате, заставляя дрожать стены и потолок. Ученики замерли, внимая каждому его слову. — Согласны ли вы бросить вызов царству глупости и посредственности? Присоединитесь ли вы ко мне в борьбе против Императора?

Ланцов понимал — он действует слишком грубо. Ученики были верны ему много лет назад. Тогда, ещё в пору своего ученичества, они были готовы сделать ради него что угодно.

Сейчас же, годы спустя, у каждого из них была своя жизнь. Они были сильны и успешны. Деньги, титулы, власть — у них было всё.

Совсем не факт, что они захотят рискнуть всем, что имеют, и присоединятся к нему…

Тем не менее, времени на долгие уговоры у него не было. Запасы энергии не бесконечны. Да и Одинцовский далеко не вечен. Тело Абсолюта оказалось достаточно крепким и выносливым. Но долго носить Печать Подчинения не сможет даже он.

Действовать нужно так быстро, как только возможно!

— Учитель, я поддержу вас во всём, что вы скажете! — Яхонтова шагнула вперёд и, опустившись на одно колено, поцеловала его руку.

На лице Ланцова появилась улыбка. Всё было так, как и много лет назад. Елизавета, даже спустя годы, оставалась его самой верной и преданной ученицей…

— Я с вами, учитель!

— Борис Илларионович, я вас не подведу!

Ещё двое склонились перед ним. В их глазах горела преданность.

Ланцов почувствовал, как его наполняет радость. Всё-таки он не напрасно потратил на этих детей столько сил. Он зародил в них ростки непокорности.

И сейчас его труды наконец-то принесли достойный результат.

— Я был уверен в вас, дети мои. Моя вера в вас не померкла ни на миг! — Ланцов повернулся к оставшимся трём ученикам. — А что насчёт вас? Вы присоединитесь к моей справедливой войне или предпочтёте стать предателями?

Волков, Свиридов и последний из неопределившихся учеников Ланцова, граф Ткачёв, переглянулись. В их взглядах было написано сомнение.

— Учитель… — Свиридов, откашлявшись, шагнул вперёд. — Вы знаете, я всегда был вам верен. Вы сделали для меня больше, чем кто-либо ещё! Но, увы, я не могу вас поддержать. Я верен Империи и Его Величеству. Препятствовать вашей борьбе я не стану. Но и обещать свою поддержку я вам, к сожалению, не могу…

Взгляд Свиридова обратился к двери. Было ясно, что он мечтает о том, чтобы выйти отсюда и забыть обо всём, что здесь только что произошло.

В глубине души Волков был с ним полностью согласен. Если бы он только знал, что его здесь ждёт, он ни за что бы сюда не пришёл!

Но и отвечать он не спешил. Хорошо, что Свиридов первый высказал всё, что думает. Теперь он увидит, как отреагирует Ланцов, и сможет сделать выводы…

Ланцов не двигался. А затем в его глазах появилась искренняя грусть.

— Очень жаль, что ты сделал этот выбор. Очень, очень жаль! Я не ожидал от вас, моих учеников, такой чёрной неблагодарности… И за моё разочарование ты должен заплатить!

Борис Илларионович едва заметно шевельнул ладонью.

Свиридов побледнел. Энергия вокруг него вспыхнула яркой вспышкой.

В следующее мгновение его бездыханное тело упало на пол.

Он был мёртв.

Волков застыл на месте, не в силах пошевелиться. Кажется, на несколько мгновений он даже забыл, как дышать.

— Глупые, наивные дети… — Одинцовский печально покачал головой. — Неужели вы думали, что я не принял меры? Ещё в пору вашего ученичества я нанёс каждому из вас по особой Печати. Вы просто не можете меня ослушаться! А иначе… Иначе вас ждёт судьба этого жалкого идиота!

Волков и Ткачёв переглянулись.

— Учитель, я верен вам до последней капли крови! — Ткачёв упал перед Ланцовым на колени.

— Правильный выбор. — Ланцов властно потрепал графа по щеке и повернулся к Волкову. — Ну же, Иван, ты остался последним. Что выберешь ты?

Все взгляды присутствующих обратились к Волкову. Они ждали, что он скажет.

Выбора у него не было.

— Учитель, я предан вам!

Волков опустился перед Ланцовым на колени.

Борис Илларионович улыбнулся. Всё шло так, как он и рассчитывал.

— Что ж, отлично… Теперь, когда все наконец-то определились, мы можем приступить к главному. В первую очередь, вы должны меня освободить…

* * *

До Обречённого поместья мы добрались проверенным способом. Часть пути мы проделали на драконах. А оставшиеся километры мы одолели при помощи неприметной Двери, расположенной на границе Петербурга.

С таким способом передвижения были знакомы все участники нашей компании, за исключением Ростоцкого. И если полёт на драконах он воспринял совершенно спокойно (чувствовалось, что для него это далеко не первый раз), то вот с Дверью я сумел его удивить.

Когда мы нырнули в Дверь, а спустя мгновение появились