Вторая жизнь. Вид сбоку 1 - Ксения Чудаева

стул и до побеления сжал пальцами подлокотники. Его буквально разрывало надвое: одна часть стремилась к Ноат. Рассказать, что произошло, объясниться, плюнуть на все условности, на свои страхи, на здравый смысл и признаться… в чём? И тут мысли останавливались. В силу вступало другое желание: забыть, сделать вид, что ничего не было. Ведь он не может чувствовать. Не должен. Ему нельзя снова заводить семью. Что он может дать? Нет, стоило прекратить это раньше. И теперь необходимо было проигнорировать тот факт, что именно сейчас занесённая допытывается у Вэйджера и Малиша, какие именно ступени имеет человеческий ритуал объединения пары. Зачем она это делает? Есть кто-то на примете? Но страж не замечал, чтобы она выделяла кого-то из мужчин. На будущее интересуется? От этой мысли становилось настолько тоскливо, что хотелось завыть.

И всё-таки что-то внутри ещё жило. Оно хотело, оно стремилось, оно… мечтало. Представляло, что вот сейчас откроется дверь, войдёт Ноат и с лёгкой улыбкой поставит рядом с ногами пару сумок с одеждой. Спросит, где ей разместиться. Придётся вставать, освобождать полку в шкафу, доставать у коменданта вторую подушку, да и кровать придётся поменять… Внутри всё вспыхнуло, по телу пронеслась волна мурашек.

Хэлмираш с силой ударил кулаком по столу, сминая свитки. Нет! Никогда такого не будет! Ему нужно сосредоточиться на работе! Даже если занесённой расскажут про ритуал, она вряд ли соотнесёт его действия со ступенями. У всех совершаемых им проявлений ритуала были объективные причины. Нужно вернуться к работе и продолжать существовать дальше. Только где-то глубоко в груди поселилась тянущая слабая боль. Она не мучила, но и забыть о себе не давала.

Страж принципиально отключился от канала покрова Ноат, связался с общей системой. За несколько минут его отсутствия ничего не произошло, что Хэлмираша радовало. Он вытащил из-под кулака свиток, принялся его изучать. Пусть сейчас работа казалась невыносимой, страж заставлял себя сидеть на месте и вчитываться в отчёт по распределению учеников первого курса на практику. Сегодняшнее помутнение рассудка надо было пережить. Завтра станет легче.

Хэлмираш даже не поверил, когда услышал знакомые шаги на лестнице. Замер, перелистывая уже третий проработанный документ, прислушался, пытаясь себя уговорить, что выдаёт желаемое за действительное. Шаги были нетипично медленными, как будто страж их действительно лишь представлял. Но вот дверь открылась, на пороге замерла Ноат. Страж не смог себя удержать, глаза сами первым дело осмотрели руки занесённой. Но сумок в них не было. Мужчина сжал зубы, еле сдерживаясь, чтобы не смять бумаги в руках. На что он вообще надеялся? И зачем?

Хэлмираш молчал, Ноат тоже почему-то не торопилась говорить. Она медленно покрутила головой, осматривая помещение, как будто была здесь в первый раз. Вздохнула, перевела взгляд на хозяина башни. Страж, не отрываясь, внимательно следил за занесённой глазами, пытаясь понять, что происходит, но при этом опасаясь делать предположения. Он просто ждал, пока Ноат прямо скажет, зачем пришла. Беспокоилась о нём после колодца? Решила спросить, кто его пара на ритуале? Только вот правды она тут точно не услышит.

Между тем Ноат опёрлась плечом о дверной косяк, останавливая взгляд на лице стража и зачем-то внимательно его рассматривая. Её лицо приобрело сначала задумчивое выражение, а потом в глазах вдруг сверкнул странный чуть бесноватый азарт. С кривоватой улыбкой занесённая вдруг произнесла, не двигаясь с места:

— Хэл. А давай, ты ко мне переедешь, а не я к тебе?

Хэлмираш почувствовал себя так, как будто с разбегу прыгнул в ледяную воду, будучи при этом куском раскалённой лавы. Волны огня и холода окатили одна за другой. Он застыл, потеряв возможность шевелиться. Мысли ухнули в какую-то бездонную яму, а Ноат продолжала, улыбаясь всё шире. Азарт в фиолетовых глазах только сильнее разгорался:

— Ну серьёзно, там целый дом. Триг, если приезжает, то внизу всегда бродит, весь второй этаж стопроцентно наш, — демонесса оттолкнулась плечом от косяка, решительно подошла к столу.

Хэлмираш так и сидел, не сводя с занесённой глаз, только слегка поворачивался вокруг своей оси по мере её приближения. Внутри всё ещё было пусто, но откуда-то из глубины вдруг стало прорываться пламя. Горячее, яркое, тёплое. Жёлтое. Игривое, живое. Именно оно подтолкнуло Хэлмираша подняться, когда Ноат приблизилась вплотную. Их лица оказались на одном уровне, очень близко. Страж молчал, неверяще смотря на такое знакомое лицо. Она пришла. Сама пришла к нему. Какое-то совершенно забытое мальчишечье веселье, которое Хэлмираш считал для себя совершенно невозможным, захватило его. Та, которую он поклялся защищать, не желая ничего взамен, ради которой начал ритуал, даже не думая о его продолжении, сейчас стояла перед ним с совершенно безумным предложением. Попрать наставления предков и исказить последнюю ступень ритуала? Но Хэлмираш уже слишком давно не был нормальным человеком, чтобы такие безумства хоть сколько-то его волновали. И страж сдался. Если бы сейчас Ноат не стояла перед ним, смотря на него с нервным ожиданием, если бы её глаза не метались по его лицу, ища ответ, он бы выстоял. Заново запечатал себя и закрылся броней. Но сейчас, когда занесённая была так близко, Хэлмираш был не в состоянии так поступить.

— И вот так пошлёшь к Харашу мою честь и вековые традиции? — хмыкнул страж, дёрнув уголками губ.

Ноат расслабилась, сверкнула улыбкой, иронично приподняла брови:

— Я много чего здесь к Харашу посылаю. А твоя честь от этого так сильно пострадает?

— Нет, — покачал головой Хэлмираш, сводя на нет оставшееся между ними расстояние.

Холодные губы стража почти обожглись о пылающую кожу демонессы, но это не помешало воплотить в жизнь столь навязчивую мысль: прижать к себе и поцеловать. Просто. Без объяснений и лишних слов. Руки сами собой скользнули по талии, тут же устремляясь выше. Одна ладонь замерла на шее, проводя огрубевшими пальцами по чувствительной нежной коже, вторая зарылась в густые чёрные волосы. И как будто видения стали явью, потому что знакомые пальцы в ответ зарылись под куртку, прошлись по спине и впились в плечи. Горячее тело демонессы прижималось к нему, не желая отстраняться. Хэлмираш потерял счёт времени, забывая себя в происходящем. И всё-таки разум не дал инстинктам взять абсолютный верх, мужчина почувствовал малейшее изменение в движении Ноат и чуть разжал пальцы, слегка отпуская. Занесённая отстранилась, заглянула в его глаза. Чёрные зрачки в фиолетовых глазах скрыли большую часть радужки. Синие пальцы ласково коснулись белёсых шрамов на лице стража, легонько погладили.

— Так ты согласен? — склонила голову набок занесённая, решительно смотря мужчине в глаза.

Никакого стыда или смущения Хэлмираш на тёмном лице